Натализа Кофф – Курьер на полставки (страница 12)
- Чесаться ты мне запрещаешь, - напомнил Савелий и поставил перед Машкой точно такую же коробочку с едой. А поскольку Маша немного замешкалась и не успела выдернуть папку с документами, то коробка прижала белоснежные листы к гладкой столешнице.
- У вас, Савелий Бармалеевич, руки растут из сомнительного места! - прошипела Маша, торопливо поднимая коробку и пытаясь убрать едва заметные следы.
- Брось, Машка, это копии! - фыркнул Адмиралов. - Ешь, и спать!
- Я не вникла во все тонкости дела, - пробормотала Машка, собирая все бумаги в ровную стопку. - Что конкретно хочет транспортировать клиент, и вообще, здесь описание его требований поверхностное какое-то…
- Не переживай, - хмыкнул Савелий: - Миша будет общаться, а ты внимательно послушаешь. Будешь моими ушами и глазами.
- Семь раз об дверь, один об рельс… - пробормотала Машка так тихо, что Адмиралов не разобрал слов.
- Ты что-то сказала? - полюбопытствовал довольный жизнью и собой Адмиралов.
- Говорю, приятного вам, Савелий Варфоломеевич, аппетита! - оскалилась Машка, но от еды не отказалась.
- Бармалеевич! - рефлекторно исправил Савелий, но тут же мысленно чертыхнулся.
- Я так и сказала! - с вызовом бросила Выдренко.
После позднего ужина Адмиралов скрылся в своей спальне, принял лекарства и уснул до самого утра. А Маша еще долго ворочалась в кровати, мысленно составляя список мелких пакостей, которые она сможет устроить Бармалеевичу, как только температура спадет и он пойдет на поправку.
Глава 13
Утро у Машки началось внезапно. Кто-то очень громкий, наглый, беспринципный, вредный и заносчивый вошел в ее спальню без разрешения, распахнул тяжелые портьеры на окнах, впуская яркий солнечный свет, и бодро заявил:
- Выдренко! Утро! А ты еще не на работе!
Машка подскочила, испуганно схватила телефон, взглянула на часы.
Пять тридцать утра! Пять! С учетом пробок, сборов и завтрака, Маша вполне могла бы уложиться за час, поскольку офис «ТранзитЭлита» располагался всего в нескольких кварталах от квартиры Адмиралова. И будильник Мария поставила на семь. Но нет, шеф явился заранее.
- Кто рано встает, тому весь день кошмары снятся, - пробормотала Маша, падая обратно на постель.
- Вставай, Марианна Михайловна! - скомандовал Бармалеевич. - Во-первых, мне есть одному скучно. Во-вторых, мне нужно тебе выдать ЦУ на весь день. В-третьих, у меня все чешется, а значит - нужно обработать эту заразу, что выскочила по всему телу. Подъем, Выдренко!
Адмиралов бодро прошагал из комнаты, оставив двери распахнутыми, словно собирался следить и контролировать каждый шаг нерадивой подчиненной.
Маша минуту смотрела на опустевший дверной проем. Интересно, если она вызовется приготовить шефу кофе и совершенно незаметно и очень случайно плюнет в его большую кружку, он заметит?
Окрыленная такими мыслями, Маша отбросила одеяло и потопала на кухню. Адмиралов, сидя без футболки, в одних пижамных штанах в крупную полоску, намазывал тост джемом, и, кажется, совершенно не стеснялся своего оголенного торса.
Машка готова была вспыхнуть от смущения и покрыться румянцем по всему телу, но заставила себя отстраниться от всего. Ну, сидит красивый мужик посреди кухни! Так и пусть сидит! Квартира ведь его. А значит он и делает все, что захочет.
Маша бочком прокралась к кофе-машине. Кружки и зерна были уже наготове. И Маша принялась колдовать над буржуйской техникой, добывая бодрящий, ароматный напиток.
- Я кое-где не достаю, - пожаловался Адмиралов, привлекая Машкино внимание.
Выдренко обернулась. Нет, она не собиралась смеяться. Да и разве можно глумиться над больными? Разумеется, нет! Нельзя, ни за что и никогда!
Машка раз триста повторила сею мантру про себя. А потом поняла, что ее губы стремительно растягиваются в улыбке.
Шеф, сидя с ее зеркальцем в руке, методично тыкал зеленочным маркером по поверхности лица, оставляя яркие точки. Кажется, Машка так и не сказала вредному Брамалеевичу, что есть не такая «брильянтовая» альтернатива зеленки. Но было поздно. Машка уже безбожно хохотала, вытирая слезы краем футболки. А Савелий сверлил убийственным взглядом согнувшуюся пополам от смеха девушку.
- Как тебе не стыдно, Марианна Михайловна! - прищурился Адмиралов и бросил маркер и зеркальце на стол. -Дальше мажь сама!
Машка пожала плечом, прихватила готовый кофе, поставила одну кружку перед шефом, вторую - приберегла для себя. И, зайдя за спину Адмиралову, принялась смазывать ранки зеленкой. Шеф фыркал, шикал, вздыхал. Словом, делал все, чтобы Машкина работа по нанесению медицинского препарата на тело человека была максимально усложнена.
