Наталия Московских – Последний (страница 7)

Ривер не могла вымолвить ни слова, она была не в силах поверить собственным глазам. Все происходящее начало казаться ей страшным сном. В следующий миг оно еще больше начало походить на сон, потому что незнакомец, только что лежавший на асфальте, вдруг вскочил на ноги. Лицо его снова скривилось от боли, но на стремительности его движений это никак не сказалось. В это невозможно было поверить, но Ривер понимала, что глаза не обманывают ее: мужчина, которого отбросило на несколько футов ударом внедорожника и которому должно было порвать несколько внутренних органов, не только находился в сознании, но и стоял на ногах.

Все произошло в течение нескольких мгновений. Прохожие не успели даже обернуться и увидеть, что случилось — они застали лишь Ривер, лежащую на земле, и то, как с невообразимой для человека скоростью недавний пострадавший скрывается из поля зрения.

Невозможно… невозможно… НЕВОЗМОЖНО! — стучало в голове девушки, а правая рука продолжала предательски болеть. Две небольшие ранки не сильно кровоточили, но острые, как лезвия, волны боли пробегали вверх до самого плеча и отдавались неприятной пульсацией в кисти и пальцах. Правый глаз все еще неприятно обжигало.

— Мисс! Мисс, что произошло? — к ней уже подбегал какой-то незнакомый прохожий.

Ривер пребывала словно в тумане.

В панике схватив свою брошенную рядом дорожную сумку, она вскочила на ноги и с бешено колотящимся сердцем помчалась прочь по улице, желая убежать от этого кошмара, скорее попасть домой, словно там это жуткое происшествие могло стать страшным сном и перестать быть реальным.

Невозможно! Невозможно… — продолжала думать она.

Оклики продолжались, вдалеке заголосили сирены скорой помощи.

Ривер Уиллоу стремглав неслась вперед, продолжая игнорировать пульсирующую боль в руке и жжение в глазу и убеждая себя, что дома этот кошмар закончится.

6

Сьюзен и Дэвид Фостер боялись пошевелиться. Развернувшаяся у них на глазах драма постепенно угасала, однако супруги продолжали молча стоять и наблюдать за развитием событий.

Дэвид очнулся от оцепенения первым.

— Матерь Божья! Ты это видела, Сью? Видела?

— Я… — женщина не сумела связать и пары слов. В дрожащих руках она держала видеокамеру мужа, которая продолжала снимать то, как к разбитому внедорожнику подъезжает скорая.

— Сью, ты снимаешь? Ты все это засняла?

— Я… просто не знала, как выключить, — пробормотала она.

Дэвид подошел к жене, осторожно забрал свое новое сокровище у нее из рук, а затем заключил Сьюзен в жаркие объятия, которых она не помнила со времен свадьбы.

— Ты чудо! Ты знала это?

Женщина не ответила.

— Ты же даже не представляешь, что нас ждет! — продолжал воодушевленным полушепотом лепетать Дэвид. — Это будет просто бомба! Я думал, что мне просто померещилось, но раз камера все засняла… Сью, идем домой! Мы должны это посмотреть. Ты же видела этого… это существо? Клянусь Богом, я видел, как он вскочил после того, как его протаранил «Рэндж-Ровер», и побежал! Да кто вообще на такое способен?! И та девушка… он ее, что, укусил?

— Я не знаю, — ошеломленно пробормотала Сьюзен в ответ.

— Нужно поскорее все пересмотреть. И если все так, как я видел… если мне не почудилось… черт, Сью, мы станем известными на весь мир, раз засняли такое!

— А что мы засняли? Что это было? — женщина перевела растерянный взгляд на супруга, которого, похоже, не интересовала ни судьба пострадавшего мужчины, ни судьба помогавшей ему девушки.

— Не знаю толком, но гарантирую, что это будет видео века! Идем. Нужно торопиться.

7

Оказавшись в пустынном переулке между домами, Валиант, наконец, сумел осознать, что с ним произошло.

Боль перекатывалась в груди и животе тяжелыми камнями, заставляя его тяжело опираться рукой на стену и пытаться хоть как-то нормализовать хрипящее дыхание. Внедорожник явно сломал несколько ребер и повредил внутренние органы. Вопрос лишь в том, какие и как серьезно. Сейчас все затмевала боль, и сознание не могло сосредоточиться на том, чтобы идентифицировать повреждения. Впрочем, это было не так уж важно — процесс заживления уже начался, и, как минимум, внутренние кровотечения явно остановились. Удивительно, что при таком ударе обошлось без открытых переломов и без проникающих ран. Если бы инородное тело осталось внутри организма, регенерация проходила бы намного тяжелее, если бы вообще началась.

