Наталия Фелиз – Любовь в тени (страница 3)
– Собирался звонить завтра, но раз такое дело, – пожал плечами молодой человек, протягивая руку к телефонной трубке.
– Был бы и ты таким же любезным, мне не пришлось бы тратить целый день на всякую ерунду, – недовольно пробубнила девушка, даже не стараясь скрыть довольной улыбки.
– Как ты могла потратить на всякую ерунду целый день, если опоздала на работу на полтора часа? – невинно поинтересовался Семен, то ли позабыв, что в кабинете находился начальник, то ли сделав это специально.
И, конечно же, реакция Павла Геннадьевича не заставила себя ждать:
– Не понял.
Мару медленно развернулась лицом к начальнику, на ходу стараясь придумать убедительное оправдание опозданию. Но встретившись с хмурым взглядом серых глаз, все мысли разом покинули ее голову, и с губ слетело лишь невнятное бормотание.
Положение спас Антон, который, отключив телефон, объявил:
– Мерс свободен.
– Возрадуйся, Мару, – подхватил Семен, тут же награждаясь колючим взглядом девушки.
Павел Геннадьевич, качая головой, вышел из кабинета, бормоча на ходу:
– Хоть что-то в этом коллективе стабильно – опоздания…
И как только в помещении остались «все свои», на Семена разом зашипели Лена и Светлана Владимировна:
– Ты что творишь?! Ты же сам опоздал…
– Да вырвалось случайно, – начал оправдываться молодой человек.
– Да все нормально, – поддержала Семена Мару.
– Я на перекур, – вздохнул Антон, поднимаясь с насиженного за день места.
– Возьми меня с собой, – протянул Семен, вскакивая со стула и пулей вылетая вслед за другом.
– А мне нужен отдых, – сказала Лена, подходя к вешалке, на которой висел ее до сих пор влажный плащ.
– Ничего, недолго осталось, – протянула Светлана Владимировна, собирая подписанные генеральным директором документы в одну стопку.
– Неоплан мой, так что я бы хоть сейчас рванула! – с широкой улыбкой заявила Мару, потягиваясь, как будто после долгой изнуряющей битвы. – И можно закончить на этом нашу историю.
1 ГЛАВА
Черный джип медленно проехал под шлагбаумом и через секунду уже летел к центральному входу в аэропорт. Машин было много, все спешили на встречи и проводы, каждый друг другу мешал, обгонял, сигналил. И только охрана монотонно вещала в громкоговоритель: «Не задерживаемся у входа. Двигаемся вперед. Не задерживаем движение». Но водителя в черном джипе совершенно не волновало неудобство окружающих, впрочем, как и абсолютное большинство других водителей. Он остановился прямо посреди проезжей части. Позади тут же образовалась пробка из сигналящих и мигающих габаритными огнями машин. А молодой человек спокойно вышел из-за руля и под аккомпанемент клаксонов направился к задней части своего внедорожника. Вторые двери автомобиля так же распахнулись, и из салона показалась сначала Мару, а затем и ее подруга. Девушки подошли к молодому человеку и заглянули вместе с ним в багажное отделение.
– Не маловато взяли-то?
– Хватит, – отмахнулась Ксюша. – Доставай скорее, а то еще минута промедления и нас побьют.
Мару оглянулась на вереницу машин, образовавшуюся позади них, и с удивлением обнаружила, что все совсем не так плохо, как могло показаться на первый взгляд. Из тех автомобилей, которые находились в непосредственной близости от входа в аэропорт, вышли люди и быстро выгружали свои чемоданы. А остальные, относительно спокойно дожидались своей очереди сделать точно также. Плохой пример, без сомнения, заразителен.
Однако Ксюша продолжала торопить своего брата, желая скорее избавиться от него. Ее изрядно утомили постоянные язвинки и колкости Марка в связи с тем обстоятельством, как полагала сама Ксюша, что она смогла вырваться на отдых, а его не отпустили с работы. Хотя на самом деле молодого человека больше злило то обстоятельство, что сестра, в принципе, приняла приглашение Мару лететь отдыхать без него, и теперь они вместе будут развлекаться, а он все пропустит… Поэтому вел себя, как бык на корриде – как только перед ним начинала маячить красная тряпка, бросался на нее со всей остервенелостью. А Ксюша в свою очередь была не лучше – не переставая дразнила, даже не понимая, что она и есть красная тряпка, а вовсе не тореадор.
Марк двумя резкими рывками вытащил сначала один чемодан, затем другой, захлопнул багажник и, бросив сквозь зубы «Приятного отдыха», сел в машину, взревел двигателем и рванул с места.
Подруги проводили внедорожник взглядом.
– Как будто проклял, – покачала головой Ксюша, вытаскивая ручку чемодана.
– Ну, его можно понять, – поддержала Мару друга. – Что бы ты чувствовала на его месте?
