Наталия Романова – Мультяшка (страница 2)

– Но… – Максим сглотнул.

Старческая деменция? Отчаяние? Бред? Это звучало, как бред! С юридической и с человеческой стороны. Два незнакомых человека не могут вступить в брак, рожать детей. Детей! Лишь потому, что престарелому придурку этого хочется.

– Или я тебя уволю без выходного пособия и с волчьим билетом. – опять отчеканил старик.

– Вот как? – это меняло дело, в корне.

– Мальчик, Мирослава – всё, что осталось от моей семьи, – твёрдо продолжал Сильвестр. – Я пойду на что угодно, чтобы защитить её даже от неё самой, против её воли в том числе.

– Как вы себе представляете юридическую сторону этого процесса? – спокойно произнёс Максим, собравшись. Голос не дрогнул, уголки губ поползи вверх в снисходительной ухмылке. – Кто может дать гарантии, что я, будучи в статусе законного мужа, не обдеру, как липку, вашу Мирославу, когда вы почиете с миром?

– Об этом позаботится штат юристов, они не зря свой хлеб едят, не волнуйся. – старик махнул рукой.

– Что ж, уверен, вы отыщите достойные рычаги давления. Но как вы собираете самой Мирославе представить эту новость. Думаете, она захочет связать свою жизнь с незнакомым мужчиной? У нас не феодальный строй.

– Она захочет, – кивнул Сильвестр. – У неё была возможность выбрать себе специальность, место жительство, мужчину. Я старался не лезть в её жизнь, насколько это возможно. Но отныне решать за неё буду я, раз сама не может.

– Вы уверены, что она не может? У неё какие-то проблемы? Психические? Умственные? – Максим Аркадьевич положил ногу на ногу и приготовился вести торг.

– С медицинской точки зрения нет. – Я понимаю твою озабоченность, она абсолютно здорова.

– Тогда в чём дело? – пристально взглянул в глаза визави Максим.

– Я уже объяснял, – старик держал взгляд. – В её нестабильности, её желаниях, которые меняются чаще, чем она успевает что-то захотеть на самом деле, в её друзьях, в конце концов. Один из них рок-музыкант какой-то неизвестной группы, другой её товарищ занимается граффити.

– Граффити – это стрит арт, – не сдавался Максим. – Сейчас среди молодёжи, актуально.

– Молодёжи! – Сильвестр взмахнул руками, – Этому её другу – двадцать восемь лет. Его высшее достижение – изрисовать электричку. Про рок-музыканта я не желаю говорить. Тебе немногим больше, не так ли?

– Двадцать девять. – уточнил Максим.

– Ты работаешь на меня десять лет, – старик склонил голову. – Зарекомендовал себя с лучшей стороны и не допустишь, чтобы моя девочка пострадала, а некоторые юридические формальности не дадут тебе ей навредить. Итак, ты согласен?

– Не будет ли лучше сначала познакомиться? – поинтересовался его подчиненный.

– Выбор простой, Максим Аркадьевич, либо ты лишаешься работы, всего, чего достиг собственным трудом, и не имеешь ни малейшего шанса начать всё с нуля, либо становишься членом моей семьи. – По всей видимости, Сильвестр уже всё давно решил, поэтому твёрд. – Решать тебе. И решать сейчас.

– Это не самый сложный выбор. Второй вариант, – Максим расслабленно откинулся на спинку кресла. – Надеюсь, я увижу свою будущую жену до свадьбы. Впрочем, меня больше интересуют юридические аспекты, на них я бы хотел заострить особое внимание. И, естественно, здоровье Мирославы, так ведь зовут мою избранницу? Раз уж речь идёт о совместных детях, я настаиваю на медицинском обследовании, в свою очередь я тоже пройду его. Генетические, психиатрические, венерические заболевания.

– Что ж, твои опасения и действия понятны, я поддержу тебя в этом. Завтра прибудут юристы, у них уже готовы договоры, но, вероятно, ты захочешь внести коррективы, я готов к диалогу. – старик одобрительно кивнул. – В больницу вас обоих запишет Целестина. А пока, считаю, лучше молодым познакомиться. Тем более, свадьба планируется в ближайшее время. Думаю, недели две хватит на подготовку. Я хотел поторопиться, но эта женщина, – речь явно шла об ассистенте, – утверждает, что платье раньше готово не будет. Ты же понимаешь, что церемония не может быть домашней.

– Вполне, – Максим согласно кивнул.

– Целестина, – Сильвестр нажал кнопку допотопного селектора. – Мирославу сюда!

Что ж, быстро и по делу. Максим перевёл дыхание. Не ожидал, но выбора ему не оставили, пускать псу под хвост всё, чего он добился за десятилетия, он не собирался. А речь шла именно о десятилетиях.

Он не родился с серебряной ложкой во рту, единственная его удача – мама, хороший учитель английского языка, преподаватель элитной школы, куда детей педагогов брали без внушительного вступительного взноса. Бонус от директора школы, чтобы удержать кадры в голодные годы.