- Не дергайся! - командовала Машка. В ответ Адмиралов шумно сопел.
Машка, нанося зеленку на спину, вдруг решила. Ну, вот ведь он, тот самый шанс! И в кофе плевать не нужно! Удача, как говориться, сама плывет в руки.
Машка, недолго думая, принялась с удвоенным усердием наносить зеленый цвет. И, честно признаться, рисовала даже там, где сыпи не было. А таких мест оказалось предостаточно на широкой мужской спине. Словом, спустя несколько минут, на теле Адмиралова красовался целый шедевр изобразительного искусства. Немного отстранившись, Маша удовлетворенно улыбнулась. На нее смотрело изображение мультяшного Бармалея с длинными, пышными усами. Определенно, Машкой могла бы гордиться ее мама, которая всегда утверждала, что у дочери есть талант к рисованию.
Стало даже капельку жаль, что такую красоту не увидит сам Адмиралов.
Отложив маркер, Маша присела на стул и принялась спокойно пить кофе и есть бутерброд.
Завтрак немного затянулся, поскольку Адмиралов разложил документы на столе и принялся пояснять Марии все нюансы задания. Мария даже украдкой ущипнула себя, проверить, не спит ли. Поскольку этот «утренний» Савелий вел себя иначе. Не язвил, не придирался к мелочам, не выводил ее из себя. Адмиралов даже намазал для нее тост маслом и сложил поверх него красивый кусочек сыра, помидор и зелень. И все это без слов и не отвлекаясь от документов.
Маша на миг пожалела, что позволила своему таланту к рисованию проявиться столь опрометчиво и неожиданно. Но ведь зеленку не сотрешь. А стало быть, ходить Бармалеевичу по дому с мультипликационным героем на спине еще долгое время.
Переведя взгляд на лицо Саввы, Машка прикусила губу. Кажется, наступила самое время для раскаяния. Ну, или хотя бы чтобы сознаться в некоторых своих злодеяниях.
- Савелий Варфоломеевич, я совсем забыла, - Маша виновато ковырнула ножкой пол, вздохнула, а потом взглянула в глаза шефа. - Ваш папа купил в аптеке менее красочные препараты. А эффект тот же.
- Поясни! - нахмурился Бармалеевич, отодвигая пустую кофейную чашку.
- Ну, там лосьон и прочие лекарства, чтобы обрабатывать ранки. Как зеленкой, только они мене заметны на коже. Но действуют абсолютно так же, вот! - Маша подскочила с места, поковырялась в самом дальнем шкафчике и принесла Савелию небольшой пакет с аптечным логотипом.
- Это все? - ровным тоном произнес Адмиралов, глядя на пакет в руках девушки.
- И у вас Бармалей на спине, - прищурила один глаз Выдренко, и, на всякий случай, отступила на шаг назад.
- Ясно, - произнес Адмиралов, а потом медленно протянул руку к столу, на котором лежал тот самый био-маркер зеленого цвета. - А теперь, Машка, лучше беги!
Глава 14
Михаил Александрович, как и пообещал брату, приехал рано утром, чтобы увезти бывшую студентку Выдренко с собой в офис, а потом и на встречу с клиентами.
Открыв двери своим ключом, Тролинский постарался не смеяться. Но, откровенно признаться, сдерживать хохот было сложно.
Савва, ухмыляясь своей конопатой, зеленой физиономией, тащил Машку на плече. А та в свою очередь извивалась, брыкалась и ругалась.
Ухмылка брата ничего хорошего девушке не обещала, и Михаил тактично заметил:
- На суде буду свидетельствовать на ее стороне!
- Ну, спасибо, брат! - оскалился Савелий. Но с учетом зеленых веснушек на смуглом лице оскал выглядел несколько комично.
Тем временем, Савва бросил брыкающееся тело Выдренко на диван, придавил за филейную часть рукой и зафиксировал. Девушка не могла вырваться, как бы не брыкалась.
- Слушай, Савва, не дури! - всерьез забеспокоился Тролинский и прошел в просторную гостиную.
- Да ничего я ей не сделаю! - фыркнул брат. - Немного отомщу, и все!
Тролинский увидел в руке брата зеленый маркер и расслабился. Ну, не все так серьезно. Дурачатся детки.
- Михаил Александрович! Уберите от меня этого буйно-помешанного! - верещала Машка, а утренний гость, хохотнув, прошел в кухонную зону за чашкой кофе.
- Ты сама напросилась, выдра! - пригрозил Савелий, удерживая девушку на диване, оголив ее поясницу и тщательно вырисовывая что-то маркером на ее коже.
Со своего места Тролинский отлично видел «разборки» молодежи, прятал улыбку за чашкой ароматного кофе и думал, что не зря он уговорил брата оставить Марию на службе в компании.
- Адмиралов! Ты пожалеешь об этом! - грозила Машка, на что Савелий лишь хищно улыбался и продолжал выводить узоры на спине.
Тролинский, любопытства ради, поднялся со своего места и, прихватив чашку кофе, подошел ближе к эпицентру событий. Михаилу Александровичу было банально любопытно, что же такого интересного рисует брат.
Все оказалось до смешного просто. Савва не рисовал, а писал слово «Выдра».