Наталия Панина – Сила магии (страница 67)

– Что ж, камни не горят, – сказал Учитель, – в отличие от нас с тобой. Надо спешить, или мы все изжаримся здесь на радость Тауру. Тебе придется поделиться со мной энергией, малыш, моей не хватит на троих. Дай мне руку.

Я протянул правую руку туда, где, по моему разумению, находился Локи. По холоду в пальцах было ясно, что пока у него все получается. Левой рукой я удерживал Алису, как бы ее куда не унесло в самый неподходящий момент.

– Прощай, малыш, удачи, – чуть слышно шепнул Локи. Трехцветный смерч рванулся в небо. Похоже, старт прошел успешно, о Локи и девочках можно не беспокоиться.

– Осторожно! – вскрикнула вдруг Алиса. Черная вспышка полыхнула мне в глаза.

Я на скорую руку превратил брошенный гостями арсенал в груду камней, а Алису – в черную жемчужину на цепочке, повесил ее себе на шею (если и потеряю, то только вместе с головой) и взлетел белым вихрем. Собрался было прошвырнуться по верхушкам горящих сосен, как в самый центр моего смерча ворвалась черная энергия и стала прижимать меня к земле, прямо на пылающий лес.

Я развернулся, собрал все черные сполохи, добавил дыма пожарища, дорожной пыли и запустил все это в мерцающего где-то внизу Черного Магистра. Саданулся плечом обо что-то каменное и холодное, убрал ссадину вместе со старой раной и стал двигаться осторожнее. Куда это меня занесло? Судя по цвету, сплошные камни. Что-то не видел я в окрестностях Альвара скал такой высоты, хотя, благодаря Тауру, имел возможность рассмотреть все с птичьего полета. Я протянул вперед руку, она уткнулась во что-то гладкое и холодное. Странно, с другой стороны то же самое.

Где-то раздался смех.

– Теперь можешь открыть глаза, Илай. – Опять Таур. Когда только успевает? – Скоро мы начнем поединок, и он будет честным. Ты готов?

Чуть кольнуло в висках, и повязка с моих глаз бесследно исчезла. Я осмотрелся. Темнота и тишина. Но раскинешь в стороны руки, и пальцы упираются в стену, прозрачную и холодную. А пути только два – либо вверх, либо вниз. Надо же так глупо попасться! Разыгрался, как рыбка в аквариуме, и, пожалуйста, добро пожаловать в сачок. Говорил же Локи, легкомыслие меня погубит. Таур просто загнал меня в ловушку. И что теперь? Сдаваться на милость победителя? Искать выход? Ждать?

Жемчужина на шее заметно потяжелела и запульсировала огненными толчками. Я словно услышал голос Алисы: «Ищи кристалл Ваурии и Хранителя меча. Локи не ставит невыполнимых задач, постарайся».

Я рванулся вверх.

Вскоре пейзаж сменился. Я увидел море и понял, что умру, если немедленно в нем не искупаюсь. Жемчужина вновь потеплела.

– По очереди, – пообещал я, прочитав мысли Алисы, снял кулон и засунул его в задний карман джинсов.

Только окунувшись в прохладную голубовато-прозрачную воду, я понял, как мне этого не хватало. Я нырнул и поплыл к горизонту. Сначала я поплавал сам по себе, потом порезвился дельфином, немного побыл летучей рыбкой Олле из Внеземных океанических измерений и, наконец, вернулся на берег.

Кое-как натянул джинсы и сунул руку в карман, намереваясь предоставить Алисе возможность поплескаться. Но ни жемчужины, ни Алисы, ни чего бы то ни было на них похожего, там не было.

Мой карман был девственно пуст. Потребовалось довольно много времени, чтобы мое сознание свыклось, наконец, с мыслью, что жемчужина пропала.

В баре играла тихая музыка. Света почти не было, только маленькие язычки свечей в темноте. «Придет или нет? – с тоской думала Кира, лениво потягивая коктейль у стойки. – Нет, конечно, нет. Зачем я ему? Влюбилась как школьница, теперь страдаю. Отдохнула, ничего не скажешь. Я сама его спугнула. Где это видано, чтоб с первого взгляда влюбиться, как кошка? Он все понял и не придет. Конец мечтам о прекрасном принце…»

– Кира, – совсем рядом его голос. Этого не может быть. Так не бывает. Неужели счастье не обмануло?! – Кира, Вы меня, наверно уже забыли?

Кирилл стоял, облокотившись на угол барной стойки, и в глазах его плясали огоньки свечей. Какие у него яркие глаза, голубые, как звезды. Улыбка делала его лицо по-детски беззащитным. От его слов Кира расцвела, стремительно превращаясь из гадкого утенка в прекрасного лебедя.

– Конечно, нет, – она вдруг поверила в свои силы. – Но Вы заставляете себя ждать.

– Простите великодушно, – он чуть склонил голову. – Честное слово, я опоздал лишь потому, что никак не мог решить, что Вам нравится больше: черный жемчуг или традиционно белый.

– Черный… – чуть помедлив, ответила Кира. – Но это не повод для опоздания.

– Значит, я угадал, – обрадовался Кирилл и протянул ей маленькую бархатную коробочку.

