Наталия Зябкова – Ой! Я случайно!.. или Тридцать три несчастья (страница 11)

Друг улыбнулся, но не успел ответить – из рупора раздался громкий невнятный голос – не разобрать – мужской или женский:

− Внимание! На первую платформу прибывает поезд Карловград-Преважня. Просим пане пассажиры, отойдите пожалуйста подальше от путей!

Мы не стали беспокоиться, так как стояли далеко, а вот краснолицый мужчина и женщина в клетчатой юбке и соломенной шляпе, заторопились к вокзальной ограде. Через пару минут раздался пронзительный гудок: к перрону большой синей гусеницей подползал поезд, быстро перебирая по рельсам ногами-колёсами.

Я почувствовала какой-то дискомфорт между лопаток – обычно такое бывало, если кто-то пристально смотрел прямо мне в спину. Резко обернувшись, наткнулась на стену знакомого взгляда. Кристоф Дворжак не скрываясь уставился прямо на меня, даже не думая отводить голубых глаз. Рядом с ним стояла красивая женщина с короткими русыми волосами в модных «стрекозиных» солнцезащитных очках и длинном зелёном платье прямого покроя. Удивительно, как некоторым удается одеваться так – вроде просто, а сразу видно – дорого!

«Не забыл он надеть своё страшное черное кольцо?» − промелькнуло в голове. Старшего Дворжака нигде не было видно – сдерживать порывы ретивого молодого координатора некому. Однако, страхи оказались тщетными – парень спокойно стоял рядом с женщиной, иногда улыбаясь и переговариваясь. Большой чемодан на колёсиках, как у Вита, только гораздо дороже на вид, небрежно прислонили к каменной скамейке у самого выхода на платформу.

Женщина попыталась обнять блондина, но он раздражённо отстранился, в очередной раз стрельнув в меня взглядом. Его мать? Скорее всего. Неужели, Дворжаки живут здесь, в Преважне?

Женщина грациозным движением сняла очки и теперь уже она внимательно уставилась прямо на меня – глаза матери оказались такого же цвета, как у сына. С минуту панна Дворжак буравила меня взглядом, а потом, наверно увидев всё, что хотела, вновь надела очки и что-то сказала сыну, без улыбки. Кристоф покачал головой, ответил, и вновь прикипел взглядом ко мне. От такого внимания стало непосебе. Вит ничего не замечая вокруг, пил воду из купленной здесь же, на перроне, бутылки. Лишь основательно сбив жажду, спохватился.

− Пить хочешь? – спросил он, протягивая мне ополовиненную бутылку. Я, бездумно схватила её и поднесла к губам, искоса продолжая следить за координатором. Взгляд блондина сделался жестким – вода тут же попала не в то горло.

− Ну, что ж ты! – друг принялся хлопать меня по спине. – Никак не научишься пить из бутылки!

Пытаясь сказать ему, чтобы прекратил меня колотить, махала рукой и вертелась, давясь кашлем. Почему, стоит оказаться этому противному красавцу где-то рядом, со мной начинают происходить казусы? Коргоруша обеспокоенно царапала прутья корзинки, однако, твёрдо помня наказ не говорить на людях. Наконец, кое-как продышавшись, я уселась на Витов чемодан.

«Объявляется посадка на поезд Преважня-Карловград. Отправление через пятнадцать минут!» − бесполый голос из громкоговорителя поднял, заставил подхватить корзину с Беатой, сумку – вторую отобрал Вит – и поторопиться. Ещё ни разу за свои семнадцать лет, мне не приходилось ездить в поезде. Да, честно говоря, никуда не выезжала из нашего городка дальше Поддубников или Преважни. Кутерьма и толкотня у входа в вагон раздражала – чего толпиться-то? До отправления есть время!

Откуда-то из-под локтя вынырнула сухонькая старушка и рванула к проводнику, проверявшему билеты, больно наступив мне на ногу. Да, поездка уже заранее не нравилась, учитывая ещё и пана Дворжака, так и не спускавшего с меня глаз.

Вагон оказался только с сидячими местами – в купе помещалось по четыре кресла и столик между ними. Вит тут же протолкнул меня к окну. Сам остался в проходе – воевать с тяжеленным чемоданом, никак не желавшим помещаться в багажное отделение над дверью. Друг промучился минут десять, а потом махнул рукой и прислонил его в углу, уселся на сиденье рядом со своими вещами, устало опершись о столик. Я выглянула в окно, и тут же спряталась за занавеску – как раз напротив нашего купе, растерянно озираясь, стоял в очереди на посадку ненавистный блондин! Хоть бы у него хватило ума не заходить к нам! Провести поездку под прицелом его взглядов – то ещё удовольствие. А того хуже – вдруг он вздумает сцепиться с Витом? Мой друг – не я, терпеть не станет. Хорошенькое дело – отметить приезд в университет скандалом и свежими синяками!

