Наталия Негура – Одержимость волка, или скоро ты станешь моей (страница 3)
Мы бросились к палате красавчика, сердца наши бились в тревоге, что с ним что-то случилось. Стоя у двери, мы, одна за другой, застыли, открыв рты от увиденного, заглядывая поверх плеча старшего медбрата.
- Ну и как вы это объясните девочки? – он тяжело вздохнул и выругался, - хрень какая-то мать вашу…
Нашему взору предстала такая картина: пациента в палате не было, бинты и повязки с его тела валялись на полу, а окно раскрыто настежь..
Я подошла к окну и посмотрела вниз, медленно повернулась к задумчивым медсёстрам:
- Девочки, третий этаж, ничего не понимаю, - тихим голосом произнесла я, приподнимая рукой бинт, болтающийся на оконной раме.
- Да ты что, Наталка, решила, что он в окно выпрыгнул? – улыбнулась Светлана, - наверняка он открыл его для отвода глаз, а сам спокойно сбежал через запасной выход.
- В коридоре были дежурные врачи, они бы его заметили… - нервно промямлила я.
- Хорошо, что мы успели взять его кровь на анализ, не терпится узнать кто он такой, - сказала одна из медсестер, загадочно улыбаясь.
К утру, измотанная до предела, я добралась до дома. Мысли, словно обезумевшие мотыльки, метались в голове, не давая покоя даже на миг. Едва переступив порог, я, словно марионетка, потерявшая нить, рухнула в ванную, окунулась в спасительное тепло душа и мгновенно погрузилась в беспамятство.
ГЛАВА 3
Утром, выйдя на пробежку, я кое-что обнаружила на снегу и нахмурилась. Вокруг дома были следы, очень похожие на волчьи. Я огляделась по сторонам и прислушалась. Ничего, только радостный звон птиц, голосящих о приближении весны.
Я вернулась в дом, взяла ружьё и отправилась в лес. Побегав около часа, я так никого и не встретила, кроме белок. Затем быстро собралась и поехала на работу.
Там снова было неспокойно, впрочем как и всегда. Девчонки сидели в сестринской, распивая кофе и подозрительно шушукались.
- Что у вас опять приключилось, - спросила я, переодеваясь в рабочую форму.
- Натаха, ты не поверишь, - сказала Любаня, жуя пирожок с картошкой, - тот пациент, ну который сбежал во время твоей смены, пришли результаты анализа его крови…
Я резко остановилась и обернулась на неё:
- И что там?
- Это не совсем человеческая кровь, Наталка, вот что! Его кровь не имеет резус-фактора, эритроциты содержат уникальные белки-антигены, а про молекулярный состав я вообще молчу. Либо в лаборатории что-то напутали, либо нам привезли волка, что-ли, не знаем даже что и думать…
- Да бросьте, - остолбенела я, - не может этого быть, такого не бывает, я сама лично обрабатывала его раны и зашивала глубокие рваные порезы, это был обыкновенный мужчина, правда не совсем обыкновенный, уж очень красивый и сильный, но он не был животным…
- Мы тоже склоняемся к тому, что в лаборатории что-то напутали, правда такого с ними не случалось никогда, результаты всегда приходили со стопроцентной точностью, - прошептала Юлька и задумалась.
Я решила не забивать этим голову и отправилась на обход пациентов. Во время рабочего дня мои мысли то и дело возвращались к следам, которые я обнаружила утром возле своего дома.
День пролетел незаметно, правда пришлось немного поскандалить со старичком, мистером Х, который снова ухватил меня за попу во время осмотра и пытался поцеловать, назвав своей будущей женой. Он сказал, что мне придётся исполнять свой супружеский долг. Девчонки уже не обращали на него внимания, но я видела что с ним что-то не так, неплохо бы ему показаться психиатру, ведь крыша ехала у него конкретно.
Вернувшись домой, я наглухо заперла дверь и тщательно проверила каждое окно. В душе клубилась какая-то необъяснимая тревога, не давая мне покоя. Ещё раз бросив взгляд на темные провалы окон и не обнаружив ничего подозрительного, я приготовила ужин, налила себе бокал терпкого вина и, взяв в руки томик любимого романа, устроилась в мягком кресле, надеясь найти утешение в мире слов и на время отвлечься от навязчивых мыслей. Я с головой ушла в перипетии сюжета, совершенно не замечая, как за окном сгустилась ночь, окутав мир бархатной темнотой. Спасеньем служила лишь одна мысль: завтра долгожданный выходной, который позволит мне безмятежно проспать до полудня.
