Наталия Московских – Вихрь (страница 53)
— Возможно, Максим еще сумеет прийти нам на помощь? — неуверенно спросила Паласса. Сабина помрачнела.
— Не думаю…
Разговор был прерван сдавленным криком. Сабина ахнула от испуга и вгляделась в темноту помещения взглядом медиума. У противоположной стены стоял Эмиль. В мертвой тишине, в которую погрузилась пыточная камера, послышался булькающий звук и стон. Морган подставил руки под сочащуюся из только что нанесенной пленному мужчине раны кровь, и вместе с ней к нему потек потенциал жертвы.
— Началось… — обреченно кивнула Паласса и подняла глаза вверх, замерев в смиренном ожидании.
Медиум почувствовала, как горячие слезы обжигают ей щеки.
По лицам остальных пленников прокатилась волна ужаса, одно только лицо Палассы осталось почти невозмутимым.
— Нет… — прошептала Сабина, в ужасе уставившись на умирающую жертву. Свет жизни пленника сиял все тусклее и тусклее, пока вовсе не угас, — нет!
В бессилии молодая женщина повернулась к Палассе, словно ища в ней поддержки или какого-то скрытого знания, однако увидела только отрешенность и смирение.
Кругом тем временем зазвучали крики, мольбы, истерические рыдания пленных мужчин и женщин. Когда Морган, не обращая ни на какие уговоры внимания подошел ко второй пленнице и нанес смертельный удар, пыточную камеру заполнил общий непрекращающийся вопль, с которым смешалась мольба Сабины.
Настя переминалась с ноги на ногу от холода, стоя у выхода из метро, и нервно поглядывала на часы на экране мобильного телефона. От волнения она приехала на условленную встречу на полчаса раньше, чем нужно. Несмотря на то, что у Максима в запасе было достаточно времени, девушка невольно злилась на вынужденное ожидание и мысленно торопила друга.
Утро выдалось холодным, уже совсем по-зимнему морозным. Мелкие лужицы покрылись коркой льда, порывы холодного ветра неприятно кусали кожу рук и лица. Настя неуютно повела плечами, стараясь унять то утихающую, то накатывающую дрожь. Она сложила руки и попыталась согреть их дыханием, выпустив заметное облачко пара.
Странное, почти детское и столь небрежное сравнение заставило девушку улыбнуться.
Вспомнив о предстоящей задаче, Настя нахмурилась и задумалась. Сегодня Максим отправится в Красный мир, чтобы защищать Сабину от Эмиля. Скрепя сердце девушка признавала, что Максиму есть, за что чувствовать себя обязанным Сабине — в конце концов, не начни она учить Эмиля, не было бы и всей этой истории, а значит, Максим Артемьев не появился бы на свет.
На короткое мгновение Настя позволила себе представить мир без своего лучшего друга. Для множества людей ничего бы не изменилось. Но у Насти от одной этой мысли болезненно сжималось сердце. Для нее мир без Максима стал бы неестественным, неправильным, пустым. Все вокруг потускнело бы без его улыбки и звонкого смеха, сделалось бы чуть более черствым без его отзывчивости и блеклым без озорного блеска его глаз.
Настя тяжело вздохнула, понимая, что лучший друг — один из самых близких и важных людей в ее жизни, и она сомневалась, что сумеет пережить его потерю, если вдруг что-то пойдет не так…
Тело девушки вновь пробрала дрожь, не имеющая ничего общего с холодом. Настя нервно поглядела на часы и раздраженно убрала телефон в карман: с последнего раза, как она сверялась со временем, не прошло и пяти минут. Секунды растягивались на часы, с каждым монотонно проползающим мимо мгновением девушка чувствовала все меньше уверенности в успехе. Она прекрасно помнила, как держался Эмиль во время их последней встречи, и на фоне этого нынешние махинации Максима казались Насте детским лепетом. От волнения за лучшего друга девушку то и дело одолевали приступы легкой дурноты.
Девушка резко одернула себя, осознав, что не просто не верит в победу Максима над своим создателем, но и пытается логически рассудить, кто из их маленького «передового отряда по спасению мира» первым сойдет со счетов: Сабина, Максим, или она? Куда Эмиль нанесет свой первый, сокрушительный и обязательно беспроигрышный удар?
Настя зажмурилась, будто это могло помочь ей начать думать позитивно. Она отчего-то искренне верила, что настрой играет важную роль в том, что случится в недалеком будущем.
На нос девушки вдруг приземлилась маленькая холодная снежинка, которая мигом заглушила все рассуждения, кольнув кожу морозом и тут же растаяв. Настя подняла глаза к небу и увидела, как к земле неспешно, покачиваясь на ветру, спускается множество снежинок — первых в этом году. Скоро зима, подумала девушка и невольно улыбнулась. Зима всегда вызывала у Насти образы чего-то волшебного, чудесного, светлого.
