Наталия Шитова – Тайны Морлескина (страница 21)

– Дайра ей не сын. Пасынок.

– А, так ваша мать решила придержать наследство для вас и устранила вашего конкурента?

– Своего, а не моего.

– Как это?

– Моя матушка и сама не прочь владеть Морлескином. Я ей тоже конкурент. И никого она пока не устранила. Поэтому и не оставляет попыток. Я почти всех своих людей за два года потерял… О, а вот и её советник. Ему можете не кланяться, но кивнуть нужно.

К нам приблизился худой, как жердь, ещё нестарый мужчина. Поверх лёгких светлых одежд на нём был надет вишнёвый шёлковый кардиган с голубым кантом. Его лицо было умным, наглым и почтительным одновременно.

– Рад видеть ваше сиятельство в родовом гнезде, – мужчина чисто символически припал на одно колено, а, выпрямившись, оценивающе зыркнул на меня. Я кивнула ему, он мне.

– Здравствуйте, Руд, – отозвался Ольгер. – Не ждали меня?

– Не ждали, – подтвердил тот. – Но ваше появление не осталось незамеченным. Ваши покои уже приводят в порядок.

Он ещё раз глянул на меня:

– Неужели вы, ваше сиятельство, сменили боевого мага?

– Нет, – буркнул Ольгер.

– В таком случае почему госпожа Брилле не сопровождает ваше сиятельство, как обычно?

– Она осталась там, – Ольгер небрежно махнул рукой. – За гранью. Не было необходимости приводить её сюда. Я не веду войну.

– Отрадно слышать, – усмехнулся Руд, но по его тону было ясно, что он услышанному не очень-то поверил.

– А что матушка? – спросил Ольгер. – Как её здоровье?

– Не оставляет недругам Морлескина никакой надежды! – широко улыбнулся Руд. – А вообще её светлость удивлена и озадачена. С тех пор, как ей доложили, что вы направляетесь сюда, она ждёт вас. Даже спустилась вниз.

– Я впечатлён, – кивнул Ольгер. – Что ж, Алиша, идёмте!

Оставив советника любоваться на море, мы двинулись дальше.

– Не знаю, доведётся ли вам столкнуться с Рудом ещё, – проговорил Ольгер, когда мы отошли на значительное расстояние. – Но помните, что он много знает, его практически все здесь боятся, и, что ещё хуже, он считает себя вправе делать всё, что ему взбредёт в голову.

– Прямо, как вы.

– Нет, – Ольгер качнул головой. – Я довольно часто отказываю себе в праве сделать то, что хочу.

Мы ещё шли некоторое время вдоль разноцветных причудливых фасадов, а потом Ольгер резко свернул к стеклянной стене, около которой спал стоя караульный в красивом мундире. Дверь сама раскрылась перед нами, мы вошли, караульный даже не почесался.

В просторном белокаменном зале с золочёными колоннами стояла невысокая женщина в тунике простого покроя, но украшенной замысловатой вышивкой. Он была темноволоса, очень коротко пострижена, а холёное лицо совершенно не позволяло судить о возрасте. На вид она казалась чуть старше Ольгера, вот только едкий и усталый взгляд выдавал годы.

– Поклонитесь ей, когда приблизимся, – шепнул Ольгер.

– Как?

– Книксен представляете себе? Вот так вполне будет достаточно.

Мы подошли. Ольгер упал на одно колено, низко склонившись. Я присела, склонив голову и чувствуя себя последним чучелом.

– Мальчик мой… – женщина покровительственно потрепала Ольгера по макушке, даже не взглянув в мою сторону. – Вставай, сын, дай мне обнять тебя!

Ольгер поднялся, и мать обняла его, очень даже радушно, но как-то поспешно и нервно.

– Не ожидала тебя увидеть… так скоро, – сказала она задумчиво. – Особенно после уничтожения стаи моих аспиротов.

– По-твоему, я должен был позволить им убить себя?

– Тебя, – подчеркнула мать Ольгера. – Тебя они не тронули бы, если бы ты не начал первым.

