Наталия Московских – Вихрь (страница 8)

Мысль о Сабине одновременно навеяла и искреннюю досаду. Моргану не хотелось считать своего медиума врагом, но он понимал, что эта женщина сама загнала себя в узкие рамки правил и законов, по которым живут путешественники, что невольно делало ее противницей. Из-за этих самых рамок Сабина не могла понять и принять замысел своего бывшего ученика. К несчастью, она была неспособна разомкнуть оковы кодекса в силу своей природы. Сабина была в ужасе, поняв, что собирается делать ее бывший ученик. Возможность забирать потенциал у путешественников, неспособных его оценить по достоинству, казалась ей настоящим преступлением. Она ошибочно полагала, что Вихрь должен быть открыт любому желающему, но подсознательно сужала этот круг только до избранных, наделенных потенциалом. И эти ее «избранники» беспомощно приползают к медиуму, делают жадные глотки Вихря и давятся им, уползая самым жалким образом зализывать раны — отдыхать, ожидая, пока восстановится их доступ в Поток.

Эмиль же не считал нужным отдыхать от прыжков. Он знал, что Вихрь способен дать путешественнику, и был глубоко убежден, что отдавать потенциал нужно почти до последней капли, переходить границу, на которой нужно очертя голову возвращаться в собственный мир. Поток отчаянно ищет своего истинного Мастера, и Морган не знал никого другого, кроме себя, кто мог бы стать им. Создание прототипа доказало ему это.

Эмиль невольно улыбнулся, подумав о своем творении. Если прототип получился достаточно развитым, чтобы хотя бы открыть глаза в мире своего оригинала, ему сейчас, должно быть, очень страшно. Он, наверняка, не понимает, что происходит, мечется в приступе животного ужаса и мечтает лишь о возвращении домой.

Сердце путешественника забилось чаще, и улыбка на лице Моргана померкла. Он знал, что означает это неприятное жжение в груди: прыжок заканчивается. Нужно было возвращаться. Если не сделать этого, когда потенциал будет на критическом минимуме, есть огромный риск потеряться в Потоке — сейчас рядом с телом Эмиля нет медиума, который направит его сознание. К тому же Морган слишком хорошо помнил ощущение полного отсутствия потенциала и не хотел снова испытывать его. Никогда. Хотя бы крупица необходима, чтобы чувствовать себя полноценным…

Закрыв глаза, Мастер сосредоточился и призвал Поток. Вихрь откликнулся на зов. Блаженство захлестнуло путешественника, но Эмиль заставил себя сконцентрироваться на Красном мире и своем теле, подавляя в себе желание остаться в Потоке и отдать весь потенциал до капли.

К удивлению Моргана рядом вдруг зазвучал голос Сабины.

— Оказываешься? Это с тобой не впервые?

Молодая женщина резко замолчала, когда путешественник покачнулся, морщась от боли, вызванной резким перемещением, и отошла на шаг.

— Эмиль? Что с тобой? — настороженно спросила она.

— Что ты здесь делаешь, Сабина? — вопросом на вопрос ответил Морган, осторожно распрямляясь. В глазах молодой женщины мелькнул страх. Эмиль успел заметить, что она окинула его взглядом медиума.

— Твой потенциал… — прошептала она.

На лице Моргана появилась кривая самодовольная улыбка. Он ждал этого момента — момента, когда Сабина увидит, что ошибалась, и полная потеря потенциала еще не означает конец всего.

— Помнится, совсем недавно ты говорила, что у меня его больше нет.

Тело Сабины подалось назад, но она сумела удержать себя на месте и не попятиться от бывшего ученика. Глаза ее сделались холодными, лицо превратилось в непроницаемую маску медиума.

— Ты осуществил переход, — констатировала она.

— И весьма успешно, — невозмутимо кивнул Эмиль, — потенциала хватило даже на пару самостоятельных прыжков.

Сабина покачала головой и сложила руки на груди. Успехи бывшего ученика ее сейчас не интересовали.

— И скольких ты убил ради этого? — холодно спросила она. Морган прищурился, — Эмиль, скольких?

— Нескольких, — небрежно передернул плечами он, — если тебе от этого станет легче, они сами меня вынудили. Набросились на меня в поезде — видимо, хотели ограбить. Мне просто повезло, что у двоих из них оказался потенциал.

Сабина шумно выдохнула и закрыла руками лицо.

— Повезло… — бесцветно повторила она. Эмиль, ухмыльнувшись, склонил голову набок. Молодая женщина с отчаянием заглянула ему в глаза, — а ведь Мастерами они не были, так ведь? Скольких еще ты убил? Потенциала двоих не хватило бы на пару твоих прыжков!

Морган искренне удивился, услышав в голосе медиума вызов. Он прищурился.

— Тебя утешит, если я скажу, что все они были бандитами и могли убить меня, Сабина? — хмыкнул Эмиль, — или тебя волнует только то, что они были путешественниками?

Губы молодой женщины сжались в тонкую линию, отвечать на вопрос она не спешила. Морган нервно хохотнул.