– Я бы уволилась!
Мару недоверчиво посмотрела на подругу и по игривой улыбке на лице поняла, что она не шутит.
Крепко сжимая в ладонях ручки чемоданов, девушки двинулись к дверям центрального входа в аэропорт.
Внутри народу было еще больше, чем снаружи. Все двигались в хаотичном порядке, глядя не друг на друга или хотя бы себе под ноги, а по сторонам в поисках нужной информации на табло. А когда ее находили, быстро устремлялись к череде нужных стоек, от которых уже, конечно же, тянулись длинные хвосты ожидающих регистрации на рейс.
– Я вспомнила, что забыла! – вдруг воскликнула Ксюша, как только подруги замкнули одну из очередей и приготовились к томительному ожиданию.
– Надеюсь, не паспорт, – невесело пошутила Мару.
– Нет, конечно. Но это не менее важно!
– И что же это?
– Деньги.
– Шутишь?
– Нет. Я их перед выходом положила на стол, да так и не подошла больше к нему…
– И много оставила?
– Все, – жалобно пискнула девушка.
– Ну, мы тебя без денег не оставим… – начала было утешать Мару подругу, но так и не закончила свою мысль, наткнувшись на скептический взгляд Ксюши.
Как только Марк и Ксюша стали совершеннолетними, родители оставили их на попечение друг друга, а сами отправились путешествовать по миру. Иногда им приходили открытки из какого-нибудь Богом забытого уголка, на которых обязательно были запечатлены мама и папа с неизменно счастливыми улыбками и сияющими глазами. А в углу подпись: «Вы должны это увидеть». Все открытки брат и сестра складывали в большую коробку, которую открывали лишь тогда, когда надо было туда убрать очередную весточку.
Оба когда-то совершенно спокойно восприняли новость о том, что родители собираются оставить своих детей ради приключений, а со временем срослись с мыслью о существовании где-то в этом мире людей, благодаря которым появились на свет. Затаив в душе горькую обиду на мать и отца, Марка и Ксюшу объединило знание, что отныне они могут всецело полагаться только друг на друга. И это было единственным, что держало их рядом. Но держало настолько крепко, что данное друг другу слово в момент, когда родители простились со своими детьми, навсегда и надежно привязало брата и сестру, несмотря на различия в характерах, мировоззрении и поведении.
Всегда невозмутимый и доброжелательный Марк отлично умел скрывать, что на самом деле происходило у него внутри. Оставшись с сестрой, он взвалил обязанности ее содержания и воспитания на себя, считая своим долгом заменить ей любовь и тепло родителей. Но что он мог сделать для нее, если являлся таким же ребенком, как и она, мало что зная и умея. Его попытки, конечно же, были восприняты в штыки, а вскоре переросли в насмешки. Тогда он опустил руки и стал помогать только в том случае, когда Ксюша сама просила об этом. Ему самому было совершенно естественно не просить ее о помощи вовсе, ибо Марк считал себя мужчиной и полагал, что со всем сможет справиться самостоятельно. Поэтому научился контролировать свои эмоции и не подавать виду, если его что-то беспокоило. И данное умение ему очень помогло при устройстве на работу, где никогда и никто не должен был даже подумать, что у человека, которого они видят перед собой, хоть что-нибудь может быть не идеально в жизни.
Ксюша же была словно открытая книга. Зная и чувствуя постоянную защиту и поддержку брата, девушка ничего и никогда не боялась. Она спокойно и открыто проявляла любые свои чувства и эмоции. Если Ксюшу что-то радовало, то она могла прыгать на месте и хлопать в ладоши; если она смеялась, то из глаз ее запросто могли политься слезы; если ее обидели, то, не стесняясь в выражениях, девушка смело говорила все, что ложилось на язык. Но лучше всего у Ксюши получалось жонглировать своим настроением, которое могло измениться в мгновение ока, удивляя своими гранями.
Несмотря на то, что Марку было сложно сосуществовать рядом с бурлящим вулканом, а Ксюшу постоянно раздражали скрытность и холодность брата, оба имели четкое осознание того, что они единственные родные люди, во всяком случае, на этом материке. И как бы они не вели себя, чтобы не говорили друг другу, оба знали точно, что они связаны когда-то данным друг другу словом крепче, чем те тонкие ниточки, которые тянутся от них в какую-нибудь затерянную глубинку, где сейчас находились их мать и отец.
И сейчас Ксюша, недолго думая, озвучила единственно возможный вариант:
– Пойду позвоню Марку.
Мару наградила подругу взглядом а-ля «Кто бы сомневался», и просто кивнув, сразу переключила свое внимание на жужжащий в руке мобильный телефон.
– Алло… Да… В 22… Хорошо.
Через пару минут к девушке подошли Семен и Лена.
– Давно приехали?
– Относительно, – уклончиво ответила девушка.