Наконец, он исчез из виду. Через пару минут вокзальный голос пробубнил что-то нечленораздельно – в вагоне оказалась хорошая звукоизоляция. Пол под нами дернулся – от неожиданности я чуть не треснулась лбом о столешницу, но успела вовремя подставить руки. Беата протестующе мяукнула – наверно её тоже приложило о прутья корзины. Платформа плавно поплыла вправо – поезд тронулся, медленно набирая ход. Я успела заметить мать Кристофа Дворжака, напряженно смотрящую нам вслед.

Дверца купе с грохотом отъехала в сторону. В сопровождении проводника в дверях появилась красивая блондинка в синей плиссированной юбке чуть выше колен, голубой кружевной блузе и черной кофточке, с большим чемоданом на колёсиках. Интересно, у всех тут такие чемоданы, кроме меня?

− Добрый день! – пропела она сладким голоском, всем видом пытаясь выразить дружелюбие. Однако, цепкий взгляд темно-карих глаз, эффектно контрастировавших с волосами, в одно мгновение оценил обстановку, вскользь смерив меня с головы до ног, зацепившись за фигуру Вита. Друг же уставился на вошедшую с неприкрытым восхищением. Каждый раз, когда так происходит, мне хочется стукнуть его по глупой мужской голове! Ну чего рот-то разевать? Обыкновенная девчонка! Нет, замер, словно сама Клеопатра или царица Савская явилась по его душу!

− Меня зовут Дорота, − представилась девушка. – Вы в университет едете? Первый курс?

− Да. Меня Вит зовут, очень приятно! – друг расплылся в улыбке, включив обаяние на полную. Ненавижу, когда он так делает! Сразу же видно – актёрская игра!

− Агнешка, − буркнула я, недовольно переводя взгляд на Вита, который ничего не замечал. Кроме Дороты, конечно. Но тут пришлось подобраться ещё больше – проводник пропустил в купе ещё одного пассажира.

− Доброго дня! – поздоровался молодой Дворжак, протискиваясь мимо замешкавшейся Дороты к сиденью рядом со мной. Его чемодан как-то сам собой оказался под столом, потеснив корзинку с Беатой. Бедной коргоруше совсем не осталось воздуха. Я достала её из-под стола и устроила у себя на коленях, успокаивающе поглаживая. Беата замурчала, прикрыв глаза – точь-в-точь обыкновенная кошка!

− Как зовут твоего кота? – я с удивлением поняла, что вопрос адресуется мне. Кристоф с каким-то преувеличенным интересом наблюдал, как я поглаживаю коргорушу. Вит, наконец, оторвался от созерцания кудрявых волос Дороты, пристраивавшей дамскую сумку в багажное отделение. Ну, если честно, не сколько волос, а скорее, того что пониже. Узрев наконец нового попутчика, друг остановил вопросительный взгляд на мне: «всё в порядке?». Я едва заметно покачала головой: «справляюсь».

Тут Дорота закончила возню с багажом, уселась на место рядом с Витом и спросила Кристофа:

− Крис, ты захватил что-нибудь почитать?

Тот вместо ответа полез в чемодан, выудив оттуда тонкую книжку. А эти двое явно давно знакомы.

− О! – неподдельно обрадовалась девица, вцепляясь в брошюру, как Беата в пойманную подвальную мышь.

− Ты не ответила. Так всё-таки? – от прямого взгляда ясных голубых глаз было некуда деваться.

− Беата, − тихо ответила я. – Это кошка.

− Ей подходит.

Коргоруша от удивления широко раскрыла янтарные глаза. Дорота, кажется, тоже удивилась – даже от книжки оторвалась.

− Спасибо! – пауза была совсем маленькой, но ощутимой.

− Да не за что. Это же правда.

Он что, улыбается? Тогда почему мне так страшно?

Брови Дороты теперь поползли на лоб – ещё немного и будут вровень с границей волос!

Беата прикрыла глаза, делая вид, что засыпает, однако зорко следила за окружающими через тонкие щёлочки. Я уставилась в окно на бегущие мимо сельские домики. Как называлась деревня – понятия не имею.

В голове носились самые разные мысли, среди них − ни одной приятной. Дворжак знает, кто я. Пусть у меня есть специальное государственное письмо, однако, если люди узнают о прежнем статусе… Вряд ли у меня появится много новых друзей. Самое лучшее – просто будут держаться на расстоянии, и наверняка найдутся «неравнодушные», которые охотно поучаствуют в травле…

Я вздрогнула, от лёгкого прикосновения к руке – коргоруша встрепенулась, но к удивлению, вновь закрыла глаза.

− Не хочешь подышать немного? – очень тихо сказал Кристоф, ещё раз, для верности, дотрагиваясь под столом до моей руки. Наверно, лучше всего прояснить сразу – я кивнула. На самом деле, меня сильно удивляла перемена в его поведении. Да и черного кольца на его руках не заметила.

− Дори, ты хочешь чего-нибудь? Я в буфет, − неужели, этот самый парень дразнил и мучил меня чуть больше двух недель назад?

− Интересно, у них тут кофе подают? – оживилась блондинка. – Если есть, мне со сливками и малиновым сиропом.

− Печенье или булочку надо?

− Нет, только кофе, − с таким количеством сахара в голосе удивляюсь, что она просит ещё и сироп! И почему жеманничает она, а стыдно мне?