Наталия Лизоркина – Пять пьес о войне (страница 10)
Интересно, отключают ли свет в тюрьме?
ОБЪЯВЛЕНИЯ НА СТОЛБАХ: «В продаже кроссворды. Новый завоз кроссвордов».
КАТЯ. У нас с трех часов не было света. Я вот думаю, что скоро мы так и будем коротать время: ручка, свечка и кроссворд. Слава богу, кроссворды завозят новые. Можно проводить чемпионаты: выдавать всем участникам по одинаковому кроссворду. Кто разгадает весь до конца, получит приз — газовый баллон.
НАТАША. У меня сегодня кто-то спросил, какой вид спорта я считаю самым дебильным. Я знала ответ, но забыла название. Не было ни света, ни связи. Погуглить не могла. Потом ехала домой и спросила у мужика в маршрутке: «Знаете спорт, где люди натирают лед, чтобы шайба скользила?». Он сказал, что знает. Я спросила, как же называется этот спорт. Он забыл…
Света не было еще 4 часа, и только к ночи я смогла вбить в гугле: натирают лед вид спорта. Хуже всего, что все это время в голову лезли только сквош и, внезапно, квиддич.
МАРИНА. Пришла в кафе, у них генератор. Звук в наушниках не перекрывает этот рев, и получается, что какую бы музыку ты ни слушал, все равно слушаешь тяжелую.
СООБЩЕНИЯ ОТ БЛИЗКИХ: «Я скоро ебнусь Я скоро ебнусь». Интернет глючит и доставляет сообщение по два раза.
ЛЕРА. На случай новой инфоизоляции мы обзавелись радио. Только что я его включила и сразу попала на волну «Радио Эммануил». Это что, Бог меня нашел? Это что, я скоро умру?
КАТЯ. Встретила на лестнице очень пожилую соседку. Она была длинная и тощая. В руках у нее была такая же длинная и тощая церковная свечка. Соседка улыбалась какой-то благостной улыбкой.
— Дочечка, ты знаешь, мне Бог так помог, так помог! Завтра церковный праздник, и я почти все по дому успела сделать, и в церковь сходила. И спохватилась только сейчас, что забыла купить свечку. Дурная моя голова. А потом вспомнила: вот же я в церкви покупала свечку, только не знала, кому поставить. Так у меня теперь свечка есть. Бог мне помог!
ЯНА. Газ дали! Нам дали газ!
Синий цветок зажигает шайтан.
Зловещ его аромат.
Гляжу не дыша.
Ебать я поэт!
НАТАША. Короче, я в последнее время катаюсь на таких качелях плохих предчувствий, что на них надо космонавтов тренировать перед выпуском на орбиту. И вот в попытке ухватиться хоть за какую-то цель я решила, что если выживу, то обязательно научусь танцевать, как Шакира в клипе «La Tortura».
Клип снят в 2005 (!) году. Еще тогда я хотела научиться этим движениям, но вместо этого почему-то начала учить португальский.
Представьте: война is over. Я, вытирая слезы радости, учусь ползать по столу на попе, как Шакира. Наступает месяц май. Я приезжаю в ресторан, включаю музыку, ложусь на стол и начинаю лежа танцевать, как бы говоря притихшей публике: «Может, меня и нет в меню, но я — лучшее, что подали на стол этим вечером».
Люди снимают меня на телефоны. Официанты в замешательстве. Повар вышел из кухни и комкает фартук в руках. Еще живой морской окунь глазеет на меня сквозь толщу мутной воды в аквариуме. Музыка заканчивается, но все стоят не дыша. Я сажусь на столе и тихо говорю: «Уно кафе пор фавор энд сэт зэ окунь фри».
АКТРИСА 1. Я хорошо танцую?
АКТРИСА 2. Очень. Мне нравится.
АКТРИСА 1. Ты же ничего не видишь.
АКТРИСА 2. Ну и что?
НАСТЯ. Гороскоп веерных отключений.
