Наталия Шитова – Тайны Морлескина (страница 83)

– Есть по эту сторону грани одна субстанция, великий и незаменимый инструмент магической практики. И так сложилось, что она в наше время имеется в единственном месте – в Морлескине, и княжеская семья хранит её и следит за расходованием. Но… – Дайра стал очень серьёзным. – Сейчас тебе совершенно не нужны подробности об этом.

– Почему?

– Для твоей безопасности. И… – он покусал губы, но всё-таки с усилием договорил. – И для моей безопасности тоже.

– Не поняла. Ты считаешь, что я разболтаю направо и налево?!

– Нет. Я всего лишь не хочу создавать ситуацию, когда тебе придётся совершать ради меня подвиг, – отрезал Дайра, резко встал, подошёл к стеклянной стене, выходящей на озеро, сунул руки в карманы и замолчал, отвернувшись.

– Я хочу тебе помочь, – буркнула я ему в спину.

– Это прекрасно, спасибо, – спокойно сказал он. – Лучшая помощь мне сейчас – это возвращение домой, за грань.

Я не ответила.

Дайра кашлянул и заговорил негромко:

– Люди уязвимы, Аля. Все уязвимы. У некоторых слабые места на поверхности, у других надо долго искать. И у меня есть слабые места, и искать их совсем недолго. Но если за брата я не так уж сильно переживаю: он мужчина, он сильный ведьмарь, он всю жизнь справляется сам, справится и на этот раз…

Дайра замолчал, опустил голову.

– А ты, Алиша, – сказал он после паузы. – Ты – другое дело. Ты – моё самое слабое место. И добрая половина – если не больше – из тех, кто нас здесь окружает, видят меня насквозь, как стеклянного. И они знают или мгновенно узнают, если пока не в курсе, что ты для меня значишь. И давить будут на самое больное, чтобы наверняка. Ты – моё самое больное. Если Ноэль станет давить на меня, угрожая тебе, я сломаюсь. А ломаться мне нельзя, тогда мой мир окончательно развалится и сгинет… Я не хочу делать этот выбор.

У меня слёзы на глаза навернулись, так уверенно и одновременно обречённо звучал его голос.

– А почему ты… почему ты всё это говоришь, повернувшись ко мне задом? – возмутилась я, чтобы хоть чем-то, хоть каким вздором перебить собственное отчаяние.

– Не задом, а спиной, вообще-то, – фыркнул Дайра и обернулся.

Нет, его глаза, в отличие от моих, были сухими. Дайра взглянул мне в лицо и через секунду заулыбался, сначала неуверенно, а потом всё шире и шире.

– Опять лыбишься?! – вздохнула я, глотая слёзы. – Что на этот раз?

– А причина не изменилась, – он пожал плечами. – Мне всё так же хорошо, когда я тебя вижу… Не надо расстраиваться, Алиша, не плачь. И, пожалуйста, позволь Лависе проводить тебя домой.

– Дайра, а зачем? Будто бы твои враги меня в Питере не достанут, если захотят.

– С тобой там будут Ольгер, Коста и Лависа. Втроём они способны положить армию средних размеров.

Косте я бы, пожалуй, доверилась. А насчёт Лависы с Ольгером… Нет уж, дудки. Знаю я, что такое довериться Ольгеру.

– С таким же успехом все они могут быть здесь с нами обоими, – сказала я как можно увереннее. – Пусть здесь кладут армию средних размеров! Не уйду я никуда!

Он только руками всплеснул.

– Дайра, я пришла сюда не для того, чтобы сказать тебе, какая ты сволочь. Хотя и для этого тоже… Я искала тебя, потому что… – я подошла к нему и взяла за руку. – … потому что я хочу быть рядом.

– В жизни не слышал ничего более замечательного, – пробормотал Дайра, судорожно сглотнув. – Одно плохо: ты вообще не поняла, что я тебе только что сказал.

– Я поняла.

Дайра попытался вынуть руку из моей ладони, но я вцепилась.

– Я услышала всё. Я всё поняла. Не беспокойся обо мне. Ноэль ничего мне не сделает! Тебе не придётся делать выбор! Не придётся меня прятать!..

Дайра страдальчески поморщился и покачал головой:

– Алиша, я сейчас не сказки рассказывал. Пойми, что всё очень серьёзно…

Я уже открыла рот, чтобы его перебить, но не смогла сделать вдох. Заболело сердце, и чем настойчивее я старалась вздохнуть, тем всё острее становилась боль.

– Аля, что с тобой?! – ужаснулся Дайра и подхватил меня, потому что я уже почти падала. – Ты побледнела… Тебе плохо? Где болит?

Я чувствовала, как по моим вискам стекает пот, даже не каплями, а струйками. Сердце немного отпустило, но дышать было по-прежнему трудно.

– Лависа! – крикнул Дайра, усаживая меня на край софы.

Она прибежала почти мгновенно. Так же, как и Дайра, присела у моих ног, заглянула мне в лицо.

– Что с Алишей? – в панике уточнил Дайра. – Ты можешь понять, в чём дело?

