Но рвётся в клочья… В точке невозврата
Вселенским взрывом разлетелась медь,
Чтоб в Млечной речке звёздами гореть
И вечно спорить с выводом Сократа.
МИНУС НА МИНУС
В небе повисла выцветшая луна.
Минус полтинник.
Минус твоя вина.
Больше не больно.
Здравствуй, мой милый Волька!
Я ведь ждала тебя —
долго, не помню сколько.
Верила в сказки, верила в чудеса, —
всё молодилась, да поседела вся.
Стала чудить,
но мне лень исполнять желания;
пользуюсь редко знаками препинания:
то ли казнить тебя,
то ли опять помиловать?..
Хочешь борща?
Утром ещё сварила я.
А «эскимо»
мы кода-то с тобой всё съели.
И ни к чему сейчас нам
жизненные качели…
Хочешь вина?
Или по стопке «джина»?
Да не вздыхай так.
Что мне твоя кручина?
Минус на минус —
хоп, и в итоге плюс!
Я не волшебник —
я до сих пор учусь.
ШЛЯПА
Сегодня я в шляпе-цилиндре
гуляю по улице длинной,
а шляпа растёт и растёт —
скрыла солнце.
И весь небосвод
золотыми расцвёл огнями.
Лунный месяц, что рог бараний,
круглым боком к земле провис.
Осветил цвет черёмух пышных,
клёны, вязы, берёзы, вишни…
И к земле устремился вниз.
Улёгся в глубокие травы.
Наверное, ради забавы,
а, может быть, просто так
собрал добродушных зевак.
И кто-то воскликнул:
«Мой бог!
Да это ж волшебный цветок,
что в полночь цветёт на Купалу!..»
Месяц сразу налился алым
и зорькой зажёг восток.
И спорили, спорили люди,
о том, что увидели в чуде.
Шумели, мол, это – не то!
И каждый увидел своё.
Но главное, что интересно,
под шляпой той было не тесно —
ни мне,
ни тебе,
никому!
А месяц в туманном дыму 
