Наталия Московских – Сети Культа (страница 49)

— А почему ты решил пойти в Культ?

— По юношеству хотел славы и приключений, а становиться пекарем, как мой отец, не собирался, вот и выбрал другой путь. Долго собирался, если честно, хотя головное отделение было видно из окна нашего дома, и я каждое утро мечтательно на него смотрел, представляя, какое будущее меня там ждет. Однажды утром отец просто поставил меня перед выбором: либо я иду к своей пресловутой мечте, расположенной за пару улиц от дома, либо забываю о ней и серьезно подхожу к семейному делу. Я думал до заката, затем собрал вещи и ушел в Культ. Простая, неинтересная история на фоне твоей.

— Тебе ведь будет неприятно, если я соглашусь? — качнул головой Ренард.

— А толку от этой неприязни? — хмуро спросил Иммар. — Ведь дела так и обстоят. К чему обижаться на правду?

Жрец Цирон понимающе кивнул.

— Всегда радовала твоя прямота.

— А вот и местное отделение, — искренне радуясь перемене темы, отозвался Иммар и с облегчением вздохнул.

Здание, принадлежавшее Красному Культу во Фрэнлине, не шло ни в какое сравнение с тем, что стояло в Сельбруне или Хоттмаре. На вид оно ничем не отличалось от других серокаменных домов этого городка, разве что чуть превосходило их в размерах и было отмечено красным флагом, развевающимся на крыше.

Конь Иммара нетерпеливо фыркнул, и всадник спешился, с удовольствием потянув уставшую спину. Ренард неслышно оказался рядом со своим напарником и кивком головы указал вперед, похоже, заранее расслышав шаги приближающихся жрецов в красных рясах.

— Доброго дня, братья, — голосом, наводившим на мысли о Жнеце Душ, поздоровался слепой жрец, и в уголках его губ наметилась едва заметная улыбка.

Два человека, вышедших навстречу чужеземцам на секунду одновременно замерли, оценивая пришельцев, затем возобновили шаг и отозвались приветственными кивками.

— Добро пожаловать во Фрэнлин, — вежливо кивнул один из них — долговязый худой мужчина средних лет с темными волосами, чуть тронутыми сединой, и острой бородкой, делавшей его лицо на вид еще тоньше. Небольшие, близко посаженные серые глаза прищурились при взгляде на Ренарда Цирона, и тут же изумленно распахнулись: почти всегда первая реакция на слепого хоттмарского воина была именно такой. Второй жрец — также отличавшийся высоким ростом, но обладавший более массивным телосложением и серо-русым цветом волос, ниспадающих на плечи, внимательно изучил Иммара и кивнул ему в знак приветствия.

— Мы не ожидали гостей из других отделений, — приятным голосом проговорил широкоплечий фрэнлинец, — но всегда рады приветствовать соратников. Представьтесь, господа, прошу.

— Ренард Цирон, — тихо отозвался слепой жрец и кивком головы указал в сторону своего напарника, — и Иммар Алистер. Мы представляем хоттмарское отделение Красного Культа, Кардения.

Проведя рукой по бородке, первый встречающий чуть нахмурился.

— Хоттмар? — переспросил он. — Цирон и Алистер? Оперативная группа Бенедикта Колера?

— Хотелось бы и ваши имена узнать, братья, — нарочито подчеркивая обращение, произнес Ренард, словно специально выбирая из своих тембров тот, что зачастую вызывал у неподготовленных к его неординарной персоне людей искренний испуг.

Жрецы фрэнлинского отделения заметно растерялись, однако практически сразу овладели собой и с готовностью назвали свои имена:

— Просим простить нашу невежливость. Жрец Герик Корнделл, — сказал первый, чуть пригладив седые виски. — А это мой коллега, жрец Эфром Лемми. Итак, вы здесь, господа, по поручению старшего жреца Кардении, насколько я понимаю?

— Верно понимаете, — присоединился к разговору Иммар. — Сам он сейчас находится в головном отделении, в Кроне. Приказ наведаться во Фрэнлин поступил нам оттуда и был поддержан жрецом Бриггером лично.

— И все же нам о вашем визите не сообщали, — прищурившись, отозвался Лемми, окинув пришельцев подозрительным взглядом. — Позволите узнать, с какой целью вы приехали во Фрэнлин?

Иммар набрал в грудь воздуха, чтобы ответить, однако Ренард стал чуть впереди него и тихим внушительным тоном, ответил:

— Не позволим, увы. У нас дело исключительной важности к вашему старшему жрецу. Говорить мы будем лично с ним и без свидетелей.

— Боюсь, это не так просто, господа, — спокойно выдерживая невидящий и одновременно пронизывающий взгляд затянутых слепым бельмом глаз, отозвался Корнделл. — Жрец Дервин — занятой человек, он не может отрываться от важных дел, охватывающих все наше отделение… да и город в целом, по первому требованию любого случайного прохожего.

Иммар сжал руки в кулаки, и Ренард, казалось, почувствовал его настроение. Он приподнял руку в останавливающем жесте, на губах его появилась нехорошая улыбка.