– Значит, я должен был позволить им убить брата?

Она ничего не ответила, но взгляд её был красноречивее слов. Я почти уверена была, что она собиралась назвать сына слабаком.

– Я нашёл Дайру, мама. Но я не соглашался на то, что произошло потом. И больше я не позволю никому причинить вред брату. Я сжигал твоих аспиротов и прочих тварей, которых ты подсылала всё это время, и сожгу ещё, если сунутся. Это же не последняя твоя стая, мама?

– Разумеется, нет… – нетерпеливо фыркнула она. – И где всё-таки Дайра?

– Остался за гранью под защитой моих людей. Того, что ты с ним сделала, уже достаточно. Он не представляет для тебя никакой опасности. Из него получился очень милый котик, и о наследстве он не помышляет.

Она подумала несколько секунд.

– Что ж, пока оставим это. Несмотря на все эти досадные недоразумения я рада, что ты вернулся домой.

Ольгер вежливо кивнул, но решительно добавил:

– Думаю, с недоразумениями нам всё же придётся разобраться подробнее. Но попозже. А пока, мама… – он отступил и развернулся, оставляя меня и свою мать лицом к лицу. – Я хочу представить тебе Алишу.

– Сын, мне совершенно нет никакого дела до твоей очередной прислуги, – раздражённо поморщилась властительница Морлескина. – Тем более, меня не интересует, как её зовут.

– Тебе придётся заинтересоваться, мама, – холодно возразил Ольгер. – Алиша – не прислуга. Она моя невеста.

До матери Ольгера суть дела дошла мгновенно, в отличие от меня.

В течение нескольких секунд, пока она рассматривала меня, её лицо приобрело то брезгливое выражение, которое обычно бывает у человека, внезапно увидевшего рядом что-то невыносимо противное, вроде раздавленной лягушки.

– Как это понимать? – спросила она негромко.

– А как иначе ты хочешь это понять? – улыбнулся Ольгер. – По-моему, понять мои слова можно только однозначно. Алиша – моя невеста. Я собираюсь жениться.

– На ней? – возмущённо прошипела мать. – Если уж ты вообще решился на женитьбу, что уже само по себе весьма неосторожно, то… На какой-то босячке из-за грани? А как же Сильяна?

– Никак, – пожал плечами Ольгер. – Я никогда даже не думал о Сильяне. Я женюсь на том, на ком хочу.

– Когда я посылала тебя за грань, я не подозревала, что ты там спятишь, – отчеканила его мать.

– Когда ты посылала меня за грань, я и не подозревал, зачем, – парировал Ольгер.

Его мать, кажется, самую чуточку растерялась.

И тут до меня, жирафа, дошёл тот самый однозначный смысл недавних слов Ольгера.

Я набрала воздуху… И Ольгер тут же нежно обнял меня за плечи.

– Ещё буквально минутка, дорогая. Я знаю, что вы устали. Ещё секунда, и я провожу вас в ваши покои.

Он наклонился ко мне. Со стороны это должно было выглядеть, будто он собирается поцеловать меня то ли в висок, то ли в ушко. На самом деле он проговорил еле слышно:

– Я же вас просил! Молчите!

Я прикусила язык.

Мать Ольгера уже стояла с совершенно каменным лицом.

– Я отказываюсь тебя понимать… – проговорила она холодно.

– Что ж, мама, поймёшь со временем, – великодушно кивнул Ольгер. – Твоё регентство затянулось. Дайра закончит свои дни с кошачьим хвостом, так что больше ни к чему проволочки. Я желаю вступить в права и избавить тебя от этой ноши. Даме твоего возраста уже давно пора внуков нянчить, а не управлять Морлескином.

– Внуков?! – поражённо ахнула она. – Ты о чём, сын?! Какие внуки?!

– Я не сказал, что они у тебя будут. Я лишь сказал, что тебе не по зубам Морлескин.

Она раздражённо дёрнула плечом, оскорблённо поджала губы, резко развернулась и, шурша подолом расшитой туники, удалилась.