Я проследовала на кухню, где наполнила бокал вином. Свежий воздух ворвался в комнату, когда я приоткрыла окно. Погрузившись в свои мысли, я любовалась величественной луной, сияющей в оконном проеме. В который раз меня охватило чувство умиротворения: какая здесь тишина, какой покой, какая же прекрасная ночь раскинулась за моим окном. Тут взгляд мой упал на ноутбук на столе. Я открыла его и ввела в поиске: «Состав крови животного, отличие от человеческой. Волки. Оборотни. Волчья кровь. Как распознать оборотня в человеке.» Через некоторое время я захлопнула крышку ноутбука, подумав:
Вдруг моё сердце ухнуло в пятки, я услышала слабое рычание за окном и чуть не выронила бокал из рук. Я резко подскочила к выключателю, вырубила свет и вгляделась в темноту за окном. Пустота вокруг шептала о чьём-то незримом присутствии, и каждая клеточка моей кожи отзывалась предчувствием, что кто-то невидимый, но осязаемый, проникал в самую глубину моей души своим пристальным, пронизывающим взглядом. Шестое чувство било тревогу, что я в смертельной опасности. Холодный пот выступил по всему телу.
Я бросилась к шкафу в коридоре, лихорадочно ища то, что могло бы пролить свет на тайны ночи. Вот он, мой бинокль ночного видения. Это подарок отца, сделанный когда-то на мой день рождения. Никогда не забуду наши незабываемые прогулки по тёмному ночному лесу. Мы тогда, тайно, словно юные исследователи, прятались в густых кустах, затаив дыхание, и наблюдали, как оживает ночная жизнь, сколько удивительных существ населяет этот скрытый от дневного света мир.
Я кинулась к окну на кухне и вгляделась в заросли леса, затаив дыхание. Никого не обнаружив, я положила бинокль на стол, вздохнула и сделала глоток вина из бокала.
Внезапно я вздрогнула, услышав шорох в кустах неподалёку и снова схватилась за бинокль. В это же мгновение я и увидела его. Нереально огромный чёрный волк, словно сотканный из самой ночи, застыл в зарослях, гипнотизируя меня взглядом. Его мех переливался серебристыми искрами под светом величественной луны, а в глазах плескалось опасное, фантастическое сияние — ярко-жёлтое с зеленоватым отблеском. В них было что-то до боли знакомое, что-то, что заставляло моё сердце замирать в смутной тревоге, словно я уже знала этот взгляд, видела его где-то раньше.
Бинокль выпал из моих рук и меня затрясло. Ледяной ужас сковал меня. В одно мгновение я захлопнула створки окна, словно пряча свой дом от невидимой угрозы, и бросилась в коридор, ноги сами понесли меня к ружью. Дрожащими руками я схватила его, затем, опрометью метнувшись к комоду, выхватила газовый баллончик. Стоя у входной двери, я замерла, вслушиваясь в зловещую тишину, окутавшую всё вокруг.
Каждый нерв моего тела был натянут как струна. Я металась от окна к окну, прижимаясь к холодному стеклу, вглядываясь в темноту, пытаясь разглядеть хоть малейший признак опасности. Но ночь хранила свои тайны, и снаружи не было ничего, кроме пустоты.
Где-то под утро, обессиленная, измученная собственными страхами, я упала на диван в гостиной.
Крепко сжимая ружьё, я провалилась в глубокий сон.
ГЛАВА 4
Уже второй день я брожу к дому той девушки, которую встретил в больнице, попав туда по ошибке. Меня сбил какой-то мужик, когда я полуживой выполз на дорогу, совершенно забыв, что делать этого нельзя. Благо в последнюю секунду перед летевшей на меня машиной я успел обернуться обратно в человека, после чего провалился в темноту. Меня преследовали охотники. Они убили всю нашу семью, остались только я и мой брат Бета, надеюсь он жив, я потерял с ним связь и ищу его уже несколько дней, но видимо он без сознания, раз я не слышу его мыслей. Я обязательно доберусь до всех и они поплатятся кровью за то, что лишили меня семьи, вся моя стая убита, все мои братья и сёстры, и больнее всего, мои мать и отец. Остались только мы с братом и мы найдём этих ублюдков, иначе не быть мне тем, кем я являюсь! Но сейчас не об этом. Сейчас я наблюдаю за девушкой, чей запах разбудил меня во время операции на больничной койке. Я никогда раньше не чувствовал такого притяжения. Один её запах заставлял меня дрожать, мышцы в теле сокращались и я весь наполнялся каким-то необъяснимым чувством тепла к ней. Я почувствовал это и сейчас, когда она открыла своё окно и в нос ударил её божественный запах сладкой ванили.
Я стиснул зубы, и это было чудовищно тяжело — удержать себя, не броситься в её дом. Я понимал: ещё не время, и это повергло бы её в неописуемый ужас. Но я знаю точно, что она — моя единственная, моя