Наталия Кочелаева – Лик избавителя (страница 16)
В хорошей кофейне, куда привел их Юрий, столики были низкие, а диваны – очень низкие. Стася села, и коленки сразу же оказались на уровне ушей. Люся же и тут на высоте. Не смутившись, она сбросила туфли, раз и два, и уселась на диван по-турецки. Люся могла себе это позволить. А Стасе все казалось, что если она снимет туфли, то на большом пальце непременно обнаружится дырочка, «солнышко», как говорила ей в детстве Люся. Поэтому она уселась поудобнее, но все равно неловко – бочком, одну ногу поджав под себя.
Им принесли меню, и Люся разахалась над десертами, как будто за всю жизнь слаще морковки ничего не пробовала. Впрочем, может, и так, Люся ведь всегда на диете.
– Смотри, Стасенька, пирог с манго! С инжирным муссом! С миндально-персиковым кремом! Интересно, что такое серебряный бисквит? Стаська, а ты пробовала когда-нибудь безе с ревенем?
Юрочка покорно ждал, склонив голову, но Люся отбросила книжечку меню.
– Ужасно! Три десятка пирожных, и ничего не могу выбрать! Если бы их было пять или шесть… Нет, или еще лучше, чтобы каждое из них было размером с вишню и можно было бы съесть все…
– Это легче, чем урезать меню заведения, – кивнул Юрий и что-то сказал подоспевшей официантке. Та посмотрела на него удивленно, потом улыбнулась и исчезла.
– И кальян! – попросила Люся.
– Ты же не куришь, – удивилась Стася.
– И тебе не советую. Но все же хочу попробовать кальян. Когда еще представится такая возможность? Знаете, друзья мои, однажды мне предложили покурить кальян. Я отказалась, а потом жалела. Думала – когда еще попробую? Может, и не придется? Это было давно, в молодости…
– Значит, вчера? – ловко ввернул Юрий, и снова Люся приняла комплимент благосклонно.
– Увы, увы, друзья мои… Позвольте, что это?
Им принесли кофе, кальян, воду со льдом в хрустальном кувшине, и… Десерты, много десертов, не пять и не шесть, а все, что были в меню. Их несли и несли, столик уже был заставлен, и официантки придвинули еще один. У Стаси закружилась голова от запахов ванили, шоколада, фруктовых соусов и ликеров…
– Но зачем! – посетовала Люся, только вот в голосе ее не было упрека.
– Вдруг вам потом вздумается пожалеть об этом ананасном желе, – тон в тон ответил Юрий.
В ананасном желе застыли кусочки фруктов – как жуки в янтаре, подумала Стася. Она выбрала пончик со сливами, потому что он ближе всего к ней, и ела его молча. Украдкой сосчитала десерты. Получилось тридцать с чем-то. А Люся разливалась соловьем и позволила себе так много, что Стася начала за нее волноваться. Мало того, что Люся действительно попробовала по крошке от всех принесенных десертов, она еще выпила крепкий кофе, что строго воспрещено лечащим врачом! Она не отказалась от рюмки коньяка – весь коньяк, правда, уместился бы в наперстке, но врач не одобрил бы и этой дозы! Люся даже курила кальян, такого врач предположить не мог и только поэтому не запретил! У нее же сердце! Наконец, пытка закончилась – Юрий предложил отвезти их с Люсей домой и ушел за машиной, которую припарковал где-то неподалеку.
– Ты что сидишь как кукла? – Люся дернула Стасю за рукав, губы у нее дрожали от сдерживаемого смеха. – Он что, тебе не понравился? Так давай его сразу опечалим, чтобы зря не тратился! Ты посмотри, как он безумствует, одни только пирожные чего стоят! А как смотрит-то на тебя!
У Стаси заполошно забилось сердце. Вот оно что! Неужели? Пирожные-то, оказывается, были для нее, а она ела глупый пончик, с которого на подол черного платья насыпалась сахарная пудра!
– Так что? Нравится? Да? – допытывалась Люся. Теперь она была совершенно серьезна.
– Да, – созналась Стася. Она плохо рассмотрела Юрия, но его блестящие черные волосы, широкие плечи, тонкие запястья… И потом, так на нее никто не смотрел!
С шестого по десятый класс Стася дружила с одноклассником Денисом Корчагиным. Этого хулигана посадили за одну парту с отличницей, чтобы она на него хорошо влияла. Но вместо этого Корчагин плохо повлиял на Стасю – она научилась играть в «стрелялки» и полюбила группу «Король и Шут». Впрочем, Стася оставалась отличницей, она и делала за Дениса контрольные, писала за него доклады на своем компьютере, а Корчагин в это время валялся на ковре в ее комнате и канючил:
– Ну, Настюха, давай еще чуть-чуть поиграем, давай хотя бы один уровень пройдем…
– Сейчас допишу, и пройдем, – неумолимо отвечала Стася.
Люся не возражала против визитов Дениса, кормила его и использовала для мелких хозяйственных работ – принести ведро картошки из кладовой, починить шпингалет, забить гвоздь.
