Наталия Крас – 12 презервативов и два свидания (страница 4)

— Ну же!.. — потребовала она сквозь зубы, глядя в лицо своего пленника. — Ты всё испортишь… дава-а-ай!.. — дрожащим от нетерпения голосом взывала она.

— Что испорчу? — прошептал Денис, растопыривая глаза.

— Целу-у-уй… — шипела она на него сквозь зубы.

Денис слегка раздул ноздри, задышав чаще, и шатнулся к ней, по его лицу пробежало несколько несвязных реакций: брови несогласованно дёрнулись, одна губа последовала их примеру, потом он моргнул, шумно сглотнул и, сводя глаза к малюсенькой родинке на её щеке, прилип губами к её губам. Она потерпела немного его причмокивания на себе и аккуратно повернула лицо, не отлепляясь от губ Дениса, чтобы увидеть реакцию мотоциклиста. Тот нахмурился и взялся за телефон. Она отсоединилась от соседа и томным жестом взялась за свой телефон тоже. Но, не увидев там ничего, злобно хмыкнула и уставилась сначала на парня в кожаной одежде, а потом на Дениса. Её глаза лихорадочно перемещались по его лицу, но думала она как будто не о нём. Его же взгляд отражал большее присутствие здесь и сейчас, Денис взволнованно дышал и что-то обдумывал, изучая её лицо. Потом они оба повернулись в сторону улицы. Парень на мотоцикле надел шлем и, застёгивая его под подбородком, приподнял лицо, хмурясь в сторону открытого окна. Денис, недолго думая, сам слегка притянул к себе Дашу и, невзирая на отсутствие просьб, стал целовать её более уверенно, чем в первый раз. Не встретив сопротивления, он обнял её покрепче и продолжил. Они оба не сговариваясь скосили глаза в сторону мотоцикла. Тот взревел под седоком, который ещё раз окинул их взглядом, они как по команде сомкнулись плотнее, зажмуривая глаза, и услышали, как удаляется шум мотоцикла.

Между ними повисла тишина. Их обвевала весенняя прохлада с улицы и подогревало щедрое солнце. Тепло слепленных губ передавалось волнами от одного к другому, но они оба не двигались. Денис решился первым и сосредоточился на поцелуе, который впервые перестал быть театральной постановкой. Даша как бы замерла, кажется, впервые оценивая свои реальные ощущения. Губы их разомкнулись через некоторое время, и они заглянули в глаза друг другу, ища там то ли поддержки, то ли объяснений происходящему. Неожиданно она смутилась и опустила глаза, будто возвращалась откуда-то издалека к себе самой. Он наблюдал за ней, но не выпускал из объятий. Она поёжилась, высвобождаясь. Он нехотя опустил руки на подоконник и, глянув в окно, спросил:

— У тебя там больше никого нет?..

Она удивлённо посмотрела на него, как будто впервые увидела и услышала.

— Ну… чтобы можно было продолжить, — объяснил он, слегка смущаясь.

Даша оторопело посмотрела на него, обдумывая слова, а потом рассмеялась. Её напряжение наконец отступило, и смех, набирая обороты, постепенно возвращал ту Дашу, с которой Денис иногда встречался около дома и в подъезде.

— Ну раз ты так хорошо шутишь… — весело сказала она, — я не буду тебе говорить, что ты не умеешь целоваться.

— А ты хотела это сказать?

— Нет… — снова засмеялась она, — просто подумала, что больше никогда не повторю этого с тобой.

Он окончательно смутился, опустив голову, пожевал губу, но потом приподнял лицо к ней навстречу:

— А теперь?.. Что ты думаешь?..

— А теперь я думаю, что с таким чувством юмора ты небезнадёжен.

Он усмехнулся:

— А всё остальное, что, так ужасно?

Она стала серьёзной и оглядела его лицо оценивающе. Денис под её пристальным взглядом стал как будто меньше.

— В том-то и дело, что не ужасно… — медленно сказала она, всё ещё разглядывая его лицо, в котором зажглась надежда.

— То есть… повторим?.. — спросил он.

Она снова рассмеялась, а потом опять стала серьёзной:

— Самое ужасное в тебе – не поцелуи, а… вот это вот…

— Что?.. — испугался он.

