Наталия Николаева – Гувернантка (страница 4)

– Честно признаться, я не вижу Эмилию рядом с моим сыном. Она красивая, манеры хорошие, но характер у нее скверный. Уж очень она требовательная, и заносчивая. Я хочу, чтобы рядом с Норманом была совершенно другая женщина. Милая, добрая, а главное, любящая его, а не титулы и приемы.

В голосе герцогини, я почувствовала нежность к сыну, ее трепетное отношение, материнскую любовь и заботу, и в то же время гордость за повзрослевшего ребенка. Само собой разумеется, как хорошая мать, она хочет только самую лучшую девушку в жены родному ребенку. Ну и, наверное, эта девушка должна быть из высшего светского общества.

– Но ведь, главное чувства Нормана. Если он ее действительно любит, я думаю, ваша светлость, не будет против такого союза, – заметила мать-настоятельница.

– Даже не знаю. Может, и не буду. Однако, – прищурила глаза герцогиня, – что-то мне подсказывает, что Норман очень быстро раскусит злобный характер невесты.

– Ваш брак был счастливым, вы женились по любви. У вас такие прекрасные дети, – заговорила матушка Мария.

– Вот только счастье длилось не долго, – перебила ее герцогиня.

– Смерть герцога, стала тяжелым ударом для всех нас. Время лечит раны, глядишь, и тебе приглянется какой-нибудь герцог, – попыталась смягчить воспоминания матушка.

– Ой, нет голубушка, – засмеялась с грустными нотками в голосе герцогиня, – я буду жить для детей, а может, у Нормана скоро появятся внуки. Буду их растить. А вот мы и пришли, посмотрите вокруг. Правда, восхитительно!

Мы остановились перед беседкой, но не такой как в монастыре. Она большая, внутри лавочки, оббитые кожей. Небольшой столик с резными ножками. И прямо перед беседкой, маленький пруд. Его края обсажены низенькими растениями, а в воде плавают кувшинки.

– Пруда раньше здесь не было? – удивилась мать-настоятельница.

– Да, его обустроили в прошлом году. Потребовалось много времени и усилий. Даже нанимали людей из деревни. Но оно того стоит. А когда распустятся кувшинки, глаз не возможно оторвать. Белые и розовые цветы плавают на воде, не хватает только лебедей, – со смехом проговорила герцогиня.

– Я думаю, если ты захочешь, и лебедей заведешь, – отмахнулась мать-настоятельница.

Все замолчали, наслаждаясь чистым воздухом на маленьком островке восхитительной природы.

Залаяла собака, я обернулась. По аллее торопливо шел слуга.

– Ваша светлость, позвольте вас потревожить, – обратился он к герцогине.

– Что случилось, Джейк?

– Прибыл герцог Норман, ваша светлость.

– Ой, как хорошо. Пойдемте, ты увидишь, как повзрослел мой мальчик. Уезжая в полк, он обещал приехать, как устроиться, и рассказать, как обстоят дела. Ну, пойдемте же скорее, – заторопила нас герцогиня.

Хотя мы не отставали ни на шаг, ей, наверное, казалось, что именно мы оттягиваем встречу с сыном.

5

– Где Норман? – герцогиня метнула быстрый взгляд на дворецкого.

– Герцог умывается с дороги и через минут пятнадцать спустится, – ответил невозмутимый дворецкий.

– Пойдемте в гостиную, Лукас прикажите подать чай.

– Хорошо, ваша светлость.

Мы уютно устроились в уже знакомой гостиной. Мне передалось нетерпение герцогини. Хотя, она рассказывала матушке о какой-то баронессе, глаза ее были прикованы к дверям гостиной.

Дверь распахнулась.

– Герцог Норман, – прогремел голос дворецкого.

– Ах, мой милый мальчик. Наконец ты приехал, – бросилась к нему леди Генриэтта.

– Здравствуйте, мама, – обнимая даму, проговорил юноша.

– Какой ты красивый в мундире, как хорошо он на тебе сидит, – не могла отвести глаз от сына герцогиня.

– Я очень соскучился, мама, – смущенно проговорил молодой человек.

– Я тоже соскучилась, сынок, – погладила по голове сына леди Генриэтта, но, опомнившись, повернулась в нашу сторону.

– У нас гости, посмотри, – потащила она за руку Нормана, – это матушка Мария, ты ее помнишь.

– Конечно помню. Добрый день, матушка, – улыбнулся Норман, его взгляд остановился на мне, – а кто эта юная леди?

– Это воспитанница матушки Марии. Ее зовут Анна, – представила меня герцогиня.

– Очень приятно, – мягко сказал Норман.

Вспомнив правила этикета, я сделала реверанс, в ответ на приветствие герцога.

