Натализа Кофф – Фуллер (страница 36)

— Потерпи, малыш! — пробормотал я, убирая руку.

Даря протестующе заскулила, словно ее лишили сладкого. А я готов был прижать ее к койке и жестко трахнуть.

Но, как оказалось, я все же не был конченым уродом, и Бог дал мне чутка терпения и выдержки. Хватило ровно настолько, чтобы аккуратно перевернуть податливое тело, подстроить под себя.

Чувствовал, что Дарька напряжена. Но ее тело реагировало на мое, подаваясь моим рукам.

Ладонью скользнул вниз, раздвигая набухшие складки, помогая себе и замер. Ртом прижался к ее шее. Захватил тонкую кожу губами.

— Не бойся, — шепнул хрипло. И она расслабилась, впуская меня.

Охренел от кайфа, скрутившего все жилы. Словно по живому скальпелем. Бог, мать его, намеренно послал мне Дарю. Чтобы я сдох в койке от наслаждения. Не иначе.

Она дрожала в моих руках, а я вколачивался в ее тело. Мне бы остановиться, сдержаться, но сил не было. А голос Дари тихой музыкой отбивал ритм в моем сердце.

Она приглушенно кричала. Понял, что прячет лицо в подушку. А мне хотелось, чтобы весь, мать его, мир, слышал, кому эта женщина принадлежит.

Чувствовал, как ее тело бьется в экстазе, как сжимается от моих движений. И я отпустил себя. Кончил в ее податливое тело, рыча раненым зверем.

Без сил рухнул на девочку, прижав ее к кровати. Выдохнул. Попытался откатиться. Но Даря не пустила. Удержала меня, заставляя так и лежать на ней.

Дурочка. Задавлю ведь.

Лег на спину и прижал девчонку к себе. Она все еще дышала рвано, пыталась восстановить дыхание. А я, словно идиот, улыбался.

Понял, что Дарина хрупкой ладонью гладит меня по щеке. Повернул голову, прижался ртом к ее пальцам. Какие же они тонкие и нежные! Как и вся она, от макушки до пяток.

— Малышка, — пробормотал я. А в глотке застрял комок. Ведь говорила она, что любит. Почему я не могу?

— Люблю тебя, Мэт Фуллер, — прошептала она тихонько.

А я выдохнул. Ведь ждал этих слов. Словно вечность ждал. Грудину так и распирало от гордости. Эта женщина любит меня! Любит!

— Мэт, а если я забеременею? — неуверенно произнесла девчонка.

Что ей сказать? Мне двадцать восемь. Я, млин, готов был стать отцом до того, как ослеп. Готов ли сейчас? Хрен понять….

— Там разберемся, — решил я, а Дарина высвободилась из моих рук. И краски, реально, померкли.

— И как ты планируешь разбираться? — спокойно произнесла Дарина, а я понял — кутается в шмотки. Наверное, собралась идти в душ.

Сел на постели. На миг сжал волосы руками. А потом встал, медленно двигаясь к шкафу за полотенцами.

— Думаешь, ребенку нужен слепой папаша? — сурово обронил, распахнув нужную дверцу.

— Твоим детям, Матвей, нужен любящий папаша! — произнесла Дарина, стоя за моей спиной.

Я «завис», так и не опустив руку.

— Что ты хочешь этим сказать, Даря? — хрипло прошептал я, крепко зажмурившись.

— Ты все прекрасно понял, Мэт Фуллер. У тебя убойные сперматозоиды. Я «залетела» еще в первый раз. И твои «живчики» сразили сразу две яйцеклетки, — напряженно произнесла Дарина, вздыхая.

— Ты хочешь… — начал я, но голос стал вдруг сиплым, пришлось сглотнуть: — Хочешь оставить ребенка? Детей?

— Да, хочу, — твердо произнесла Даря, так и стояла за моей спиной. По голову понял, что она шагнула назад, словно боялась моей реакции. — Именно поэтому не могла приехать сразу. Врачи настояли, хотели понаблюдать за мной. Сейчас разрешили перелет. И посоветовали хороших специалистов здесь, в городе.

— Дед, конечно, в курсе, — озвучил свои мысли.

— Да, — ответила Даря.

— Кто еще знает? Все? Все, кроме меня?! — понял, что повысил голос.

Но, твою мать, это ведь не та новость, которую можно узнать и спокойно лечь спать.

— Феликс еще. И Семен, — голос Дарины звучал еще дальше, а я взбесился. Она что, меня боится??

— Ну и Проня. Мне нужно было с кем-то поделиться. А тут она звонит, — торопливо произнесла девчонка.

— И, конечно же, твой любимый Штормов тоже знает! — дополнил я полную картину. Почему-то последняя мысль реально взбесила. И я хлопнул дверцей шкафа с такой силой, что, скорее всего, пацану придется покупать новую мебель.

— Так получилось. Он ведь мой охранник, — с вызовом произнесла девчонка. — Матвей, я ничего не требую. Не настаиваю. Не давлю.

