Наталия Лирон – Помоги мне умереть (страница 8)
– На несколько дней, но звонить ему не воспрещается. Он только рад будет.
– Я уже звонил, он не отвечает, – Егор показал телефон, – вот, два раза.
– Слушай, ну он может быть на совещании на каком-нибудь, отправь сообщение, он перезвонит, как сможет.
– Угу.
Выйдя из больницы, она пошла пешком. Внутри поселилось давно забытое ощущение лёгкости. Она зашла и пообщалась с врачами. Несмотря на то что и диагноз подтвердился, и операция оказалась действительно нужна, Марине было хорошо и спокойно.
Пробираясь дворами и тихими улицами к площади Александра Невского, она разглядывала дома с высокими окнами, лепниной, крохотными эркерами и думала – позвонить или нет? Или сообщение отправить? Или вообще не нужно? Или… что?
Зеленоглазая весна окутывала день ярким плащом, даря тепло и солнце, Марина расстегнула пальто и достала телефон. Повертела в руках…
«Глаза у него такие… шоколадные. И лысый, – она улыбнулась, – хорошо, что он совсем наголо бреется, не оставляет этих дурацких клочков. Интересно, сколько ему всё-таки лет?» Нажала кнопку вызова. Гудок, щелчок:
– Здравствуйте, Семён, я хотела…
– Добрый день, – сухо отчеканил он, – что-то срочное?
– Э-э-э… – она опешила, – нет, извините, просто хотела поблагодарить за ваше вмешательство.
– Вмешательство? – переспросил он.
Марина растерялась: казалось, говорит совсем другой человек – кратко и неприветливо.
– Да-да, я про Егора, сына. – Марина остановилась.
– А… Вот и прекрасно. Я рад, очень рад.
– И я. Спасибо вам большое.
– Пожалуйста. – На заднем фоне послышались какие-то звуки, голоса, потом стали глуше. Семён молчал.
И она растерялась:
– Я… переделаю отчёт в ближайшие два дня.
– Прекрасно! Буду ждать.
Тишина. Только невнятный гул.
– Ну тогда до свидания. – Она не знала, что ещё сказать.
– Всего доброго.
Он отключился первый.
Она стояла с телефоном в руке и смотрела на дома вокруг. Под ярким весенним пальто вдруг обнаружилось линялое платье.
«Хм… что это было вообще?»
«Он же сказал тебе – нужно быть максимально работоспособной. Как умный робот-аналитик. Он же сказал, что просто хочет сохранить проект – чего ты тут уши развесила?»
Ей стало грустно от понимания, что она просто повелась на тепло и заботу.
«Вот так и появляются у баб другие мужики, Димка. Женщины – очень теплолюбивые растения, – внезапно подумала Марина и очень разозлилась. Не на Семёна – на мужа. – Это ты должен был за Егора хлопотать. Или хотя бы быть рядом».
Оглянувшись, она обнаружила, что почти дошла до площади. Подняла голову – и на стене, высоко, на уровне четвёртого этажа, туда, куда было никак не добраться, какой-то смелый человек всё-таки добрался и написал: «Я люблю тебя».
«Ну да».
Она набрала Диму – ей хотелось просто услышать его голос. Трубка гудела, но соединять с кем бы то ни было отказывалась.
«Ладно».
Зная, что дома никого нет, открыв дверь, она швырнула сумку на пуфик и увидела рядом стоящий рюкзак.
– Даня? – удивилась Марина, потому что сын должен был быть на тренировке.
Никто не ответил.
Она быстро сбросила пальто, сапоги и пошла в детскую.
Данила лежал на нижнем Егоркином ярусе, свернувшись калачиком, и, похоже, спал.
– Интересное дело. – Она постояла с минуту и тихо вышла из комнаты.
Сын проснулся минут через двадцать.
– Мам? – Он стоял в дверях их комнаты.
– С добрым утром, – тон её был шутливый, – и расскажи мне, дорогой друг, какими судьбами ты оказался среди бела дня спящим дома вместо тренировки? Отменили?
– У меня колено болит, – Даня опёрся на косяк двери, – и что-то не проходит.
– Ради бога, ребёнок, хватит того, что у братца твоего в следующий вторник операция.
Он понурился:
– Меня тренер отправил, я не сам ушёл.
Марина знала, что Данила дорожит плаванием и командой и поэтому «сам» отлынивать не станет, тем более перед соревнованиями.
Она посмотрела на часы:
– Сегодня поздно уже, а завтра утром запишу тебя в поликлинику. В школу не пойдёшь.
– Хорошо. – Он медленно вышел из комнаты.
«День сегодня какой-то странный».
Ей хотелось хоть с кем-то поговорить. Она невероятно злилась на мужа за его радиомолчание и чувствовала себя опустошённой после сухого разговора с Семёном.
«Да кто он мне в самом деле! Ну оказал человек услугу, может, для него это обычное дело».
Марина позвонила подруге.
– Привет, – Света ответила быстро, – как раз коляску катаю. Я сегодня в ночь, хозяева опять куда-то укатили.
– Главное, чтобы платили хорошо, ну, и Костик не возражал. – Марина вспомнила, что Светлана подрабатывала няней в свободные от основной работы дни.
– Ага, – послышался тяжкий вздох, – утомила эта кроха меня сегодня. А у тебя как дела?
– Де-е-ла, – сказала она нараспев, – да странные какие-то дела. Димка опять в командировку умотал. Да и работодатель мой…
Марина замолчала, не зная, как сказать.
– Тебя не уволили?
– Пока нет, – она подошла к окну, – я с последним отчётом напортачила, начальник назначил встречу на сегодня, я думала, он меня будет по косточкам разбирать, а он просто спросил, что случилось, и захотел помочь, нашёл там кого-то своего в Раухфуса для Егора.
– Да ты что?
– Ну! Устроили консилиум в этот же день, заведующая меня чуть ли не облизывала, когда я к ней зашла. В итоге диагноз подтвердился – и перелом, и мениск, и разрыв связок. Во вторник будут оперировать, но другой хирург, какой-то знаменитый и важный. Специально приедет из другой клиники.
– Ого, ничего себе! – От Светы слышались одни восклицания. – Видимо серьёзный дядька твой заказчик, просто маг и волшебник, а что он запросил за услуги?
Марина растерялась. Она об этом и не подумала.