— Настя! — девушку окликнул знакомый голос. Она обернулась, и ее улыбка невольно растянулась шире при виде Максима, спешащего к ней из метро. Когда юноша поравнялся с подругой, он быстро перевел дыхание и положил руки ей на плечи, — давно ждешь? Прости, я, видимо, не уследил за временем.
Настя снисходительно улыбнулась.
— Все нормально, ты приехал даже раньше, чем нужно.
— Но не раньше, чем ты, — криво улыбнувшись, прищурился Максим. Девушка прикрыла глаза и прильнула к другу, уткнувшись лицом ему в грудь. Юноша обнял ее, с искренней нежностью прикоснувшись губами к ее волосам.
— Макс, я… — начала Настя, но Максим перебил ее.
— Не надо, — тихо произнес он, — не говори ничего.
Девушка замолчала. Через несколько мгновений она отстранилась от друга и взяла его за руку. Они молча направились вверх по пешеходной дорожке вдоль моста, ведущего к одной из проходных института. Казалось, время замерло.
Максим держался молчаливо и рассеяно, его взгляд блуждал по сторонам, жадно впитывая виды города, окутанного волшебством первого снега. Настя изредка поглядывала на юношу, но не решалась ничего спросить, хотя понимала, что у него на душе скребут кошки. Отчего-то ее не покидала мысль, будто Максим ей чего-то не рассказал.
Всю дорогу до института друзья прошли молча, никто так и не решился озвучить свои мысли и опасения. Лишь пройдя проходную и спрятавшись за углом главного административного корпуса, они нехотя разомкнули руки и даже сделали шаг друг от друга, понимая, что пора прощаться.
— Что ж, — вздохнув, Максим нарушил молчание первым, — мне нужно идти.
Сердце Насти болезненно сжалось. Она не могла бороться с нарастающим предчувствием чего-то недоброго, поднимавшимся в ее груди.
— Макс… — тихо произнесла она, вновь прильнув к другу, — я за тебя боюсь. Пожалуйста, позволь пойти с тобой.
Юноша снисходительно улыбнулся и взял подругу за плечи.
— Мы ведь уже это обсуждали. Кто-то из нас должен остаться здесь на случай, если Эмиль явится сюда. А так как я в Красном мире уже бывал, я знаю его лучше. Выбор, кто отправится туда, а кто останется, очевиден.
Настя отвела взгляд, и Максим дождался, пока подруга вновь посмотрит на него.
— Если тебе от этого легче, мне тоже страшно, — с легкой улыбкой пожал плечами юноша, — страшно оставлять тебя здесь, зная, что Эмиль хочет добыть твой потенциал.
На деле Максим был уверен, что Морган не придет за Настей. Теперь, когда его прототип отправится в Красный мир с достаточным потенциалом Мастера, девушка из другого мира ему попросту не понадобится. По крайней мере, Максим надеялся на это. Его целью было отвлечь на себя все внимания Эмиля и не дать больше никому пострадать от руки убийцы.
Тем временем Настя тяжело вздохнула и качнула головой.
— Пообещай, что будешь осторожен, Макс, — дрожащим голосом произнесла она.
— Постараюсь. И ты пообещай, — улыбнулся он. Девушка кивнула с легкой усмешкой.
— Постараюсь, — отозвалась она.
Максим огляделся вокруг и размял кисти рук, словно готовился к физическим упражнениям.
— Что ж, мне пора.
Юношу вдруг захлестнул страх. Ему отчаянно захотелось сказать Насте, как он боится смерти, как не хочет уходить в этот жестокий, полный хаоса и безумия, потрескавшийся мир. Повинуясь первому порыву, Максим заключил подругу в объятия и зажмурился, словно это могло помочь ему закрыться от мрачной действительности.
Настя, отстранившись, обеспокоенно посмотрела на друга.
— Макс, что тебя мучает? Ты мне чего-то не рассказал? — серьезно спросила она.
Максим невесело улыбнулся, покачав головой.
— Нет, просто я… дело в банальной трусости, вот и все. Пройдет, когда я окажусь в Красном мире.
Настя нахмурилась.
— Все будет хорошо, — заверил юноша, говоря это, скорее, самому себе, чем подруге.
— Я буду ждать тебя, — подруга попыталась натянуть ободряющую улыбку, и у нее на удивление правдоподобно получилось это сделать. Максим благодарно кивнул и взмахнул рукой.
Настя лишний раз опасливо огляделась, убеждаясь, что поблизости никого нет, и никто не увидит, как Поток проникает в мир.
Пространственно-временная дыра из небольшой точки быстро превратилась в полноразмерный портал, полный звуками и красками. За счет низкой температуры на улице рядом с материализованным Вихрем Настя даже почувствовала тепло.