– Что это? – замерла в ожидании Кира.

– Открой, – перейдя на «ты», посоветовал он. – Надеюсь, тебе понравится.

На серо-стальном бархате лежала черная жемчужина. Длинная перламутрово-черная капля в тончайшей золотой оправе.

– Я не могу принять это, – пролепетала Кира, – это безумно дорогой подарок.

– Вам не понравилось? – расстроился Кирилл и снова перешел на Вы.

– Что Вы, – жемчужина завораживала ее своей красотой, – она великолепна. Но… – Кира замялась, подбирая нужные слова.

– Мы не так долго знакомы, и такие подарки обязывают? – закончил за нее Кирилл, – Бросьте, Кирочка, не будьте нафталиновой фрейлиной. Не те сейчас времена, да я и не требую от Вас ничего, мне достаточно Вашей улыбки. Примерьте, прошу Вас.

Кира робко посмотрела на него и почти шепотом сказала

Ну, разве только примерить, – пальцы ее вдруг стали ледяными и непослушными, они никак не могли справиться с замком.

Давайте я Вам помогу, – Кирилл расстегнул цепочку и надел кулон Кире. Когда он застегивал замок, его руки чуть коснулись ее шеи, от чего по всему телу Киры пробежала волна волнения и радости. Ее счастливое лицо отразилось в зеркальной витрине бара. Жемчужина на шее Киры скромно мерцала в полумраке, но это была скромность, кричащая о себе.

– Вы великолепны, – не сказал, выдохнул Кирилл, – эта вещица просто создана для Вас.

– Это очень дорогая вещь… – неуверенно сказала Кира.

– Для меня блеск Ваших глаз намного дороже, – галантно сказал он и тут же предложил: – Сделайте и Вы мне подарок. Этот танец, подарите его мне.

Они начали танцевать, и Кира вдруг почувствовала, что ее ноги не касаются пола. Это был уже не танец, а полет. Сегодня она уже не летела в пропасть. Кирилл уверенно вел ее за собой куда-то ввысь, к самому небу. Она немного испугалась сначала, так как совсем не умела летать, но потом страх пропал, и она, забыв обо всем, всем существом отдалась наслаждению полетом.

Я ковырял песок, как ополоумевший гибрид навозного жука с землеройкой. Надежда на то, что жемчужина просто выпала из кармана, придавала сил. Через пару минут я сообразил, что погорячился и просканировал песок в радиусе десятка метров от места потери. Ни там, ни в ближайшем обозримом пространстве Алисы не было. И тут левая половина пляжа начала плавно накрывать правую, как будто перелистнули страницу в огромной, ярко иллюстрированной книге, а я – как раз в центре картинки. Море сливалось с морем, песок – с песком. С детства не люблю пустыни. Мне определенно не улыбалось пропасть в песках где-то посреди Ваурии, уж лучше утонуть. Я снова нырнул в море, на сей раз в полном обмундировании, и превратился в рыбку Олле. Очень хорошая рыбка, летает, плавает, дышит любым из существующих газов от кислорода до криптона. И вид изумительный: золотисто-красное туловище, радужные плавники и шикарный искрящийся хвост, развевающийся как плащ.

Полетать не получилось. В мире был только океан. Не было берега, не было неба, не было воздуха, не было ничего, кроме бесконечно большого количества соленой воды. Я нырнул к самому дну, в хрустально-прозрачной воде отражались солнечные лучи.

Таур – мастер дизайна. Если б он так активно не пытался меня убить, с удовольствием взял бы у него пару уроков. Коралловые гроты, заросли ярких водорослей, будто волшебные сады у подводных дворцов. Сказочной красоты местность, но, кроме меня, ни одного живого обитателя.

Грот на моем пути поражал затейливостью конструкции и буйством красок. Проплыть мимо было практически невозможно. Я нашел вход и, была – не была, нырнул в него. Стены были расписаны какой-то замысловатой вязью неизвестного мне языка, и это собрание иероглифов постоянно мерцало и извивалось. На всякий случай запомнил весь текст, если, конечно, это текст, а не обыкновенный орнамент или отраженная тень подводных течений.

Вода стала темнеть, а подводный лабиринт сужаться. Надо поскорее выбираться отсюда, пока не заплыл в какой-нибудь вакуумный тупик. Я уперся взглядом в огромный кристалл. Внутри него, по всем его граням, как кровь по жилам, струился мерцающий свет, переливаясь всеми тонами бирюзы и изумруда. Неужели кристалл Ваурии? Однако камень раз в пять меня больше, пока я рыбка Олле.

Камень уменьшить не получится, а себя увеличить… Примерился к кристаллу и стал расти. Хорошо, у Олле полтуловища приходится на рот. Я кое-как прихватил камень и поплыл дальше. Стало совсем темно, и я вдруг выскользнул на поверхность зеленовато-черного залива, в непосредственной близости от берега. Не рассчитал и вылетел из воды, как торпеда, отчего пропахал метров десять по прибрежной гальке. Закон магических сохранений сработал. Таранила брюхом берег рыбка Олле, а пузо поцарапано у меня. Пока кувыркался по камням, кристалл вылетел. Естественно, он же размером почти с мой кулак.