Наталия Лескова – Тайны биологии (страница 2)

Каков же механизм замедления старения при голодании?

Раньше ученые думали, что при ограничении питания замедляется обмен веществ. Меньше пищи, меньше кислорода потребляется, меньше происходит окислительных процессов и как результат – организм меньше изнашивается. Оказалось, что это не так. Например, у дрозофилы, чтобы исчез эффект ограничения питания, мухам достаточно дать просто понюхать еду. И они опять стареют с обычной скоростью.

Скулачев предложил другое объяснение эффекту ограничения питания. Оно в какой-то степени отключает генетическую программу старения (а по мнению академика, старение – это программа). Обычно организм сам себя заставляет стареть, чтобы вид эволюционировал. А вот если начался голод – тут уже не до эволюции, приходится элементарно бороться за сохранение жизни. И организм «отключает» процесс старения, который отнимает очень много энергии, и бросает все ресурсы на поиск еды. А вот когда еда будет найдена, опять включится все та же программа старения – чтобы жизнь медом не казалась. Единственный способ надежно замедлить старение – время от времени недоедать, уверен ученый, причем делать это сознательно, а не по принуждению.

Однако полностью остановить программу феноптоза (запрограммированной смерти) Скулачеву не удалось. До конца дней академик сохранял уверенность: не пройдет и 20 лет, как с помощью его разработки люди смогут жить до 100–120 лет.

Подружись с паразитом

«Долгое время ученые не понимали, почему ДНК так бестолково устроена, – рассказывал академик Скулачев. – Часть цепочки, несущая ценную информацию, очень коротка. А на концах ее болтается какой-то ненужный мусор. Для чего его создала природа?»

Все расставила по своим местам теория теломер: никакой это не мусор, заявили ее авторы, а «чехол», защищающий хромосомы от повреждений. При каждом новом делении теломера укорачивается, и чем больше делений, тем сильнее истерта защитная пленка. Как только ее запас оказывается исчерпанным, ДНК начинает разрушаться, и земной путь живого организма подходит к концу.

Эта идея была впервые высказана ведущим научным сотрудником того же НИИ физико-химической биологии Алексеем Оловниковым. Еще в 90-е годы прошлого века Алексей Матвеевич опубликовал свою гипотезу на эту тему в «Вестнике Академии наук». А европейские коллеги провели соответствующие эксперименты и подтвердили его правоту, за что в 2009 году были удостоены Нобелевской премии.

А раз теломера защищает нас от старения, то почему бы не попытаться нарастить ее искусственно, с помощью биоинженерных методов? Недавно ученым из медицинской школы Гарварда под руководством доктора биологии Рональда Депиньо впервые удалось побороть многие проявления возрастной дегенерации у мышей. Генно-инженерная активация фермента, который защищает концы хромосом, привела к восстановлению нормальной работы деградировавших органов, возвращению репродуктивных функций и восстановлению массы мозга.

Исследователи предполагают, что найденный эффект при ряде условий можно распространить на человека. При этом животные не продемонстрировали признаков рака, хотя биологи продолжают опасаться этого осложнения. Вопрос требует дальнейшей проработки, однако, по мнению Депиньо, не за горами день, когда мы сможем, как сегодня к участковому врачу, приходить на прием к биотехнологу, который будет по мере необходимости удлинять наши поизносившиеся теломеры.

Зачем искусственно удлинять теломеры, когда на нашей планете предостаточно нестареющих организмов, способных помочь решить эту проблему, считает Валерий Зюганов, доктор биологических наук, ведущий научный сотрудник Института биологии развития им. Н.К. Кольцова РАН.

С возрастом эти животные становятся лишь выносливее и плодовитее. Скажем, гигантские черепахи живут 200 и более лет, до последних дней сохраняя свои репродуктивные возможности.

Другой пример – деревья. Самое старое на сегодня дерево – сосна Мафусаил живет уже пять тысяч лет. Средняя продолжительность жизни гигантской секвойи – четыре тысячи лет. Все это время она продолжает расти и погибает лишь в том случае, если ее одолевают болезни, вредители, не хватает солнечного света или питательных веществ. Если же все в порядке, чудо-дерево будет расти до тех пор, пока не обрушится под тяжестью собственного веса.

Можем ли мы чему-то научиться у деревьев?

По словам Константина Крутовского, ведущего научного сотрудника ИОГен РАН, руководителя геномного центра Северного федерального университета, сейчас задача ученых – получше понять, как устроен лесной геном. Так, уже известно, что у хвойных деревьев гигантский геном, в пять-шесть, а иногда в десять раз больше человека. У человека геном составляет примерно три миллиарда двести миллионов нуклеотидных оснований, а у хвойных – до тридцати миллиардов. Ученые обнаружили, что там большой процент повторяющейся ДНК (70–80 %), но при этом геном очень консервативен, а семейства генов (группы генов с общими функциями) представлены бо́льшим числом генов, чем у других растений. Профессор Крутовский предполагает, что такое дублирование помогает стабилизировать геном, снижает негативный эффект мутаций, накапливающихся с возрастом и ослабляющих организм, и это, может быть, объясняет долголетие хвойных.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.