00–02 — Овен
02–04 — Телец
04–06 — Близнецы
06–08 — Рак
08–10 — Лев
10–12 — Дева
12–14 — Весы
14–16 — Скорпион
16–18 — Стрелец
18–20 — Козерог
20–22 — Водолей
22–24 — Рыбы
Гороскоп врет, как всегда. Я Рыба, а по этому гороскопу выходит, что Стрелец.
ПЕТИЦИЯ: «Часто люди не знают, когда выключат свет и как долго его не будет. Приходишь с работы и не понимаешь, сколько еще ждать. Невозможно построить планы на день! То же самое с дистанционной работой дома, с обучением детей! Просим сообщать точный график отключения электроэнергии!»
ВИТА. Звонит мне Алла Петровна: «Ласточка моя, когда свет будут выключать?»
Я: Я могу сказать график.
Она: Так они же не по графику выключают!
Я: Ну да.
Она: Почему государство нам врет?
Я: У них дефицит электричества.
Она: А у меня дефицит терпения! Ты видела, что открылся мясной магазин у нас?
Я: Да.
Она: Мне так захотелось какого-то мяса! Я пошла и купила у них нарезки на пробу, всего 150 граммов, потому что дорого.
Я: И как нарезка?
Она: Говно! Я поковырялась, а там внутри что-то застывшее, как холодец. Почему оно такое?
Я: Откуда ж мне знать.
Она: А вот если… Если мы скинемся деньгами, Онегин сможет приготовить котлет?
Я: Скидываться не надо, приготовить-то он может, но надо понять, когда будет свет надолго.
Она: Точно! Это ж начнем жарить, а они все вырубят!
Я: Ага.
Она: Ну, подождем. Может, все-таки по графику выключать начнут. Так деликатесов хочется, ты не представляешь! Котлет! Мне жить-то осталось мало. Помру и котлет не поем.
Я заверила ее, что все мы наедимся котлет перед смертью.
Онегин — это мой муж. Алла Петровна так его называет.
НАСТЯ. Вот так живешь — то пандемия, то блэкауты, то вообще пиздец. А хочется простого женского: подколоть губы.
ЛИЗА. Вчера дали свет на три часа. Сегодня — не знаю. Проснулась, свет есть. Боюсь, ненадолго. Когда нет света, у нас не слышно воздушную тревогу. Иногда по улице ездит машина и приятный мужской голос сообщает: «повітряна тривога бла-бла-бла». Я не очень слушала — ничего интересного там нет.
ВИТА. Выползла сегодня впервые за два дня на улицу. До отключения света осталось часа полтора, и надо было успеть купить еды. Иду и вижу: восемь человек в форме тусуются возле нашей местной кофейни. Полиция. Думаю, неужели мою любимую баристу убили конкуренты из кофейни напротив? Подхожу и выдыхаю: она жива-здорова. А полиционеры пьют кофе. Восемь человек, и все курят сигареты и айкосы под капучинку. Несмотря на то, что есть закон, запрещающий курить в общественных местах. Если бы они шли мимо курящей меня, то непременно выписали бы штраф. Вечный сюжет, которому уже сколько тысячелетий: сотрудники полиции мирно попирают свои же законы на глазах у равнодушной публики. Так хорошо стало на душе от этой картины! Значит, бывают вечные стабильные ценности, которые нельзя уничтожить.
ЛЮБА. И мой тебе совет: попытайся прожить свою жизнь так, чтобы не знать, какова на вкус разогретая вчерашняя мивина.
МАРИНА. За сутки сбивала температуру четыре раза. Последний раз была 39. Классно ощущается разница. 38,5 — очень холодно. 39 — очень жарко.
Мне вспомнилось, как я заболела в детстве, тоже под свой день рождения. Температура поднималась до 40, мама была в шоке. А папа заранее заказал какой-то невероятный торт в одной из самых крутых кондитерских города. Настает день рождения, а у меня температура 40. Мама ее кое-как сбивает. Папа приезжает с работы и привозит красивенный торт. Я, собрав все силы, сажусь его есть и понимаю, что совсем не чувствую вкуса. Он кажется мне просто какой-то невнятной едой, потому что мне очень плохо.
В общем, я его ела, и мне было страшно обидно, что родители так старались, так хотели сделать мне сюрприз, а я жую торт и ничего не чувствую.