Наталия Смирнова – Страсти по Самайну – 2. Книга 3 (страница 4)
Старейшины молча выслушали соплеменника. Самый длиннобородый поднялся, опираясь на посох, смерил взглядом жалобщика и жестом велел уйти. Туатал не смог сдержать эмоции – ярость заострила черты лица, сделав его похожим на крысу. Поспешно склонив голову, он попятился прочь. Как только скрюченная тень скрылась за холмом, длиннобородый обратился к сыну Браса:
– Не первый раз на Священной поляне звучат обвинения в твою сторону. Да всё одним и тем же голосом. Неймётся Туаталу заменить тебя в Круге.
Старец помолчал, а затем продолжил уже жёстче:
– Но сегодня он прав.
Медленно, будто нехотя, поднялся Кехта со своего места. Вышел в центр, кивнув длиннобородому, и повернулся к остальным старейшинам. Произнёс спокойно:
– Не буду оправдываться, братья. Я не знал о проклятии до недавнего времени, но, даже если бы знал, не рассказал вам.
Повисшая над поляной тишина ощетинилась иглами угрозы. С горькой усмешкой сын Браса выдержал колючие взгляды, и только когда сам посчитал нужным, заговорил вновь:
– Девона появилась в деревне задолго до того, как Совет запретил человеческие жертвоприношения. Вспомните, сколько раз жребий падал на ваших детей. Долго ли вы сомневались, заменяя их место на алтаре неугодными?
Старейшины повскакивали со своих мест, загалдели все разом. Они угрожающе потрясывали кулаками и посохами, но длиннобородый прекратил бесчинства:
– Тихо! Каждый волен высказаться на Священной поляне. Решать судьбу сына Браса мы будем, когда он закончит.
Признавая справедливость сказанного, почтенные старцы отступили, недовольно бурча. Кехта благодарно кивнул. Понял ли, что обвинения не сыграют ему на руку, или с самого начала всё так и планировал? Но больше он не обвинял братьев, а взывал к их разуму:
– Пророчество угрожает не только нам. Если фомор вырвется из заточения, он не будет разбирать, друид на его пути или обычный человек. И старец, и младенец прольют кровь ради забавы и сытости демона.
– Верно, – согласился длиннобородый, – но чего ты ждёшь от нас?
– Помогите найти мою внучку. Как только она окажется под защитой семьи, я оставлю своё место в Круге и покину деревню.
Старейшины обменялись тяжёлыми взглядами. Удаляться, чтобы принять решение, они не стали.
– Сын Браса, мы услышали тебя и готовы дать ответ. Будет пир в честь Бейлихвейна, где загорятся синие костры и землю окропит горький эль. Мы задобрим мёртвых и попросим их о помощи.
Кехта облегчённо вздохнул, но длиннобородый предупреждающе вскинул ладонь:
– После праздника ты и твоя семья должны будете уйти навсегда.
– Семья? Но здесь только Эйдан…
– Руны говорят, – встрял ещё один старец, – что к деревне приближается ведьма. Твоя дочь.
– И вы впустите её? – внезапно охрипшим голосом спросил Кехта.
– Да. Чтобы провести над ней обряд Бейлихвейна.
* * *
– Нас ждут! – усмехнулась Кхиара, и указала на густой дым над деревьями.
Брееда в ответ задумчиво покачала головой:
– Не думаю, что эти костры в нашу честь. Если только друиды решили сжечь пару ведьм.
– Пусть попробуют, – воскликнула черноглазая, – как бы сами себе задницы не подпалили.
Стукнув пятками по лошадиным бокам, Кхиара пустила гнедую рысью, и первая спустилась с холма к деревне. Ветер осуждающе взвыл. Бравада ведьмы его явно не радовала.
– Осторожно! Деревня наверняка защищена заклинаниями! – окликнула Брееда, но было поздно.
Лошадь под Кхиарой заржала и встала на дыбы, скидывая наездницу. Уже лёжа на сырой траве, та чудом смогла увернуться от летящих на неё копыт, однако, гнедая не собиралась успокаиваться. Она фырчала, выпуская облачка пара из ноздрей, и испуганно вращала глазами. Брееда поспешила к подруге, упала рядом на колени, закрыла собой.
Второй удар наверняка достиг бы цели, но тут перед лошадью возник Эйдан. Нож блеснул в руке, остриё царапнуло ладонь. Выступившую кровь мужчина размазал по морде разбушевавшегося животного. Гнедая ещё несколько раз взбрыкнула, уже без особого запала, и, наконец, успокоилась. Молча, избегая смотреть на ведьм, друид повторил обряд со второй лошадью, а затем крикнул в пустоту:
– Айрде, спасибо, что привёл её. Здесь твоя помощь больше не нужна, – мужчина запнулся, и продолжил тише, – Попробуй найти Девону.