– Ну-у-у, – задумчиво протянула Лависа, оглядывая меня. – Если бы она была местная, я бы сказала, что она только что потеряла своего метаморфа. Но так как метаморфа у неё нет…

– Есть, – прошептала я, пытаясь взять себя в руки и восстановить дыхание. – У меня есть метаморф.

– Да? – недоверчиво скривилась Лависа. – Ну, тогда, скорее, «был» … Дайра, успокойся. С ней всё будет в порядке очень скоро. Первый раз от обрыва связи всегда такая отдача, с непривычки.

– Со мной уже всё хорошо, – согласилась я, стараясь не очень резко кивать, а то в глазах темнело.

– Я принесу воды, – сказала Лависа, выпрямляясь в полный рост. – Твоя девушка, Дайра, выглядит так, будто она от замка сюда пешком по пустыне дотопала.

– А я дотопала, – подтвердила я решительно и взглянула на Дайру. – Пешком, да.

Дайра побледнел.

– Не волнуйся. Я была не одна, со мной был Райс.

– Райс?! – чуть ли не взвизгнула Лависа уже с порога комнаты и резво вернулась. – Где ты подцепила этого вонючего огрызка?!

– Там, где ты его бросила умирать. В отеле, в ванной.

– Ох, не знала я, что он ещё жив! Знала бы – вернулась, – прищурилась Лависа. – А ты зачем всякую падаль подбираешь?! Добить надо было!

– Я не добиваю раненых! – возразила я, возможно, слишком уверенно. Лучше бы не зарекаться. Кто знает, что там за раненый может попасться иногда.

– А я добиваю, – недобро ухмыльнулась Лависа. – Особенно амазорских крысёнышей!

– Девушки, прекратите! – повысил голос Дайра. – Лависа, ты хотела принести воды!

Лависа снова пошла к двери, но на пороге всё-таки обернулась и выпалила мне:

– И я бы никогда не оставляла ноэлевского прихвостня наедине со своим метаморфом, если бы у меня он был. Ты же оставила – и вот чем это закончилось!

– Я не оставляла!.. – вскинулась я.

– Ну, всё! – рявкнул Дайра. – Замолчали обе! Я с вами с ума сойду! Лависа, немедленно проверь всё внутри периметра и прилегающую территорию. Найди этого вашего Райса! И метаморфа Алиши, жив он ещё или уже мёртв, тоже отыщи. Я хочу понимать, что здесь происходит!.. А воды я сам принесу.

Глава 18

Дайра принёс большой кувшин и налил мне три стакана подряд, терпеливо дожидаясь, пока я маленькими глотками осторожно их опустошала. Потом откуда-то из встроенного ящика вынул подушку в бархатной наволочке и странный плед, сплетённый из каких-то мягких невесомых канатов, и велел мне прилечь.

Чувствовала я себя уже нормально, но, судя по тому, как Дайра на меня посматривал, у него было другое мнение.

Дайра ушёл куда-то внутрь дома, а я легла и уставилась в потолок.

Вода в этом странном месте была прохладной и вкусной. Подушка – упругой и приятной наощупь. Странный плед – лёгким, но слишком тёплым. А настроение моё… А не было его совсем, настроения.

Я не хотела, чтобы Дайра отправлял меня назад. Разумеется, я собиралась сопротивляться, как смогу, но я столько раз слышала от Дайры, что меня надо было «силой в мешок», и теперь всё выглядело так, будто этим в конце концов и закончится. Дело, видимо, за подходящим мешком.

Ещё мне было плохо от одной мысли, что по моей вине мог умереть Райс. А ведь, скорее всего, именно так и произошло, иначе с чего бы у меня случился этот странный приступ. Я-то не только дошла к своей цели, не только лежу, пачкая стильную софу извазюканными в пепле штанами, но и пью в своё удовольствие чистую вкусную воду. А несчастный скатти…

Рассказ о странной неведомой войне между Морлескином и Амазором, о которой ни слова не произнёс Ноэль, был уже последней каплей. Эта война, похоже, занимала все мысли Дайры. А я вмешалась самым дурацким способом. Как мне удалось вломиться в тщательно скрываемое убежище, кто растолковал бы… Конечно, Дайра не будет меня винить, но зато Лависа, похоже, готова меня живьём сожрать за то, что я подвергла опасности её подопечного. Впрочем, если и правда что-то случится из-за меня, я и сама себя живьём сожру.

Не в силах больше просто так лежать, я села, выпила ещё немного воды на всякий случай, а потом поднялась с софы. За окном было чуть светлее, но всё ещё темновато. Внизу призывно мерцало озеро, на лёгком ветру покачивались ветви, которые можно было разглядеть у самой воды. На пустом балконе никого и ничего не было, кроме непонятного тёмного пятна в том месте террасы, где из балкона вырастал странный «причал».

Я вышла сначала в холл, а оттуда на террасу.

Воздух был прохладным, пахло свежей листвой, а снизу немного тянуло гнилой водой. Я прошла по широкому «причалу», вглядываясь в берега, но ничего было не видно. Возвращаясь обратно на балкон, я наклонилась над тёмным пятном. Это оказалось небрежно брошенной одеждой. Рядом стояли поношенные туфли-мокасины.