— Так я и думал, — бросил он, поворачиваясь и собираясь уходить.

Сабина с жаром схватила его за предплечье, заставив медленно обернуться. Он посмотрел на медиума, и молодая женщина застыла, понимая, что краска приливает к ее щекам от одного этого взгляда.

— Эмиль, — собравшись с мыслями, заговорила она, — ты должен остановиться.

Морган качнул головой.

— Я — беглец-одиночка, Сабина. Я и раньше убивал, но ты никогда не переживала по этому поводу и не задавала вопросов. Ты не думаешь, что свою активную гражданскую позицию на мой счет надо было высказывать несколько раньше?

Молодая женщина покачала головой.

— Раньше ты был моим учеником, и вопросы твоей личной жизни были вне моей компетенции.

Эмиль хмыкнул.

— А теперь я не твой ученик, и тебя тем более не должны волновать вопросы моей личной жизни.

— Но ты убиваешь путешественников, которые могли бы стать чьими-то учениками! Возможно, и моими учениками! Их доступ к Вихрю тебе не принадлежит! Ты…

Черные глаза Эмиля сделались холодными и спокойными, и это заставило медиума осечься на полуслове. Морган смерил ее взглядом и хмыкнул.

— Я что? — пренебрежительно спросил он. Сабина молчала, и он договорил за нее, — убийца? Вор? Оглянись вокруг, дорогая. Это Красный мир. Здесь убийство и воровство в порядке вещей. Некоторые не могут распоряжаться даже собственной жизнью, что уж говорить обо всем остальном! Что, например, мешает мне убить тебя прямо сейчас?

На этот раз Сабина с испугом отступила от бывшего ученика на шаг, а на лице Моргана растянулась опасная, немного хищная улыбка. Он дотронулся рукой до щеки медиума, молодая женщина задержала дыхание, чувствуя, что кровь снова приливает к лицу.

— Тебе давно пора признать, что твои правила дают сбой, — удивительно мягко произнес Эмиль, — к примеру, ты говоришь, что я больше не путешественник. И все же я стою здесь перед тобой, обладая потенциалом. А так как вопросы моей личной жизни лежат за пределами твоей сферы деятельности, ты не имеешь права отказать мне в доступе к Вихрю, если я приду к тебе.

Сабина прерывисто вздохнула, понимая, что он загоняет ее в угол, используя для этого кодекс, служивший остовом ее работы.

— А я ведь приду к тебе, — усмехнулся Эмиль, — и ты будешь следовать своим правилам, потому что считаешь их нерушимыми.

Молодая женщина стояла, не в силах вымолвить ни слова. Она чувствовала, что слезы вот-вот заструятся по ее щекам.

Эмиль продолжал улыбаться, размышляя над сложившейся ситуацией. Он сделал для себя вывод, который разжигал в нем пламя надежды на содействие Сабины. Их диалог ушел в совершенно другое русло, но Морган прекрасно помнил его начало: он помнил, что медиум что-то сказала еще до возвращения путешественника в тело, а это могло значить только одно — она говорила с его прототипом, но не спешит рассказывать об этом Эмилю. Докладывать оригиналам о любых важных событиях, связанных с прототипами — одна из основных обязанностей медиумов, и Сабина по какой-то причине пренебрегла ею. Намеренно. А это значит, что она способна нарушать правила. Со временем Сабина, возможно, сумеет нарушить их все, стоит только запастись терпением и дать ей время.

Эмиль едва руки не потер от предвкушения. Ему казалось, что на его глазах вершится история.

Помимо заключения о Сабине Морган сделал еще один вывод касательно своего прототипа: мальчишка не просто сильно развит — он истинно совершенен, раз смог передвигаться в теле оригинала и даже вести диалог. Эмилю удалось создать не просто пустую ячейку, но личность! На это не мог рассчитывать даже самый сильный Мастер…

— Эмиль, — Сабина мягко и нежно прикоснулась к ладони путешественника, все еще лежащей на ее щеке, — я умоляю тебя, остановись. Ты ведь знаешь, какие последствия уже повлекли твои действия. Ты нарушаешь баланс внутри Вихря…

Морган на удивление тепло улыбнулся медиуму и приложил палец к ее губам. Молодая женщина вновь задержала дыхание и замолчала, не сумев противиться Эмилю.

— Не трать зря красноречие, Сабина, — посоветовал он, — прибереги силы для наших новых путешествий.

— Ты нас всех погубишь… — отчаянно прошептала медиум, и одинокая слезинка упрямо скатилась по ее щеке. Морган небрежно и легко провел пальцем по лицу молодой женщины, смахивая слезу, и качнул головой.

— До скорой встречи, — произнес он, игнорируя слова Сабины.

Медиум застыла в нерешительности и проводила глазами удаляющегося бывшего ученика. Она не имела ни малейшего понятия, куда он направлялся, но недоброе предчувствие все сильнее овладевало ею. Надвигалась великая беда, и Сабина не имела ни малейшего шанса остановить ее.