Наталия Мстительная – Смертельный круиз. Серия «Злополучные приключения» (страница 3)
– Конечно, – согласился Марк. – О чем тут говорить?..
– А нам, пожалуй, лучше остаться дома, – сказал Рудольф, покосившись на супругу. – Я не выношу морской качки.
– Да, милый, капитаном тебе не быть! Это и ежу понятно, – снова взвилась Анита. – Но в круиз мы все же отправимся, даже если ты проведешь его, свесившись за борт. Египет в тысячу раз интереснее Кипра. А то приедем домой, и рассказать будет не о чем. Что мы тут видели? Песок да море. Никаких впечатлений! А круиз – это уникальная возможность…
Что это была за возможность, Аните закончить не удалось – к беседовавшим туристам неожиданно подошел вонючий бродяга с грязным белым попугаем на плече. Он бесцеремонно начал тыкать чуть ли не в лицо женщине старой жестяной банкой, завывая при этом противным голосом: «Узнай свою судьбу!». Его морщинистое лицо покрывала корка загара, которая резко контрастировала с его бесцветными рыбьими глазами. Немигающими зрачками бродяга уставился на Анитины руки, ожидая очередного пожертвования. Он явно не собирался уходить.
Бродяга произнес эту фразу как минимум на семи языках, включая чуть ли не японский, когда Марк остановил его скрипучее пение, протянув один евро. Бродяга ловко выхватил монетку, спрятал в карман, а попугай медленно и важно достал из банки и раздал всем по одной свернутой в трубочку бумажке. Пока все с любопытством разбирали каракули в своих записках, бродяга так же незаметно исчез, как и появился.
– Чушь какая-то… Тоже мне провидец! Ну и что там написано? – спросила Анита с напускным безразличием в голосе, протянув мужу свою записку. – Я без очков. Ну, прочитай же!
– Подожди, тут совсем темно, – оправдывался Рудольф. – Да и текст, наверное, на греческом…
– Нет, на английском, – произнес Марк с улыбкой. – У меня написано: «БЕРЕГИСЬ БЛОНДИНОК!!!»
– Хорошая шутка, – засмеялась Стефани. – Какой умный попугай: ведь он тебе дал эту записку, а не мне!
– А у тебя что?
– Не могу разобрать, – пожала плечами Стефани. – Непонятно, на каком это языке. Птица какая-то…
– Очень любопытно! – заинтересовался Марк. – Похоже на язык древних египтян. Дома расшифруем. А у вас что?
Рудольф долго вглядывался в мятый клочок бумаги и наконец медленно прочитал: «Скоро один из вас… будет убит…»
На минуту воцарилось молчание, все недоуменно смотрели то на записку, то друг на друга. Первой в себя пришла Анита. Трясущимися руками она вырвала из рук мужа бумажку и разорвала на мелкие кусочки. Вторую записку, еще не прочитанную, постигла та же участь.
– Вот проходимец! – возмущалась побелевшая от гнева Анита. – Ну попадись он мне еще!
– Успокойся, сестра! – улыбнулся Марк. – Это просто неудачный розыгрыш.
Но Анита рассердилась не на шутку. Пожилая дама была похожа на разъяренную тигрицу и выглядела так забавно, что Стефани не смогла удержаться от смеха. А когда к ней присоединился еще и Марк, его сестра разозлилась окончательно.
– Чего смеетесь? – закричала Анита. – К вам, между прочим, это тоже относится. Там же написано: «Один из вас!». Так что еще посмотрим…
Женщина закончила почти шепотом, чуть ли не с угрозой в голосе, но от круиза не отказалась. И уже на следующий день четыре новых пассажира поднялись на борт огромного морского лайнера.
Глава 3. Круиз
– «Принцесса Виктория», – громко прочитал вслух Марк. – Красивое название. Похоже, нас ждет королевское путешествие…
– «Антигуа», «Элеотерия», – читала вслух Стефани названия кают. – Ничего не понятно, но о-очень романтично!
Анита и Рудольф молча проследовали в свою каюту, так и не проявив ни малейшего восторга. Четыре путешественника встретились за ужином в «Римском» ресторане на нижней палубе. Рудольф уже доедал свой консоме, когда Стефани и Марк появились в зале. Марк выглядел сногсшибательно: смокинг сидел на нем как влитой. Но и Стефани в черном блестящем вечернем платье до пят ничуть не уступала ему в шике. Она смотрелась необыкновенно грациозно и изящно. Броское бриллиантовое колье выгодно подчеркивало ее тонкую загорелую шею.
Анита поморщилась, но не стала высказываться по поводу фамильного украшения, принадлежавшего еще ее бабушке, которое теперь ее свояченица безрассудно таскала с собой в путешествия. Вместо этого Анита тщетно пыталась проглотить кусок антрекота, похоже, прочно застрявшего в ее горле. Женщина закашлялась, покраснев как рак, и Рудольф тут же услужливо поколотил свою жену по спине, но, похоже, переборщил. Анита захрипела, из ее темных глаз брызнули слезы.
– Стой, да стой ты! – прошептала женщина, задыхаясь. – Не так сильно! Ты как будто лошадь погоняешь.