— Что ж, брат, нам с тобой придется подождать, пока жрец Дервин решит свои дела исключительной важности. В конце концов, мы прибыли во Фрэнлин в весьма неоднозначное время для города: не думаю, что некоторые местные жители, которым в скором времени предстоит менять костюмы на карнавале, сильно рады недавнему пожару в городе. Это очень нервные… гм… граждане, и им требуется полная безопасность, иначе, чего доброго, будет бунт, верно ведь?

Иммар с трудом сдержал улыбку при виде побледневших лиц Лемми и Корнделла.

— Стоит ли говорить более прямо здесь, на улице, что о ситуации в городе мы прекрасно осведомлены? — нарочито миролюбиво улыбнулся Ренард. — Или стоит повторить, что наш приезд санкционирован головным отделением Культа — в конце концов, вы могли не расслышать этого при встрече? Возможно, у жреца Дервина все же найдется возможность принять нас в срочном порядке?

Корнделл прерывисто вздохнул.

— Я отведу вас, — упавшим голосом отозвался он.

— Премного благодарны, — кивнул Ренард и обратился к Лемми. — Если вас не затруднит, позаботьтесь о наших лошадях. Животные устали с дороги, им требуется отдых, вода и корм.

Эфром отозвался коротким кивком, тут же вспомнив, что собеседник его не видит, мгновенно встрепенулся и отозвался:

— Не затруднит, разумеется.

— Спасибо, — мрачно буркнул Иммар, проследовав за своим напарником в здание. Минуя длинный прямой коридор, ведущий, по-видимому, к кабинету старшего жреца, он невольно отметил про себя, с какой легкостью Ренард взял на себя инициативу Бенедикта. Даже не видя своего собеседника, жрец Цирон с легкостью внушал полный уважения страх, умел спокойно привести веские аргументы, поставить любого зазнавшегося выскочку на место, не применяя при этом ни грубой силы, ни повышенного тона.

Впервые с момента вступления в оперативную группу Колера Иммар всерьез задумался о том, чем он сам ценен для этой команды. И будет ли он столь же ценен в скором времени, когда в нее вступит Киллиан Харт? Иммар немногое знал об этом мальчишке, помнил лишь его поведение на помосте в Олсаде, где он едва не рухнул в обморок от вида казни, хотя, надо отдать должное, мужественно принял вызов Ганса Меррокеля и остался стоять у костра в самые страшные минуты. Перед олсадской толпой Харт тоже не спасовал, и хотя изначально, казалось, растерялся, быстро взял ситуацию под контроль и зарекомендовал себя как хороший оратор.

Обратившись к этим воспоминаниям, Иммар невольно вспомнил тот холодный осаждающий тон Бенедикта, когда прозвучало замечание о слабых нервах мальчишки…

Закрой рот. Ты слышал.

От этих слов, произнесенных ледяным голосом, действительно становилось не по себе. В ту же минуту выяснилось: Бенедикт по какой-то причине счел Киллиана Харта достойным и всерьез за него взялся, раз решил подключать его к делу и везти его с собой в Крон. Какую роль Колер готовит этому юнцу?

Раздумья Иммара прервал стук: Герик Корнделл настойчиво постучал в дверь кабинета старшего по фрэнлинскому отделению и, не дожидаясь ответа, заглянул внутрь.

— Жрец Дервин? Прошу прощения за вторжение, но к нам приехали наши коллеги из хоттмарского отделения Культа, и у них к вам срочное, важное дело. Разрешите пригласить их?

Из кабинета послышался на удивление энергичный молодой голос, нисколько не вязавшийся с представлениями Иммара о старших жрецах: на его памяти большинство руководителей городских отделений Культа были людьми в возрасте, которые занимали свой пост уже не один десяток лет.

— Разумеется, Герик, пусть наши гости войдут, — ответствовал Дервин.

Корнделл отступил от двери и жестом пригласил хоттмарцев внутрь.

Кабинет оказался просторным и светлым, что сильно контрастировало с обстановкой, которую обустроил для себя Урбен Леон в Олсаде. Темные шторы на широком окне, из которого пробивался яркий дневной свет, были раздвинуты, а на большом столе стояла для вечерней работы масляная лампа — сейчас не зажженная. Мебели здесь находился лишь необходимый минимум, никаких декоративных элементов, что наводило на мысль о том, что обитатель сего кабинета — человек весьма практичный и несентиментальный.

Иммар заинтересованно окинул взглядом помещение, тут же сконцентрировав внимание на его хозяине, и уверился в своих первоначальных выводах: жрец Дервин и впрямь оказался моложавым мужчиной, которому на вид можно было дать не больше тридцати пяти лет. Густые каштановые волосы были тщательно расчесаны и ниспадали на плечи, аккуратная борода обрамляла губы. Дервин обладал прямым решительным профилем, голубые глаза окинули вошедших оценивающим заинтересованным взглядом и остановились на Ренарде.