Наталия Шитова – Наследники Беспределья (страница 48)

Хаварры изменили тактику работы на этаже калганов. Боги так боги, им было всё едино. Боги постигали тайны калганской расы, боги обучали знатную молодёжь, забирая её на более развитые этажи. Боги пытались выяснить, даст ли что-нибудь обеим сторонам вступление калганов в союз рас. Результаты были неутешительными: сближение было почти бессмысленным.

Калганы не желали ощущать себя частью беспредельного мира. Сейчас знать калганов уже могла общаться на нескольких языках мироздания, научилась пользоваться индивидуальными браслетами хаваррского производства и самостоятельно бродить по этажам. Но они не видели смысла в том, чтобы всё это делать. Они прекрасно чувствовали себя в своём замкнутом мирке.

Все, что надо калгану, это подняться по сословной лестнице, окружить себя преданными соплеменниками, любящей женой и множеством детей, а для развлечения вполне подходила азартная шумная охота на крупного зверя. И надо сказать, у зверья совсем не было никаких шансов против дробовиков с живыми шариками. Это оружие оказалось единственным секретом калганской расы, который так и остался нераскрытым. Как и из чего изготавливалась живая дробь калганов? Годы и годы ушли на кропотливую работу. Калганы тщательно охраняли свой секрет, стояли в прямом смысле насмерть. Поскольку департамент Лэри занимался в том числе и таинственными секретами, защитники не жалели сил, чтобы заполучить желанную информацию. В ход шли любые средства, вплоть до таковых, какие на большинстве цивилизованных этажей именуются грязными.

Поняли калганы, кто охотится за тайной их чудесного оружия, и решили поступить просто: уничтожить одного из богов, того самого, который на словах пытался помочь отсталой расе, а на деле занимался банальным шпионажем.

И не смутил монарха калганов тот факт, что он собирается обезглавить солидное учреждение, работающее на интересы всего союза рас. Просто подослал свою милую доченьку пальнуть в нечистого на руку бога. А он ещё и вершителем оказался — вот удача для защитников!.. Ох, дьявол бы забрал это чудесное оружие рогатых неуживчивых калганов! Приспичило же союзу рас заложить это чудо в свои закрома…

Если бы у Лэри было немного сил в запасе, он от души посмеялся бы над тем, как пышнотелая наследница калганского трона прихлопнула его, словно назойливую мошку. Но у гибнущего вершителя не было сил ни посмеяться, ни разгневаться.

Время шло, а никто не появлялся в многогранном зале с гобеленами.

Ни калганская принцесса, ни руад, ни бойцы защиты не озаботились тем, что умирающий вершитель остался в полном одиночестве. В сущности, беспокоиться было и не о чем. Очень медленно, но жизнь покидала тело Лэри.

Однако и простой смертный редко оставляет надежду. А уж вершитель сдаётся не раньше, чем его сердце остановится. И Лэри стал осторожно приподниматься.

Калганские шарики зашевелились в нем, и от боли Лэри едва не потерял контроль над собой.

Ему удалось найти нужную позу, в которой требовалось минимум усилий для осторожного передвижения, и он встал на ноги. Прижавшись к стене, Лэри несколькими короткими плавными шажками добрался до выхода на главную винтовую лестницу.

Здесь вовсю носились сквозняки, и, чуть вдохнув свежего воздуха, Лэри почувствовал облегчение.

Он спускался на пару ступенек, потом ждал несколько секунд, восстанавливая силы, потом снова делал осторожные шажки, сосредоточившись и сжав зубы покрепче. Калганская дробь то и дело вырывалась из-под его контроля, и Лэри знал, что если кто-нибудь из братьев не поделится силой, конец близок.

Когда внизу послышался звук каблуков, Лэри с досадой остановился. Он надеялся, что его беспомощное бегство подольше останется незамеченным. Неужели и без того слабые шансы неумолимо тают?

Лэри взглянул вниз, и сердце его забилось с надеждой: это Стерко Лег-Шо поспешно поднимался по каменным ступеням. Едва завидев Лэри, он ускорил шаги. Однако гримаса его дала понять: способность Лэри держаться на ногах Стерко вовсе не радует.

— Так вот, значит, как? — зловеще проговорил Стерко. — Ты не настолько плох, как пытался нам представить. Куда путь держишь, вершитель?

— Ты забыл моё имя, Стерко? — с упрёком прошептал Лэри.

— Которое? Как мне величать тебя? Владыкой Беспределья? Лэри? Или может быть, Миорком? Ведь это имя тебе нравилось? — с холодной издёвкой уточнил Стерко. — Ты хороший актёр, вершитель.

— Спасибо, доблестный защитник, — отозвался Лэри голосом Миорка. — Если бы я получил Великую Вечность Беспределья, я смог бы обеспечить тебе личную встречу с твоим ненаглядным Миорком… Но увы, я не успел получить способность превращения…

Стерко только головой затряс в негодовании и сжал кулаки.

Лэри не удержался на ногах и осел на пол. Дробь в груди зашевелилась, и кровь наполнила разорванные лёгкие. Лэри понял, что с удушьем он уже не справится.

