Наталия Курбатова – Стейки средней прожарки. Книга о предпринимателях, которые выгорели не до конца (страница 2)

Катерина работала с анкетами, когда дочуня спала днем, еще минут по тридцать ухватывала, пока ребенок играл кастрюлями, половниками и всякой небьющейся кухонной утварью, ну и конечно вечером, после того, как малышку удавалось уложить спать на ночь. Самым трудным в укладывании было не уснуть самой, потому что вечер был самым длинным временем для работы за день. Сна не хватало. Катерина решила, что не будет больше трех часов одновременно сидеть за цифрами, чтобы не убить свое зрение окончательно. Дело потихоньку двигалось. Не так быстро, конечно, как хотелось, но через две недели, когда больничный был закрыт, на столе у Ирины лежал отчет с результатами исследования. Скорее всего, находясь на работе, Катерина не сделала бы это быстрее.

Ирина-завуч почеркала отчет красным, внося свой вклад в работу. Исправлялись формулировки и отдельные слова, выводы Ирина иногда уточняла, просила обосновать и расшифровать, потому что не всегда видела те логические связи, которые видела Катерина. Но своих выводов не предлагала. Катерина терпеливо объясняла очевидные для нее вещи, соглашалась на исправления слов, потому что это не меняло ровным счетом ничего, и ждала итогов своей работы. В конце концов Ирина попросила Катерину подготовиться к выступлению перед руководством компании. Делегировала, так сказать. Тем же манером перепроверила ее презентацию, попыталась заставить Катерину прорепетировать, но Катерина так на Ирину посмотрела, что та сказала: «Ну или смотри сама… Нам никак нельзя облажаться». Похоже, Ирина совсем не понимала, хорошую ли работу они сделали, годится исследование в принципе или нет.

Перед встречей с руководством Катерина волновалась тоже. То ей казалось, что это грандиозное исследование и оно перевернет весь маркетинг компании, и тогда она летала вдохновленная и мечтала о существенном повышении зарплаты после испытательного срока, большом интересе к ней руководства и новых проектах. Потом ей вдруг казалось, что все, что показало исследование, и без того очевидно и что она будет выглядеть ужасно глупо на презентации.

А исследование показало следующее. Среди всех составляющих, которые, по мнению покупателей, влияют на выбор кондиционеров для белья и гелей для мытья посуды, есть два основных – запах (он влияет на повторные покупки) и слово «технологии», которое должно быть хорошо видно на упаковке (оно влияет на первую покупку). Оказалось также, что большинство респондентов сами не замечают, что покупают те средства, которые покупала мама, когда они были детьми. Не замечают, но покупают именно их. Вот эту связь с мамиными средствами для ухода за домом и надо использовать в рекламе. Конечно, бренды у компании новые. Когда современные покупатели были детьми, владельцы компании тоже были где-то в том же возрасте. Но это не мешает формировать в рекламе связь между маминым средством для мытья посуды и новыми брендами.

Презентация прошла отлично. Был большой интерес к данным Катерины, к выводам Катерины. Директор компании сразу сориентировался в том, на кого здесь можно рассчитывать, и разговаривал с Катериной напрямую. Интересовался ее видением рекламной кампании и, можно сказать, даже поручил ей эту кампанию подготовить. В задаче этой было много в целом непростых вопросов. Что говорить аудитории, какие каналы для этого выбрать? Идти ли в модную, но запрещенную социальную сеть? Какие бюджеты считать разумными для тестового периода? С какого канала начать тестирование? И так далее. Еще надо было что-то делать с сайтом, который застрял посередине разработки. Ирина мало что понимала в том, когда нужно было что-то требовать от разработчиков, а когда помогать им точными задачами и быстрыми решениями по куче мелких вопросов. Ирина вообще не очень могла принимать решения, а такое количество решений в сфере, где она не очень разбиралась, было ей и вовсе не под силу. Катерина ликовала. Перед ней открывались перспективы, ради которых все и стоило затевать. Директор так и сказал: «Это отличная работа; рассчитываем, что вы и дальше будете проявлять себя так же талантливо».

Говоря откровенно, у Катерины мелькали мысли о том, что в ближайшее время она сможет возглавить отдел. Тоня была начинающим директологом; ее взяли в компанию, чтобы вести ту рекламу, идеи которой разрабатывала Катерина в своем исследовании. В новом отделе маркетинга Тоня оказалась по той же причине, что и Катерина: с небольшим опытом ее не очень брали в другие компании. Но у нее был узкий интерес – реклама на одной, хоть и очень крупной рекламной площадке – Яндексе. Непонятно было даже, удастся ли раскачать Тоню на ведение рекламной кампании на другой площадке – в социальной сети «ВКонтакте». О креативных способах продвижения с Тониной помощью на менее крупных площадках говорить не приходилось. В общем, на большой рост Тоня не претендовала. А Ирина? Ну что Ирина? Всем же понятно, что назначение получилось неудачное. Компанией управляют умные люди, как-то решат они, как с этим обойтись.