Рудольф, большой любитель верховой езды, сконфуженно потупился и принялся с удесятеренным вниманием рассматривать рисунок на скатерти, будто скатерть была из гробницы Тутанхамона. Музыканты заиграли вальс.
– Ах, какая чудесная музыка! – восхитилась Стефани.
– И восхитительная еда! – добавил Марк, с удовольствием уплетая ужин.
– Интересно, кто композитор? – обратилась к мужу жевавшая Стефани.
Тот закивал головой, давая всем видом понять, что ответит на вопрос любимой женщины, как только проглотит кусок шоколадного торта, оказавшегося во рту как раз в тот же миг.
– Это Штраус, – прошипела поучительным тоном Анита.
Она уже пришла в себя и, конечно, не упустила возможности уколоть свою малообразованную родственницу. Но Стефани это ничуть не задело. Более того, она даже не заметила Анитиной издевки и начала восторженно делиться впечатлениями о корабле:
– Мы обошли все палубы до одной! Вода в бассейне слишком холодная, так что купаться не советую. В сауне тоже делать нечего в такую жару. Но мы нашли замечательную игровую комнату: там есть карточные столы, можно сыграть в бридж. Еще здесь отличные магазины…
– Спасибо, милочка! – невежливо прервала ее Анита. – Мы лучше отправимся в музыкальный салон, нам это ближе.
Когда Рудольф и Анита величественно покинули ресторан, Стефани недоуменно пожала плечами и обратилась к мужу:
– Очень хорошие магазины, здесь же tax free.
– Да, дорогая. Просто Анита не любит тратить деньги и поэтому не ходит по магазинам.
– Ты ее лучше знаешь. По-моему, она с детства вошла в роль старшей сестры, да так в ней и осталась. Не женщина, а пастор какой-то!
– Да, морали читать она любит, – улыбнулся Марк.
– Наверное, ей бы хотелось, чтобы ты всю жизнь слушался только ее.
– … и она бы вырастила образцового холостяка! – шутливо закончил Марк.
– Да, меня она явно невозлюбила. Ты бы видел ее лицо, когда нас представили друг другу в больнице. Если б не твой инфаркт, я бы ее даже не встретила. Она явно терпит меня только из-за тебя. Говорят, к старости люди становятся мудрее…
Марк рассмеялся.
– Ну, до старости Аните еще далеко. Ей всего лишь пятьдесят пять.
– Все равно, она мне кажется древней старухой, – настаивала Стефани. – Посмотри, как она одевается. Как будто всю жизнь прожила в монастыре! И Рудольфа своего мучает: шорты надеть не разрешает. Он у нее как дрессированная обезьяна в цирке. Все молчит, но добрым не кажется!
– В тихом омуте черти водятся…
Марк не стал посвящать жену в свои семейные перипетии: почему много лет назад их отношения испортились и почему он даже не пытался их восстановить. Когда после недавно перенесенного инфаркта Марк увидел сестру в больнице, то решил, что она наконец-то простила его, хотя никакой вины за собой не ведал.
Супруги весело провели остаток вечера в кабаре, а потом в казино. К ночи разразился такой сильный шторм, что казалось, будто судно пересекало Атлантический океан. Пассажирам запретили выходить на палубы во избежание несчастного случая. Напуганная грозными волнами за окном иллюминатора, Стефани напомнила Марку о неприятном предсказании бродяги, и супруги предпочли остаться в казино: во-первых, там были люди, а во-вторых, Стефани в этот вечер невероятно везло в игре, и она ставила снова и снова на красное. Ни Аниты, ни Рудольфа не было видно – наверное, они спасались от качки в своей каюте.
На следующий день ровно в семь утра лайнер причалил в Порт-Саиде. Безоблачное утро встретило пассажиров отнюдь не прохладой, а жарким дыханием африканского континента. Стефани в легком летнем сарафанчике стояла на причале среди шумной многоголосой толпы торговцев сувенирами. Сразу с десяток арабов одновременно пытались ей продать: папирус, бронзовый подсвечник, деревянную шкатулку, вязаный коврик, верблюжью шкуру… Назначение остальных товаров ей определить не удалось.
Стефани беспомощно оглядывалась, пытаясь выловить в людском море знакомое лицо. Вот наконец показался Рудольф. Женщина радостно замахала рукой, пытаясь при этом пробраться сквозь толпу ему навстречу.
– Я чуть не потерялась! А какой шторм мы пережили вчера ночью! Вы где пропадали? Мы вас нигде не видели.
– Не знаю, как Анита, а я отлично провел вчерашний вечер. В музыкальном салоне был симфонический концерт.
– Ты что, был без нее?
– Нет, я вообще там не был, была Анита. А вот ночь действительно выдалась тяжелой, и я провел ее в обнимку с унитазом.
Стефани прыснула от смеха, но самым забавным было то, что Рудольф отнюдь не шутил, а рассказывал совершенно серьезно. Тут подошли запыхавшиеся Анита и Марк.
– Нас усердно пытались запихнуть в автобус с американцами, им не хватало для комплекта как раз двоих, – улыбнулся Марк. – Если б не моя грозная сестренка, сейчас бы мы сидели и слушали экскурсию на английском.