Наталия Фелиз – Любовь в тени (страница 10)
За девушкой спустя пару минут на полянку поднялись друг за другом Мару, Павел с Яриком на руках и Светлана. Семен с Леной, держась за руки, замкнули цепь. Антон и Неля оставались в самом начале подъема.
– И так каждый день? – ужаснулась Светлана.
– Поверьте, это только в первый раз дорога кажется страшной и тяжелой, – заверил Чиж с улыбкой, которая могла заставить поверить любого даже в невозможное. И прежде чем идти дальше, он добавил. – Как говориться, глаза боятся, а попа привыкает.
– И долго нам еще? – жалобно протянула Ксюша другу в спину, бросая печальный взгляд на те жалкие несколько метров, которые они уже с таким трудом осилили.
– Да вон коттедж-то! – громко объявил Чиж, шустро взбираясь по тропке, которая усердно петляла среди деревьев, занесенных снежным занавесом.
И как только остальные последовали его примеру, то и перед их взорами постепенно стал открываться коттедж, к которому они все так стремились.
Издали он казался аккуратным деревянным скворечником с уютно светящимися окнами да укутанный белой пушистой шубкой. Но по мере приближения создавалось диаметрально противоположное впечатление. Коттедж был внушительных размеров как в ширину, так и в высоту. Темный брус, из которого была сделана основная часть стен, только усиливал впечатление от его массивных габаритов. Шуба в действительности оказалось всего лишь шапкой, толстым слоем покрывающей крышу, из-за чего создавалось впечатление, будто коттедж сливался с окружающим пейзажем, являясь неотъемлемой его частью. А теплый свет, льющийся из окон и дверей, манил, обещая спокойствие и умиротворение в его стенах, разливаясь бальзамом по душе уставшего путника.
Территория вокруг дома была предусмотрительно прибрана и, утомившиеся долгой дорогой и нелегким подъемом, москвичи уже с большим комфортом преодолевали оставшиеся метры до входной двери. Первым, конечно же, вошел в дом Чиж. Бросая все сумки
на пол и отряхивая ботинки от снега, он тянул время в ожидании большей части гостей, чтобы радостно провозгласить:
– Добро пожаловать!
– Боже, мальчик мой, это предел всяких мечтаний! – пропела Светлана, с сияющими глазами.
Павел, наградив супругу удивленным взглядом больше относящемуся к обращению «мальчик мой», нежели ее опять-таки чрезмерно бурной реакции, все же смолчал по этому поводу, но также отметил:
– Действительно, впечатляет.
– Это что же, твой дом? – не поверил Семен.
– Почти. Я его, можно сказать, снимаю.
– Снимаешь?!
– Это же, наверное, безумно дорого!
– Не безумно, если большую часть оплачивает фирма, – подмигнул молодой человек, обводя всех своих гостей взглядом заговорщика, как раз в тот самый момент, когда в дом вошли Антон и Неля. Наконец, все были в сборе, чтобы Чиж мог познакомить гостей с коттеджем, который на какое-то время должен был стать их домом. – Давайте, я вам все тут покажу, – предложил он, вместе с остальными скользя взглядом по пространству.
Если снаружи коттедж выглядел внушительным, то внутри, на первый взгляд, он казался настолько компактным, что создавалось впечатление о его далеко не выдающихся размерах.