— Стерко, ты нашёл Пласси?

— Нет. Его нет ни в замке, ни в окрестностях, — коротко отозвался темноволосый защитник.

— Ты, должно быть, лжёшь? — прошептал Лэри.

— С какой стати мне лгать? Если бы я не хотел его найти, я просто не пошёл бы на поиски. Я отдал распоряжение ребятам, как только они завидят вонючего урода, ему передадут твою просьбу.

— Думаю, что уже поздно. Только Беспределье будет рыдать над моим телом, но это не так уж и мало, — усмехнулся Лэри. — Я умираю, Стерко.

Хаварр попытался улыбнуться, но вместо улыбки получился оскал:

— На какую реакцию с моей стороны ты рассчитываешь?

— Почему бы тебе не присесть рядом и хотя бы не подержать меня за руку? — с надеждой спросил Лэри.

— Я не прикоснусь к тебе. Ты сломал все, что было мне дорого, вершитель. Всему есть граница. Всему. Даже моей наивности.

— Ты был мне нужен. Нужен сейчас. И будешь нужен всегда. И я слишком люблю тебя, Стерко, чтобы с кем-то делить…

— Любишь?! — у Стерко задрожал подбородок. Не от умиления. От гнева.

И Лэри оставалось только вздохнуть:

— Что ж, можно только поздравить защитников. Пусть с помощью калганской принцессы, но они уничтожили вершителя в Беспределье! Раньше это никому не удавалось. Ты превзошёл всех, Стерко…

Лэри замолчал, увидев, что лицо друга становится всё более непроницаемым.

— Ты самый опасный маньяк мироздания, вершитель, — вздохнул Стерко.

— Я всего лишь существо, чьё тело родилось на этаже хаварров, а душа — в Беспределье. Прими это, и ты поймёшь и простишь меня, — ответил Лэри. — А теперь, Стерко, тебе лучше уйти. Я хочу остаться один.

— Нет уж. Я уйду, а ты вскочишь на ноги, и ищи тебя потом по всему подземелью.

Лэри взглянул на Стерко с укором:

— Если тебя будет приятно поприсутствовать при моей кончине, я согласен, стой и смотри, как меня вывернет наизнанку калганская дробь…

Лэри ещё раз с надеждой огляделся, но даже если бы Игорь или Пласси в эту минуту оказались рядом, ни кто-то из них, ни оба они вместе не могли бы спасти старшего брата. И в последний раз взглянув в синие глаза Стерко, Лэри зажмурился и перестал сопротивляться калганским шарикам.

Растущая боль и клокотание крови, готовой вырваться наружу… Сквозь муки агонии умирающий вершитель ясно услышал горестный плач: его земля прощалась с ним. Лэри по-прежнему был любим Беспредельем.

ГЛАВА 22. Посвящение

Жирное существо хоть и было несколько неуклюжим, но его размеры мешали не столько ему, сколько Игорю. Тварь теснила мальчишку своей массой, медленно, но верно подталкивая его к обрыву. Да ещё резкий запах из канавы давил на мозги, выключал ориентацию, мешал сосредоточиться.

Игорь сделал несколько попыток пробраться в тот угол с ножом, о котором кричал ему брат, но тварь неизменно вставала у него на пути.

Несколько раз жирный вытягивал лапы и делал попытки схватить человека. Игорь уворачивался, но с каждым разом это получалось все хуже и хуже. Снова дала о себе знать рана на бедре. Хотя повязка, мастерски наложенная Мауцей, позволяла Игорю проворно двигаться, боль начала досаждать.

Эта безнадёжная игра не могла продолжаться долго. Паренёк терял силы, а тварь становилась все голоднее. Несколько ударов ногой по загребущим лапам никак не повлияли на желание твари полакомиться человечинкой. Игорь с ужасом осознал, что паника уже начинает вытеснять надежду…

Челюсти твари задвигались совсем рядом. Такие зубищи могли одним махом перекусить человеческую шею.

— Игорёк, постарайся! — закричал Андрей. — Достань нож!

Игорь послушно двинулся боком, перемещаясь в сторону лежащего ножа. Чудище было явно настороже.

Когда Игорю всё же удалось добраться до немудрящего оружия, и нога его наступила на край лезвия, Игорь решился на пару секунд выпустить тварь из поля зрения и нагнуться за ножом…

Он схватил рукоятку, и вся окружающая картина моментально превратилась в стоп-кадр.

Тварь с распахнутым зубастым клювом, нависшая над человеком… Прижавшийся к дальней стене мальчишка… Андрей, стоящий на коленях почти у самого края канавы… Все они застыли. Да и сам Игорь почувствовал, как что-то обволакивает его, парализует, не даёт двигаться. Рукоятка ножа оказалась тёплой, и это тепло побежало вверх, по стиснутому кулаку, по плечу, постепенно рассасываясь…

Игорь очнулся, будто после долгого спокойного сна и легко вскочил на ноги.

Жирный урод стоял перед ним, опустив лапы.

Игорь шагнул в сторону, сжимая нелепый маленький ножичек. А тварь неожиданно к глубокому изумлению человека засуетилась, жалобно заворчала и стала пятиться к канаве.