— Да хрен там! — заорал я, понимая, что готов взорваться, точно сраная атомная бомба. — Ты уж настаивай! Дави, мать твою! Все, млин, кругом в курсе, что ты беременна. Кроме меня! Ты мне вообще собиралась это рассказать? Или дед все за тебя решает? Только хрен ему! Так и передай! Хрен он получит, а не моих детей!

— «Хрен». Вот и я так же говорил, — раздался голос пацана. — А ты бы прикрылся. Сверкаешь здесь своим детородным органом.

— Ты, млять, в моей спальне что потерял?! — заорал я, поворачиваясь к Исаю.

— Так ты орешь, словно тебе корова яйцо откусила! — выдал пацан.

— Феликс! — возмущенно охнула Дарина, выдавая свое место расположения.

— Пошел отсюда к чертям! — скомандовал я, идя на голос девчонки.

Мой гнев, разумеется, окончательно не улегся. Но руки чесались добраться до Дарины. Просто, чтобы понять, что все происходящее — реально.

— Уверен? — уточнил Исай.

— Вали на хрен! — ответил я, рукой уже дотянулся до притихшей девчонки. Пальцы тут же запутались в волосах. Скользнули по затылку. Замерли на щеках. Влажных от слез.

— Плачешь? — выдохнул я, стирая мокрые дорожки пальцами.

— Ничего я не плачу! — воинственно ответила малышка, но отстраняться не стала. Посчитал это хорошим знаком.

— Выпорю тебя, — пригрозил я, прижимая девчонку к себе. — В следующий раз я буду первым человеком, кто узнает такие новости. Как и любые другие. Поняла?

Кивнула. Ее волосы пахли лесом и чем-то родным и близким. А я понял, что окончательно успокоился. Вспышка гнева миновала. И я мысленно похвалил себя. Ничего не разбил. Сломанная дверца шкафа — не считается.

Глава 43

Уже несколько дней я училась спорить с Матвеем. С каждой минутой, проведенной в тягостном молчании за кухонным столом «Фуллерита», я все сильнее убеждалась: Фуллер — самый упрямый мужчина на планете.

И основным предметом наших разногласий послужило мое решение о раздельном проживании.

Стоит ли говорить, что Фуллер был категорически не согласен? Мало того, у него находилась сотня аргументов против каждой из квартир, подобранных риэлтором по моей просьбе.

Феликс сопровождал меня во время осмотра новой жилплощади. Вальяжно прохаживался по квадратным метрам недвижимости и кивал, потом звонил Мэту, описывал в мельчайших подробностях все, что видел, а после очередного комментария Матвея сообщал риэлтору, что и эта квартира нам не подходит.

Я бесилась. Феликс был спокоен. А Мэт молчал.

Так прошла неделя. И когда я уже готова была сдаться и перевезти все свои чемоданы в комнату к Фуллеру, как Денис сообщил мне радостную весть. Дед сам выбрал уютный пентхаус в недавно построенном жилом комплексе, оформил права собственности на меня и велел обустраиваться. А сам пообещал приехать в гости. С проверкой, разумеется.

Мое терпение было настолько истощено, что я согласилась без споров.

Мэт тоже не пошел против решения деда. Пусть я и видела, что Фуллер крайне недоволен моим поступком.

— До родов! — невозмутимо отчеканил он. — Закончится стройка — ты с детьми постоянно живешь на моей территории.

— Какая стройка, Матвей?! — опешила я.

Фуллер промолчал. А на утро за кухонным столом сидел незнакомый мне мужчина, в руках у которого был ноутбук. Как оказалось, незнакомец был представителем архитектурно-строительной компании, где Мэт заказал проект дома. У Фуллера имелся в наличии свободный участок неподалеку от автосервиса. Этот невозможный мужчина высказал свои требования к будущему жилью, включая качели, беседку и песочницу на заднем дворике. Дал четкие сроки на исполнение и в своей обычной манере сообщил о вероятных осложнениях, если вдруг строители вздумают тянуть с датой передачи готового объекта.

Не знаю, как именно Мэт был связан с руководителем компании, но незнакомец не смог отказаться от заказа. И созданный им проект дома меня поразил своей практичностью и минимализмом. Здесь было все, что нужно большой семье с детьми, но ничего лишнего вроде замысловатых лестничных маршей и безжизненного стекла или металла. На заднем дворике — обещанная беседка, где могли бы играть дети. И уютный уголок для взрослых, в котором можно было бы наслаждаться друг другом и дивными красотами пейзажа за окнами.

Я влюбилась в наш будущий дом! Действительно, влюбилась. А уютная и просторная квартира, купленная дедом, как и дом Мэта в «Фуллерите» меня уже не устраивали. Однако иного выбора, кроме как ждать, не было.

Ожидание я скрашивала своим любимым занятием. Разумеется, в те редкие дни, когда Мэт Фуллер отпускал меня в свою квартиру. Я видела, сколько сил ему требовалось для того, чтобы отпустить меня. И пусть время моего «отдыха» от мужчин — Фуллеров сократилось всего до нескольких часов в неделю, я могла спокойно в полном одиночестве шить своим будущим деткам вещички. Признаться, я отдыхала в процессе шитья. Наконец-то наступил момент, когда моя работа мне действительно нравилась. Ведь я ни на кого не оглядывалась, а шила то, что нравится именно мне.