Передо мной стоял высокий, черноволосый молодой человек, в парадной военной форме. На что я сразу обратила внимание, так это на большие добрые глаза.

– Посмотри, матушка Мария, каким взрослым стал мой мальчик.

– Совсем мужчина, и военная форма на тебе сидит как влитая, – сказала мать-настоятельница.

– В форме ты прям генерал, – потрепала по щеке сына герцогиня.

– Совсем меня смутили, – засмеялся Норман.

– Чай остывает, пойдемте за стол, – пригласила герцогиня.

К чаю подали тоненькие тосты со сливочным маслом и джемом, нарезанный сыр и засахаренные фрукты. Такой вкуснотищи я еще никогда не пробовала. Я съела один тост с джемом и взяла два ломтика фруктов. А как хотелось еще.

– Меня не было три месяца, как идут дела у нас в имении? – поинтересовался Норман.

– Да все как всегда: садовник стрижет кусты, Грядки хорошо взошли, есть надежда получить отменный урожай овощей. Вот только случилась небольшая неприятность с твоей любимой лошадью, Звездочкой. Неделю назад она заболела. Но конюх, молодчина, вовремя заметил неладное, послали за врачом. Он определил, какую-то болезнь желудка. Мы пролечили ее и сейчас все в порядке. Она полна сил и энергии.

– Позже, обязательно проведаю Звездочку. У меня несколько любимых лошадей, но Звездочку, я люблю больше всех. Это самая первая моя лошадь, на ней я учился ездить верхом, а сколько раз сваливался с нее неперечесть, – объяснил Норман, повернувшись к матушке Марии.

– Я помню, ты с раннего детства садился на лошадь и хотел, чтобы тебя катали, а потом начал учиться и ездил сам, – заметила матушка Мария.

– И поверьте, с годами любовь к лошадям разгорается все сильнее, – проговорил Норман.

– Мой покойный муж, заметил эту любовь Нормана к лошадям и обустроил прекрасные конюшни. Каких только пород лошадей там нет! – с гордостью посмотрела на сына герцогиня.

– А вы любите лошадей? – обратился Норман ко мне.

– Они очень красивые, но я их очень боюсь, – совершенно не ожидав, что мне могут задать вопрос, с дрожью в голосе, пролепетала я. И не могла же я сказать, что я их раньше никогда не видела вблизи.

– Но зачем же их бояться, они очень умные, – засмеялся Норман.

– Мой мальчик, расскажи о военной службе, – попросила герцогиня, – как ты устроился?

Глаза Нормана заблестели.

– Прибыл я в полк, – начал рассказ Норман, – встретили меня хорошо. Командир полка герцог Глостерский хорошо знал моего отца, поэтому отнесся ко мне как к родному сыну. Колдстримский полк, в котором я служу, очень прославленный. Это один из старейших полков британской армии. Особенно отличился он в последней войне с Наполеоном, в частности в битве при Ватерлоо. Представляешь, мама, в моем взводе есть несколько человек, которые участвовали в этом сражении.

Все внимательно слушали рассказ Нормана, и у меня появилась отличная возможность рассмотреть этого жгучего брюнета как следует.

Норман сидел в кресле прямо, закинув ногу на ногу. Густые черные волосы зачесаны на левую сторону. Большие карие глаза, прямой нос, высокие скулы и, кажется, всегда улыбающиеся губы. Тоненькая полоска темных усов над верхней губой, придавала им особую чувственность. И как можно с усами целоваться? Ой, что за глупые мысли возникают в моей голове?! Его грудной баритон завораживал. Но самое большое впечатление на меня произвели глаза. Большие, сверкающие, бездонные, кажется, в них можно утонуть. Все его эмоции отражаются в глазах. Я засмотрелась на него, как вдруг мои мысли прервала матушка Мария.

– Аннушка, что с тобой? – спросила мать-настоятельница.

– Извините, все хорошо, – смутившись, ответила я. Да вот это я дала. Задумалась и пропустила половину рассказа мимо ушей. Кажется, матушка заметила, что я летала в облаках и совсем не слушала. Главное, чтобы никто этого больше не заметил.

– Так что устроился я неплохо, потихоньку вхожу в курс дела. Мой командир пока меня сильно не гоняет, но требует, что бы я держал свой взвод в порядке, – продолжал Норман, – поэтому приходиться стараться изо всех сил, я ведь не могу опозориться перед старыми друзьями моего отца.

– Твой отец был настоящим мужчиной, следуй его примеру.

– Я буду стараться, ведь военная служба мне нравиться, конечно, оставаться в армии надолго я не собираюсь, но служить буду, – ответил Норман.

– Поздно уже, мы засиделись. Надо возвращаться, – заволновалась мать-настоятельница.

– Побудьте еще немного, скоро подадут ужин, – настаивала герцогиня.