Вечером муж достал бутылочку вина, нарезал сыр и предложил выпить за Катеринины успехи. Вымотанная, но счастливая, после бокала красного Катерина заснула прямо на диванчике в кухне.

3

Неделя ожидания счастливых перемен после презентации закончилась фиаско. Руководство выразило свою глубокую удовлетворенность работой нового отдела, выдало хорошую премию ее руководителю и поставило перед отделом новые сложные задачи. Ирина, собрав отдел, а точнее Катерину и Тоню, так и сказала: «Девочки, задачи сложнейшие, я даже не представляю, как мы с ними справимся, но мы справились с исследованием, справимся и с ними».

– А что с зарплатой? – спросила Катерина. Она была уверена, что зарплата должна заметно повыситься по результатам испытательного срока, который закончился блестящей презентацией исследования.

– А что с зарплатой? В ближайший год зарплата вряд ли изменится, – сообщила Ирина. – Компания не в той ситуации.

И Катерину взорвало. Она-то хорошо знала, кто справился с исследованием и какой ценой это случилось: бессонные ночи, новая детсадовская жизнь дочки, упавшее зрение – это все, чтобы Ирина получила премию за профессиональное управление отделом и взяла «новые сложные задачи» для Катерины? Катерина не очень помнила, что говорила, но голос ее срывался, возможно, она местами даже кричала, а на глазах блестели слезы. Это было очень по-дурацки, очень не по-деловому, нелепо. Но Катерину несло. Закончилось все тем, что Ирина в возмущении сказала: «Ну что ж…» – и ушла, хлопнув дверью.

Катерина и Тоня сидели какое-то время молча, потом Тоня сказала:

– Пожалуй, я вернусь на старую работу. Денег тут не платят, а пахать придется, судя по всему, ого-го.

– А как же директ? – спросила Катерина. – Ты же хотела стать директологом.

– Не знаю, – сказала Тоня. – Я хотела, чтобы меня все же кто-то учил, а тут этим и не пахнет.

Перед концом рабочего дня в кабинет зашла Ирина и сообщила:

– Вас шеф вызывает.

Тот самый шеф, интерес которого вместе с перспективами карьерного роста Катерина рассчитывала получить после блестящей презентации, строго смотрел на вошедших маркетологов. Ему было немного за тридцать, и он был высокого мнения о себе как о профессиональном СЕО. Катерина не знала точно, в каких отношениях он был с собственником компании (собственника она не видела ни разу). Взяли ли шефа по знакомству и родственным связям или за квалификацию – непонятно. Но она вдруг явно увидела в его глазах, что Ирина, как подруга его мамы, – это незыблемый бастион. А она, Катерина, на этот бастион покусилась. Взгляд был недобрым, но шеф выходить за рамки делового тона, как профессионал, позволить себе не мог. Да ему это и не надо было, деловые рамки ему как раз нигде не жали.

– Мы говорили с Ириной, и я понял, что она сомневается, что вы, коллеги, компетентны в поставленных отделу задачах, – сообщил шеф. – Лично я был доволен презентацией исследования, которое сделал весь ваш отдел (он подчеркнул «весь»), и я хотел лично поговорить с вами, чтобы прояснить ситуацию.

– Жаль, что весь наш отдел, – Катерина тоже надавила на слово «весь», – ничего не получил за хорошую работу.

– Вы только начинаете свою карьеру, Катя, – несколько покровительственно ответил шеф. – Поощрение вашего руководителя и окончание лично вашего испытательного срока и есть поощрение для вас. И это серьезное поощрение, вы должны это понимать и уметь радоваться не только своим, но и нашим общим успехам.

И Катерина поняла вот прямо тут, в этом кабинете шефа, очень ясно: все, на что она может рассчитывать для себя в этой компании, – это неограниченные полномочия в том, как делать те сложные задачи, которые делать будет она одна. Потому что никто, кроме нее, тут не только не понимает, что такое маркетинг (а Катерина все еще была влюблена в маркетинг), но и не хочет даже это понимать. Вкладывая все свои силы в исследование, она вдохновлялась идеей, что делает это как раз для всех, для компании. И это было как восхождение на вершину с хорошим напарником (напарником была компания, если вы не поняли). Когда вам трудно, холодно и не хватает воздуха, но вы чувствуете плечо попутчика, видите вершину, и то и другое греет и мотивирует вас. А сейчас ей как будто сказали: «Подожди, девочка, какая вершина? Вообще, мы едем в скоростном экспрессе, а ты моешь посуду в вагоне ресторане. И там что-то много уже посуды невымытой. Иди работай».