Валиант дал себе несколько секунд на то, чтобы перевести дух. Двигаться, говорить и даже дышать было все еще очень больно, но он чувствовал, как внутри его тела активно идет процесс восстановления. Удивительно, что может сотворить лишь глоток…

Валиант вздрогнул и выпрямился, забыв о боли. Картина происшествия прояснилась, и он едва не застонал, схватившись руками за голову.

Что я наделал? — сокрушенно прокричал он про себя. На то, чтобы произнести это вслух, ушло бы слишком много сил.

В памяти воскрес образ темноволосой девушки с короткой стрижкой. Сэр, держитесь, помощь уже…

Она старалась помочь ему, как помогала бы человеку. Она лишь хотела, чтобы он дождался скорой! Эта несчастная ничего не знала. Господи, почему она не оказалась эгоисткой, которую заботит лишь собственная судьба? Почему решила броситься на выручку незнакомцу?

Валиант почувствовал, как по телу его пробежала лихорадочная дрожь. Зараженная. Теперь по городу расхаживает зараженная. Его кровь попала ей в глаз, она попросту не могла избежать инфицирования! А даже если бы каким-то чудом ей это удалось, минутой позже он укусил ее. Выпил ее крови, чтобы выжить и ускорить регенерацию. Он помнил, как заныли десны, когда удлинились клыки, помнил, как через трубчатые каналы зубов человеческая кровь потекла в его тело. Организм знал, что ему нужно, чтобы нейтрализовать последствия тяжелых травм, и, пока сознание Валианта блуждало на границе забвения и реальности, инстинкты взяли свое. Уже в следующее мгновение пришло понимание произошедшего, и он продолжил втягивать богатую железом кровь зараженной девушки осознанно… потому что теперь ей было уже нечего терять. Теперь ее смерть — на его совести.

Он невольно задумался о том, что не сумел пройти и одного квартала, чтобы не угодить в историю. Как же так могло произойти? Почему? За что?

Я старался. Господи, я ведь так старался. Я делал все, лишь бы не заразить никого, лишь бы не… Господи, я ведь должен ее забрать! Нельзя оставлять ее среди людей, процесс заражения уже необратим! Скоро она начнет изменяться…

Отчего-то теперь Валиант понимал, что не может пойти в приготовленную Дрейком Талосом гостиницу. Он вообще никуда теперь не мог прийти незамеченным. «Крест» — как бы он это ни делал — умел мгновенно выходить на след своих мишеней, стоило сделать хоть малейшую глупость. Возможно, причиной тому служил тот самый информатор — каким-то образом ему удавалось отслеживать перемещения Валианта, а дальше он мог уже думать, сообщать об этом начальству или не сообщать. О том, чтобы от внимания Харриссона укрылось такое громкое происшествие, не стоило помышлять и в самых смелых мечтаниях!

— Черт! — прошипел Валиант, обессиленно уткнувшись лбом в стену.

Без паники. Возьми себя в руки. Думай.

Нужно было найти зараженную. Пройти по ее следу, найти ее, почувствовать и изолировать от общества, пока не началась трансформация. Люди обращаются быстро, поэтому действовать нужно без промедления. Валиант не мог позволить себе оставить в Лоренсе обезумевшую убийцу, коей эта девушка обязательно станет совсем скоро. Несмотря на то, что времени у нее будет немного, она успеет вырезать несколько семей. Если он что и мог сделать, так это найти ее и принести ей милосердную, быструю смерть.

Мне жаль. Господи, мне так жаль! — думал он.

Но жалеть было поздно. Благодаря человеческой крови регенерация ускорится и, пусть потом Валиант снова будет истощен, какое-то время ему удастся сохранять достаточно силы и проворства, чтобы прочесать город и отыскать свою ошибку. И устранить ее.

8

Услышав звонок, Мэри Уиллоу воодушевленно побежала к двери, отирая руки о фартук. Ей не терпелось увидеть любимую дочь и заключить ее в крепкие объятия. Она так долго этого ждала.

— Ривер! — воскликнула Мэри, открывая дверь.

— Привет, мам, — пробормотала девушка, машинально шагнув через порог и обняв мать со всей силой изорванных в клочья после происшествия чувств, на которые только была способна.

Ривер знала, что бледна и выглядит уставшей — она отметила собственную бледность, когда после бега дрожащими руками, глядя в свое отражение в витрине очередного магазина, отирала остатки крови с лица — однако надеялась, что ей удастся списать это для матери на последствия долгой дороги. Вопреки здравому смыслу, девушка не хотела пока что рассказывать Мэри о том, что случилось. Да она и не поняла толком, что случилось. Единственная версия, которая приходила ей на ум — ум, который обыкновенно отличался рациональностью и четкостью мышления — это версия о вампире. О монстре из легенд, фильмов и фантастических книг! Ривер пыталась объяснить произошедшее по-другому, но попросту не знала, как. Поведение того мужчины… его реакция… его глаза, которые светились… его скорость, недоступная человеку, особенно после такой аварии! Кто, черт побери, еще может быть на такое способен?