Когда свист ветра перестал доноситься из чащи леса, Эйдан чеканным шагом подошёл к женщинам. Кровь уже не текла из его ладони, затянувшись густой плёночкой. Пришлось заново доставать нож. Рука мягко прошлась по щеке Кхиары, оставляя ровную полосу, но дрогнула на щеке Брееды. Взгляды встретились, опалили невысказанной тревогой и разошлись, будто и не было…
– Моя кровь – защитный ключ. Вам разрешено находиться только возле озера на ритуальной поляне. Ни с кем не заговаривайте, ничего не делайте и держитесь поближе ко мне.
Не теряя больше времени, друид ухватил под уздцы обеих лошадей и зашагал к деревне. Ведьмы поплелись следом.
* * *
Действо на ритуальной поляне напоминало обычный праздник. Друиды веселились, пили хмельной эль, жарили над костром тушу крупного кабана.
Эйдан выдал женщинам длинные белые саваны, пояснив:
– Это часть обряда. Ни одна капля крови не должна попасть на вас, иначе мёртвые могут разгневаться, и не согласятся помогать.
– Что мы должны делать? – уточнила Брееда.
– Пейте эль, но большую часть выливайте на землю. Ешьте мясо, а кости собирайте в ритуальную чашу. В Бейлихвейн мы так задабриваем мёртвых.
Кхиара подозрительно сощурилась, прислушалась к чему-то, и зло протянула:
– А потом вы проведёте обряд? Вселите в неё покойника?
Ни единым словом друид не подтвердил догадок ведьмы, но его взгляд всё рассказал.
Вовремя Брееда поняла намерение подруги. Схватила за плечи, заставила смотреть в глаза и горячо зашептала:
– Не смей вмешиваться. Любой ценой мы должны узнать, где Девона, и не только потому, что она моя дочь.
Кхиара медленно качнула головой в знак согласия.
Праздник начался.
* * *
Когда луна поднялась над озером, Брееда вошла в воду и приняла из рук отца кувшин.
– Мёртвые приходят только к спящим. Это поможет тебе уснуть.
Ведьма покорно выпила зелье, затем порезала ножом палец, и капнула кровью в ритуальную чашу, которую держал Эйдан.
– Теперь ложись. Озеро не даст тебе утонуть.
Брееда повиновалась. Сон сморил её, как только голова коснулась водной глади. Нараспев читая заклинание, друиды опустили чашу рядом с ведьмой, и поспешно вышли на берег. Ритуальный сосуд, доверху наполненный костями, долго держался на плаву, прежде чем качнуться и пойти ко дну. Все замерли. Ни звука не обронили друиды, молчала и Кхиара. Ничего не происходило.
Вдруг, по озеру прошла мелкая рябь, вода забурлила, как в кипящем котле, и вытолкнула на поверхность содержимое чаши. Кости двигались, искали своё место, пока не окружили ведьму ровным кольцом. В его центре Брееда выгнулась дугой, протяжно закричала и открыла глаза. Чужие, незнакомые, горящие кровавым блеском в свете луны Бейлихвейна.
Глава 9
Путники двигались очень медленно. Лошади недовольно фырчали, отказываясь нести двойную ношу, и еле передвигали копыта. Брееде же хотелось кричать от своей беспомощности.
Прошлой ночью мёртвые вняли её мольбам и согласились помочь. Но, стоило ведьме открыть глаза после обряда, и старейшины друидов потребовали исполнения уговора. Ей не дали разобраться в новых ощущениях, не объяснили, как общаться с мёртвым, занявшим её тело. Да и как избавиться от него потом, тоже не рассказали.
Кехта, Эйдана и двух ведьм выпроводили из деревни, разрешив взять только лошадей, на которых приехали Брееда и Кхиара. За их спинами сомкнулась невидимая защитная стена. Вход в поселение друидов закрылся навсегда.
Мужчины вскочили на лошадей, помогли женщинам устроиться позади себя, и медленно тронулись в путь. Пока они не знали направления, не было смысла спешить. Теперь всё зависело только от Брееды.
– Не пытайся искать разумом, доверься инстинктам, – посоветовал старший друид, заметив растерянность дочери, – у мёртвых свои способы общения. Если хотя бы один из них видел Девону, другие должны об этом знать. Прислушайся.
Глубоко вздохнув, ведьма последовала совету отца. Закрыла глаза, прижалась к спине Эйдана, чтобы не упасть с лошади, и постаралась расслабиться. Поток тревожных мыслей мешал заглянуть глубже, туда, где робко звучал голос мёртвого. Но Брееда смогла приглушить собственное сознание и пробиться к гостю.
Ей явились образы реки и больших камней. Девоны, убегающей от стаи волков. Увидела ведьма, как её дочь прыгнула в быструю воду и скрылась в бушующем потоке. Большего мёртвые не видели, но были уверены, что девушка находится в мире живых.
* * *