Наталия Нестерова – Сказки народов Поволжья (страница 37)
— А я два счастья отыскал — себе двух друзей верных да соратников.
А Ваня и говорит:
— А мне добрые люди да Елена помогли. Вот, еду к батюшке с подарками.
Братья и говорят:
— Дай нам что-нибудь! Приедем к батюшке с добычей вместе, скажем, что втроем ею завладели!
— Нет, — Ваня упрямится, — неправда это.
И тут братья призавидовали и решили Ваню ночью убить.
Елена Прекрасная прослышала это да и сделала волшебную чучелку — от нее самой не отличить. А вместо Вани охапку хвороста под тулуп положила.
Схватили братья коня златогривого, чучелку-Елену да жар-птицу в клетке. А над Ваней посмеялись — спит, не шевелится, дурачок. Не стали его кинжалами протыкать. И отправились к купцу, к батюшке.
Тут Елена Прекрасная Ваню позвала, они на двух других коней сели и следом поехали. И заколдовалась Елена Прекрасная в старушку ветхую.
Приехали во двор. Встречает отец Ваню и говорит:
— Эх, Ванюша-дурачок, ты как был дурачок, так и остался. Смотри, братья твои Елену Прекрасную привезли, а еще жар-птицу, что наши яблоки клевала, да коня златогривого пригнали.
— Нет, — Ваня говорит. — Нашли они свое счастье — невесту в дальних краях да двух добрых друзей. А жар-птица, конь златогривый да Елена Прекрасная — это моя добыча. Хотели у меня ее братья украсть, да не смогли.
Толкнул он чучелку — та и развалилась на камыш да глину. И увидели все, что с Ваней не старушка ветхая, а Елена Прекрасная.
Тут сознались братья, что обокрали Ваню, пока тот спал. Обокрали, да не убили — пожалели. И что верно, и конь златогривый его, и жар-птица.
Рассердился купец на старшего и среднего сыновей, надолго им от дома отказал. А Ване свадьбу сыграл да терем молодой семье отстроил.
Долго ли, коротко ли — время шло. И все они помирились и жили каждый с тем, что на камне было написано: старший — с женой; средний — воеводой сделался, собрал себе дружину, что началась с тех двух друзей верных; младший — со своим несчастьем, глупостью да с умной красавицей Еленой Прекрасной.
Две сумки
Жили-были старик со старухой. Небогато жили. И вот решили они блинов напечь да поесть. Старуха и говорит:
— Иди к попу, старик, займи нам муки — нет у нас, а поп, глядишь, меру и даст.
Пошел мужик к попу, попросил муки. Дал поп муки меру. Понес ее мужик в миске, а миску-то и не прикрыл.
Подул ветер. Разметал всю муку из миски. Дошел старик домой — а в миске пусто.
— Не дал поп муки? — старуха спрашивает.
— Дал, да ее ветер разметал, — старик отвечает.
— Иди, дурак, к Яге, жалуйся на ветер!
Пошел старик к лесу. Дошел до опушки, где изба на курьих ножках стоит. Крикнул:
— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!
Повернулась избушка. Вошел старик в избу — там Баба-Яга — костяная нога. На полатях лежит, зубом стучит.
— Здравствуй, старик! Дело пытаешь или от дела лытаешь?
— Когда и дело пытаю, а когда и от дела лытаю. А сейчас пришел на ветер жаловаться! Понес я меру муки в миске, а ветер-то ее всю и разметал.
— Ветер — сынок мой родной. Прилетит сейчас, с него и спросим!
Прилетел ветер, входит в избу добрым молодцем.
— Ветер-ветер, ты зачем старика обидел, муку его разметал?
— А почему он не прикрыл ее? Как тут не разметать?
— Старик со старухой бедные, дай им что-нибудь.
Согласился ветер, дает старику сумку. И говорит: «Из сумки — двое!»
Выскочили тогда из сумки два мужика. И давай парить, жарить — все у них есть, все в руках спорится. Накрыли стол — сел старик есть. Ел-ел, наелся.
Ветер и говорит: «В сумку — двое!»
Мужики в сумку и заскочили.
Схватил мужик сумку, в пояс поклонился и домой побежал. Прибежал, старуху зовет:
— Пожаловался я Яге. А теперь садись за стол, старуха, пировать будем!
Села старуха. Скомандовал старик: «Из сумки — двое!»
Выскочили мужики и давай парить-жарить. Наелись старик со старухой.
Старик говорит: «В сумку — двое!»
Старуха подумала и говорит:
— А зови-ка к нам барина, угостим его, задобрим!
Согласился старик. Пошел к дому барина, зовет в гости.
— Приходи к нам в гости, барин!
— Что мне у вас делать? — барин отвечает. Да и думает старика со двора прогнать.
Тут денщик барина шепчет ему: «Не зря старик в гости зовет, поедем, может, что-то новое и увидим».
Согласился барин. Хорошую тройку лошадей велел запрячь да и помчал к старику со старухой.
Они его встречают, кланяются. За стол усадили.
Старик говорит: «Из сумки — двое!»
Выскочили двое из сумки и давай жарить-парить. Ел барин, ел денщик до отвала. Наелись, встают из-за стола.
Барин и говорит:
— Вот спасибо! А теперь до свидания! — Взял сумку да и поехал домой на тройке.
Плачет старик, плачет старуха.
— Иди к Яге, жалуйся на барина! — старуха говорит.
Пошел старик к лесу. Дошел до опушки, где изба на курьих ножках стоит. Крикнул:
— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!
Повернулась избушка. Вошел старик в избу — там Баба-Яга — костяная нога. На полатях лежит, зубом стучит.
— Здравствуй, старик! Дело пытаешь или от дела лытаешь?
— Когда и дело пытаю, а когда и от дела лытаю. А сейчас пришел на барина жаловаться. Забрал он у меня сумку волшебную!
— Что же ты сумкой перед барином хвастался? — спрашивает ветер, сынок Бабы-Яги. — Ладно, помогу твоему горю. И ты свое получишь, и старуха, за то, что велела барина в гости звать.
Берет ветер другую сумку с крючка и говорит: «Из сумки — двое!»