Наталия Смирнова – Страсти по Самайну – 2. Книга 1 (страница 14)

Но сомнение, подобно птенцу в гнезде, ворочалось в груди старой Нелы. Отрывочные видения мелькали всполохами очищающего огня. Большуха удивленно сощурила глаза и глубокая складка залегла поперек широкого лба Ведающей. Нить судьбы не рвалась в этом месте и уходила в наполненное клубящимся туманом будущее. У малышки было Предназначение!

Нела прикрыла веки и сделала глубокий вдох. Пусть будет так!

– Принесите рубаху Бриджит! Ту, что она носила последней. С ее запахом. Голос Нелы, как натянутая тетива разрезал уютный сумрак дома. Одна из женщин клана поспешила исполнить веление ВЕдущей. Нела ничего не говорила просто так. Ее слова крепкими нитями стягивали бывшее с грядущим.

Рубаху принесли и малышку завернули в ткань, хранящую запах ее матери. Через несколько минут ребенок уснул, будто и вправду попал в надежные материнские объятия. А еще через час девочка приняла грудь и вдоволь напилась сладкого грудного молока.

Предназначение незаметной нитью вплелось в полотно мира. Пройдет еще два восьмилетних цикла прежде чем нить выведет ключевой элемент узора.

* * *

Снег хлопьями укрывал деревья, наряжая ночь в сверкающее платье. По мохнатой глади, между кустами скользнула чья-то тень. Снежные блики ее разукрасили, придавая гротескные очертания.

Тот, кто отбрасывал тень, знал куда шел и зачем.

Вскоре между деревьев показались бревенчатые, потемневшие от времени, стены. Дома клана укрылись в долине между пологих холмов.

Тот, что отбрасывал тень начертал пальцем знаки на снегу, что тут же растворились.

Посох его сверкал искрами отбрасывая темные всполохи.

Деревья загудели, когда отбрасывающий тень топнул и оставил в снегу глубокий след от копыта. Воздух задрожал и схлопнулся.

Через пару часов пришли они…

Люди в домах просыпались.

А они, темные и колышущиеся, ждали. Прошел день. Снег все падал, покрывая хлопьями и пришедших.

Наступил вечер и звук шагов одинокого путника огласил окрестные холмы.

Нога мужчины ступила в невысокий сугроб. Тот содрогнулся и почернел, будто на него пролили тушь.

Из него выделились несколько темных рук, и крик человека навечно умолк под снежным завалом.

Огненные звезды окрасили все алым.

Тот, что отбрасывал тень, вновь шел дорогами меж кустов из инея, заплетая их узлами. Потрепанный черный балахон на нем оставлял легкий, размытый след.

Отбрасывающий тень, пел лесную песню, а его серебристые рога отражали лунные блики.

Серебристые руки его, стали совсем искрящимися, когда он поднял охапку снега и подул на нее развевая, укрывая все алые снега белоснежным настилом.

Голос его прогонял тени меж деревьев, в ночи он звучал подобно колыбельной.

Темные твари неслышно ступали за ним, пока его копыта оставляли глубокие посеребренные вмятины в снегу.

Воздух задрожал и схлопнулся.

Твари лежали на снегу, подрагивая всем телом в зимнем морозе.

Утро окрасилось резким человеческим вскриком.

Ночь укрыла лес.

Посох огласил звоном всю округу.

Льдинки отломились с веток и упали.

Тот, что отбрасывает тень склонился над вскрытой грудной клеткой, припорошенной снегом.

Запустил в нее палец, окрасив его алой гуашью, поднес ко рту скрытому под капюшоном и облизал.

Слизывал кровь не торопясь, пробуя на вкус убийц жертвы.

И вновь ночь окрасил его призывный трубный вой. Звезды роняли бриллиантовые слезы на радужный снег.

Глава 1

В темном небе плывет Луна

Сонмы духов спускаются в мир.

Между жизнью и смертью открываются двери.

Я приглашаю в наш дом добрых духов.

Готов священный пирог для праздника.