В школе Корчагин стоял за Стасю горой. Когда одноклассник обозвал ее «уродским буратино», Денис подошел и молча ударил его кулаком по голове. Одноклассник упал, у него пошла носом кровь. Мальчишка пришел в себя только в кабинете школьной медсестры. Был скандал, но его замяли. Больше Стасю никто не рисковал задевать.
Все учителя, конечно же, знали, кто делает за Корчагина его работу, но всех эта постановка дела устраивала. Налицо взаимопомощь, сплоченность коллектива и повышение успеваемости. Тем более такая искренняя и чистая дружба между мальчиком и девочкой!
С шестого по восьмой класс Корчагин провожал Стасю домой. В девятом впервые пригласил в кино и приглашал с тех пор регулярно, но фильмы выбирал сам, а Стасе они не очень нравились.
Кинотеатр был новый, оборудованный современной звуковой системой. Слева стреляли, справа отстреливались, со спины заходил на посадку военный вертолет, а экран отчаянно матерился басом. Несмотря на шум, Стася порой задремывала. Однажды она проснулась оттого, что Денис взял ее за руку. Рука у него была шершавая и горячая. Стася замерла. Но Денис скоро руку убрал.
В десятом классе Корчагин на прощание и при встречах стал целовать Стасю в щечку, причем его не стесняло присутствие одноклассников, учителей и даже Люси. А в одиннадцатом, как раз во время зимних каникул, девчачья разведка донесла – Денис начал встречаться с Самойловой, школьной секс-звездой. У Влады Самойловой был роскошный бюст, белые волосы до поясницы и коровьи глаза. Из всех предметов и явлений на свете ее больше всего интересовал собственный маникюр. Почти каждый день Влада приходила в школу с новым декором ногтей и все разглядывала их, подпиливала, подкрашивала, пытаясь достигнуть неслыханного совершенства.
Денис ничего не сказал Стасе и не отсел от нее к своей новой пассии, и Стася успокоилась. Она решила, что сплетницы ошиблись. Но в первый же учебный день после каникул Денис не пошел провожать Стасю. Быстро сбежал по ступенькам, а она, дурочка, торопилась за ним, боялась отстать, и бросил через плечо:
– Извини, Настюха, мне сегодня в другую сторону.
«Другая сторона» стояла поодаль, словно статуя, даже сумочкой не размахивала. На Владе была короткая яркая курточка, джинсы едва держались на бедренных косточках, высокие каблуки сапожек утопали в снегу. Стася пошла домой одна, а дома рассказала все Люсе. К Стасиной сердечной ране Люся отнеслась легкомысленно:
– Девочка моя, да кому он нужен, этот Дениска! Вот уж нашла, по кому убиваться!
– Так мне обидно, что он с такой ду-урой, – всхлипывала Стася.
– А если с умной, тебе легче было бы?
Вопрос был неожиданный.
– С дурой он не раз тебя вспомнит, – продолжала Люся. – Экая, скажет, глупындра вислоухая, Стаська-то башковитее была. А с умной если бы и вспомнил, так не к твоей чести.
– Так она красивая!
– Ничего подобного. Видела я ее. Думаешь, не видела? Ее мама работает в парикмахерской, в той, что у рынка. Маникюр, педикюр. Вся красота дочки – оттуда. Хочешь быть похожей на нее? Хочешь выжженную перекисью гриву и наращенные ногти? Не вопрос. Мама твоей соперницы тебе все это устроит, за сравнительно небольшую плату. С этим разобрались. Что еще тебя ранит? Одевается она ужасно, с того же рынка. Если тебе на почве разбитого сердца изменил вкус, мы тоже можем там прибарахлиться.
– Но она…
– Секси, – кивнула Люся. – Этого у нее не отнять. Но и это ее качество не самой высокой пробы. Так что если твой Дениска не дурак, то сам разберется, что к чему, и вскоре пожалует обратно. А если нет, то он этой девчонке самая подходящая пара и по уму, и по всем параметрам. А нам, красивым и умным, о нем жалеть не след.
– Получается, что он все это время использовал меня…
– О-о, как ты заговорила! Вот-вот вспомнишь про загубленную молодость! А ты попробуй посмотреть на вещи с другой стороны. Может, это ты его использовала, а? Он столько лет таскал твой набитый книгами портфель и картошку из подвала! Да еще по дороге лупил всех, кто косо на тебя посмотрит! Иди, приведи себя в порядок. Считай, что ты его сама бросила, и никогда не подавай виду, что обиделась. Не давай сопернице повода посмеяться над твоим горем.
Увы, Люся оказалась права в самых мрачных своих прогнозах. Денис вел себя как ни в чем не бывало, продолжал сидеть со Стасей за одной партой и пользоваться ее помощью, но домой больше не провожал, в ее квартире не показывался и о кино больше речи не заводил. Куда улетели вы, трехмерно звучащие вертолеты, кого защищаете вы, неуязвимые герои широкого формата?
Даже на выпускном вечере он ни разу не пригласил Стасю потанцевать, сидел рядом с Владой и пил с ней вино из одного бокала. На Самойловой было платье из малиновой тафты с декольте и кринолином. Платье громко шуршало.