Потом, со временем, стало проще, появилось репетиторство, родители не жалели денег на знания отпрысков, но Максим всегда был на низшей эволюционной ступени развития школьной иерархии. У него был только один выход – учиться и быть «своим» за счёт знаний и железного самообладания.

История повторилась и в университете, и позже, на стажировке. Всё это время он работал на Сильвестра, сначала будучи студентом, потом стажёром, а потом и управляющим, проскользнув в компанию чудом – помогли школьные, ещё мальчишеские связи. Максим понимал, что второго такого шанса в его жизни не будет. Не будет никогда, и вгрызался в него, как безумный, учась, как ненормальный, работая с самоотдачей бригады шахтёров, наслаждаясь результатом.

Сейчас у него, наконец, была обеспеченная, сытая жизнь, как и у его родителей, и он не собирался потерять всё достигнутое трудом и потом по прихоти полоумного старика. Если тому хочется, чтобы он женился на его драгоценной, альтернативно одарённой внучке и родил с ней парочку детей, – он так и сделает, даже если она похожа на Лох-несское чудовище и тупая, как пробка. Он продаёт себя. Да. Покупая взамен безбедную жизнь себе и своим родным, в том числе – этой девице, своей будущей жене.

Максим оглянулся на дверь – рядом с Целестиной стояла девушка.

Ничем не примечательная, но и чудовищем её определённо назвать было нельзя. Худая, с девичьими формами и округлостями в нужных местах, длинными волосами, скорее тёмно-русыми, немного курносая, с островатым подбородком. Главным достоинством обычного личика были глаза – кошачьи или эльфийские, с вздёрнутыми вверх уголками. Губы аккуратно подколоты, что совсем не портило, напротив. В целом – очаровательное создание! Встретив такую цыпочку в баре, Максим не слишком долго выбирал бы из кандидаток и предложил бы именно ей провести весёлую ночку в своей компании, чтобы наутро забыть её имя и существование.

Девушка, Мирослава, прошла мимо, уселась напротив. Максим разглядел пирсинг колечком в крыле носа, там же сверкнул камушек, скорей всего, бриллиант.

– Мира, познакомься, Максим Аркадьевич, – представил его старик.

– Он здоров? – раздался мурлыкающий голос.

– Вполне, – тут же ответил Максим.

– Тогда что не так? Зубы? Потенция? Карточный долг? Что с тобой не так, что ты согласился жениться на взбалмошной тупице, которая не способна позаботиться даже о хомяке и портит жизнь себе и окружающим? Дед, что с ним не так? – девчонка смотрела на старика в упор.

Макс ухмыльнулся.

– Мира! – Сильвестр поднялся из-за стола. А она не отступила, просто подняла голову и сжала губы.

– Что? Знаете, что? Вы тут пока решайте, свадьба дело хлопотное, а я к себе, подожду, пока тебя отпустит эта чудо-трава, дедуля! – развернувшись, она стремительно вышла, хлопнув дверью.

– Это была не лучшая твоя идея, – Целестина покачала головой, усадила старика в кресло.

– Я её заставлю! – Сильвестр настаивал на своём.

– Не сомневаюсь в этом… Ужин накрыт, в столовой, – обратилась она к Максиму. – Я за Мирой.

– Может, лучше оставить её в покое, – Максим равнодушно пожал плечами, про себя же подумал, что идея с отпустившей чудо-травой – одна из самых здравых за последние несколько часов, которые он слышал.

– Вам надо познакомиться поближе, не такое она и чудовище, как рисует её он, – прошептала Целестина, когда Сильвестр уже вышел из кабинета, направляясь широкими шагами в столовую, кивнув гостю, чтобы тот следовал за ним.

О да, я видел! – усмехнулся Максим.

– Разве ты не хотел бы ответить ему то же самое, будь у тебя возможность? – опять совсем тихо прошептала собеседница и сухо улыбнулась. – Добро пожаловать в семью!

Каким-то седьмым чувством Максим Аркадьевич понял, что свадьбе быть, и отчётливо понял, что ничего хорошего в ближайшие лет десять его не ждёт.

Глава 2. Мирослава

Мира буквально влетела в комнату, упала на кровать, нырнула под шёлковое покрывало. Не прошло и суток, а её жизнь перевернулась с ног на голову. И не было похоже, что могло что-то измениться в лучшую для неё сторону.

Вчера вечером, ближе к ночи, она беспечно плескалась в своей огромной ванне, попивая игристое вино, и собиралась провести там же остаток вечера. Но всё пошло не так. Планы нарушил звонок Владлена, который мог быть просто Владимиром, Вадимом или даже Лёшей. Но Мирославу интересовало не это, а то, что Владлен был другом Данилы – солиста рок-группы и талантливого музыканта, очень известного в своём кругу.

Данила не стремился к славе или большим деньгам, полностью отдавал себя делу своей жизни, был немного фанатичным, ненормальным, одним словом – фриком. У его таланта была целая армия поклонниц, даже фанаток, а он выделил её. Её одну! И даже ввёл в свой круг общения, сделав своей в компании подвыпивших музыкантов. Мире нравился пронзительный взгляд его синих глаз, узковатое, всегда бледное лицо и чёрные, длинные волосы.