Я приглашаю вас разделить эту пищу с нами.

Чистая вода есть символ

Крови Рогатого бога, который уходит в подземное царство.

Самайн – время перехода от дня к темной ночи.

Колесо года вращается неустанно.

Будьте с нами в эту ночь, о Бог и Богиня.

Голос скальда разносился среди пирующих. Столы ломились под тяжестью тарелок с мясом и осенними овощами. Похлебка с оранжевой тыквой и сладкой морковью напоминала об уходящем летнем солнце. Факелы по стенам и огромный очаг давали свет и согревали кровь в преддверии темной зимы

Кира, вместе с другими детьми, сидела за дальними столами. Уже были рассказаны все сплетни, волосы пропахли дымом костров, отгоняющих злых духов, живот давило от съеденной пищи, а глаза слипались, будто на них попали капли меда. Кира сползла с лавки и за спинами сидящих свернула в коридор, ведущий к спальням. Старой Нелы – ее строгой воспитательницы -там сейчас не было, и, девочка рассчитывала рассмотреть необычный камешек, который подобрала сегодня днем в лесу рядом с поселением.

Восемь лет прошло с той ночи как ВЕдущая отобрала ее у смерти. Родители Киры -Бриджит и Вейлин – были разведчиками и Стражами. После рождения дочери сигнал рога увел их к форту Дневного волка, что в Западной долине. Больше они не вернулись.

Жизнь не имеющей Рода суха как краюха хлеба. Но, она была сыта и одета, и могла помочь Клану смешивая лечебные травы и готовя настойки. Ведающие учили девочку – сироту премудростям, но материнской ласки Кира не знала.

Из-под соломенного тюфяка, служившего постелью, Кира вытащила находку. Камешек удобно устроился в ладошке, словно созданный под ее размер. Внутри округлого сероватого камня поблескивал черный, искрящийся на сколах полумесяц, чью вершину украшал кристалл блестящего, прозрачного как льдинка, кварца.

Девочка отвела руку с нежданным подарком и наблюдала за маленькой звездочкой света, покачивающейся в свете ночника.

Снег хлопьями укрывал деревья. Темная фигура в балахоне отбрасывала чернильную тень. Серебристые рога отражали лунные блики, оставляя лицо в тени.

Только звезды дарили блеск его глазам, а снег искрился всеми цветами радуги в его волосах.

Отбрасывающий тень, искал преемника.

Полы темного пальто раздувал несговорчивый ветер. Посох в его руке пульсировал темными сполохами.

Тени деревьев ложились на снег, сплетаясь в предназначенный узор.

Грудь равномерно поднималась и опускалась. Не имеющая Рода спала, сжав в кулаке шероховатый камень.

Глава 2

– Тебе опять приснился этот сон? – голос Кайдена доходил до Киры словно сквозь слой мха. Она все еще слышала скрип снега под ногами, вдыхала колющий иглами холодный воздух, видела россыпь радужных звезд в черном небе.

Видение было еще с ней.

Невысокая и черноволосая, Кира не была красавицей, но сердце молодого воина вздрагивало потревоженной птицей когда он видел ее на общих трапезах в Общинном доме или в лесу рядом с поселком, собирающей цветы и травы для целебных сборов.

ВЕдающие хорошо следили за девушкой. Предназначенная с самого рождения в дар Богам, она и мечтать не могла стать женой и возлюбленной одного из мужчин Клана. Не придется ей обмениваться свадебными клятвами под священным дубом. Не придется нянчить детей и скрести столы в доме перед праздничным пиром. Не возьмут ее и в отряды следопытов, куда молодые девушки клана могли уйти до замужества.

С рождения и до зрелости прислуживать ей Ведающим – Старейшим женщинам Клана. А потом стать одной из них. Не узнав любви и ласки, крепких мужских объятий и восторженных детских. Если Боги раньше не заберут ее в качестве жертвы.

Что же тогда замирает сердце у Кайдена – старшего сына и наследника главы клана Вардена?