— Ну… ты ни в чём не уверен… и в тебе совершенно нет никакой наглости… ну, ни вот столечко… — она поднесла к его лицу сложенные пальцы, — ни наглинки… понимаешь?

— А это нужно?.. Чтобы целоваться? — расширил он глаза.

— Ну конечно! — расширила глаза и она. А потом хитро посмотрела на него и добавила с улыбочкой: — Тебе бы пошло… немножко обнаглеть.

Он сделал сосредоточенное лицо, сдвинув брови, как если бы обдумывал что-то, а потом резко обхватил её и снова влип губами в её губы так отчаянно, будто боялся упустить свой шанс. Она слегка дёрнулась от него, но потом сдалась ненадолго. Он ослабил хватку и попытался вызвать её на взаимный обмен поцелуями, но она отстранилась.

— Дурачок… — насмешливо сказала она.

— Не надо мне так говорить!.. — нахмурился он.

— Почему?.. Тебе как раз подходит… — усмехнулась она.

Он резко встал с подоконника и направился к двери.

— Ты куда? — насторожилась она.

— Домой, — буркнул он, не оборачиваясь, но приостановившись.

— Не уходи… а?.. — попросила она внезапно умоляющим голосом.

Он стоял к ней спиной в нерешительности. Она подошла сзади и остановилась в шаге от него.

— Ну хочешь… я научу тебя целоваться… или задачу твою будем решать… — тихо предложила она, — только не уходи сейчас, а то я тут с ума сойду… в этом аду с хлоркой и с этим… козлом…

— Меня не надо учить… — насупленно проговорил он, — я просто… не ожидал… я не готовился… — он полуобернулся и глянул ей в лицо с затаённой надеждой.

Она, сдерживая улыбку, кивнула на его оттопыренный карман:

— Не готовился?..

Он опустил глаза на презервативы и снова поднял, возмущаясь:

— Да я же говорю – это случайно!.. Отец там накупил, заказ принесли, а он потерял одну… ну и…

— Ты припрятал, да?.. — хитро улыбнулась она.

Он усмехнулся, поворачиваясь к ней.

— Не уйдёшь? — спросила она с надеждой в голосе, заглянув ему в глаза.

Он неопределённо повёл головой, соглашаясь. В дверь что-то застучало. Денис вопросительно уставился на Дашу.

— Опять пол моет… это швабра стучит, — тихо объяснила она.

— А-а… — протянул он, — профилактика… дезинфекция, да?

— По-моему, это у неё психическое… Это она так спасается от всего этого… — Даша кивнула в сторону улицы.

— Дашенька, — послышался голос Люды из-за двери, — открой, я у тебя там протру…

— Лучше пусть протрёт, спорить дольше… — шепнула Даша.

— Ну, конечно, это же правильно сейчас, — согласился Денис.

— Это никогда не правильно по шесть раз в день, — с тревогой посмотрела на него Даша и кивнула ему на дверь.

Он открыл Люде, которая тут же ворвалась вслед за шваброй, беспощадно тыча ею во все углы и закоулки с какой-то остервенелостью, раскачивая впереди себя грудь под футболкой. Она быстро оглядела их и с озабоченным видом сказала:

— Пошли бы умылись… и руки надо вымыть, — она продолжила теребить пол шваброй.

Даша подпихнула Дениса из комнаты. Она поволокла его в ванную, закрыла дверь изнутри и пустила воду в раковину:

— Ты понимаешь теперь? — спросила она, заглянув в его лицо.

— Что? — Денис пожал плечами.

— Я уже не выдерживаю этот психоз! — зашипела Даша почти ему в ухо. — Это ненормально… Это целыми днями продолжается: дай протру, иди умойся… и так постоянно… третью неделю подряд… хлорка эта постоянно… Хоть бы уже на неё аллергия у кого-нибудь началась, может, тогда успокоится… День сурка какой-то…

Она прислушалась у двери.

— Ты чего? — спросил Денис.

— Кажется, ушла у отца в кабинете мыть.

— У вас есть кабинет?

— Ну… они так комнату называют, где он работает… Просто это не спальня, и не кухня, и не… короче, кабинет… там ещё тренажёр стоит, хочешь – назови тренажёрным залом.

Даша потянула Дениса к раковине, смочила своё лицо водой, потом бесцеремонно пошлёпала по его лицу мокрой рукой.

— Зачем? — фыркнул Денис.