Первый этаж был как будто без дверей вовсе, если не считать входной. Зоны в нем разделялись невидимыми стенами или видимыми предметами, которые если и предназначались кухне, то никак не могли оказаться в гостиной рядом с камином. В самом центре комнаты находилась широкая лестница, ведущая в жилые зоны на втором этаже. По левую ее сторону была кухня с широкой барной стойкой, которая выполняла функции и обеденного стола, и разделительной полосы между гостиной зоной. Справа от лестницы, по всей видимости, находился кабинет хозяина дома, который он все же скромно назвал библиотекой – высокие шкафы, полки которых были заставлены книгами; секретер, из-под приоткрытой дверцы которого выглядывал iMac; журнальный столик, на котором аккуратной стопкой были сложены последние номера People, BusinessWeek, TIME, Better Homes and Gardens, Harper’s Bazaar и Forbes; и два кожаных кресла, которые хоть и вписывались в общую картину, но навевали ощущение строгой музейной экспозиции. Остальная часть комнаты отводилась под гостиную. Огромный диван Г-образной конфигурации, на котором разноцветными пятнами лежали подушки всевозможных форм и фактур; на широком кофейном столике лежали коробки с играми в Scrabble и Монополия, а также идеальная вышка из ярких силиконовых подставок для стаканов; на полках, которые висели на стенах, уже было не так много книг, а гораздо больше каких-то милых фарфоровых статуэток, подсвечников и несколько икон; по обеим сторонам от камина, над которым висел телевизор, стояли два высоких стеллажа с дисками: с одной стороны – с DVD фильмами, с другой – с музыкальной подборкой. Весь первый этаж можно было охватить одним взглядом и охарактеризовать, как страница из журнального каталога – настолько каждая деталь была продумана, создавая впечатление совершенно не обжитого помещения. Здесь не чувствовалось ни уюта, ни домашнего тепла, и отчасти поэтому гости не стали там надолго задерживаться и поспешили подняться на второй этаж, который в сравнении оказался совершенно скуп на какие-либо детали интерьера и никак не проявлял свою индивидуальность. Здесь уже Чиж не стал долго задерживаться и сразу же распахнул одну из четырех дверей.
– Располагайтесь, – кивнул он вовнутрь комнаты, проходя все же первым и останавливаясь в центре, рядом с большой кроватью, застеленной мягким покрывалом в нежной пастельной гамме. – Все комнаты вообще-то одинаковые. Кровати при желании можно раздвинуть. А Ярику я могу предложить раскладушку евро-класса.
– Не стоит, – отмахнулась Светлана, – он может и с нами поспать.
– Ну да, он-то может, а я? – поинтересовался у супруги Павел, следуя за ней в другую комнату.
– Обычно я для себя ничего не готовлю, но если сегодня нет желания спускаться в город и поужинать в каком-нибудь кафе, то я могу заказать пиццу.
– Это было бы неплохо, – поддержала Мару друга.
– Под пиццу очень хорошо пойдет то, что мы прикупили в дютике, – шепнул Семен на ушко Лене.
– Я не сомневаюсь, – вздохнула девушка, выходя из комнаты.
– На этаже только четыре комнаты. Где же будешь спать ты? – спросила Ксюша, открывая дверцы шкафа, чтобы продумать, что и как из одежды разложить по полкам.
– Я подумал, что за свою доброту я заслужил приюта в одной из четырех комнат, – лукаво улыбнулся молодой человек.
– Сем! – протянула Мару, выглядывая из комнаты в холл.
Чиж весело рассмеялся и объяснил до того, как пришел вызываемый объект:
– Я изначально вселился в комнату для прислуги на первом этаже. Мне многого не надо. Да и в коттедже я обычно бывал намного реже, чем хотелось бы…
– Чего? – возник в дверном проеме Семен, а по дому вдруг разнесся пронзительный крик.
Все дружно повыбегали из своих комнат и увидели Нелю, которая стояла в центре холла и, повизгивая, пятилась к лестнице.
– Что случилось?! – спросил Чиж, вставая прямо перед девушкой, загораживая собой комнату и то, что ее так напугало.
– Т…там к…крыса… – выдавила она.
– Крыса? – удивился хозяин дома. – Странно…
– Боже мой, бедняжка, – посочувствовала Светлана, приобнимая Нелю за дрожащие плечи.
– Ты уверена? – с усмешкой спросил Семен, однако с опаской глядя в комнату, откуда выбежала девушка.
– Конечно, уверена! Я же не ду…
– Это не крыса, – перебил Антон, выходя из комнаты в холл. Видимо в момент случившегося переполоха, он был в ванной, потому что из одежды на нем были лишь джинсы, и те держались на бедрах благодаря лишь одной застегнутой пуговице. Босыми ногами по гладкому лакированному полу он громко прошлепал к Неле и столпившейся вокруг нее кучке сочувствующих и скептиков. В руке он держал перьевую метелочку с красивой резной ручкой для уборки пыли. Но если вдруг кто-то не заметил, Антон поднял ее на уровень глаз собравшихся и помотал из стороны в сторону.
– Что это? – промямлила Неля.
– Это ты приняла за крысу, – ответил молодой человек, вкладывая злополучную метелку девушке в руку, и поспешил вернуться к тому, от чего его оторвали.
– Наверное, экономка забыла, – задумчиво протянул Чиж. – Надо ей вернуть, а то из зарплаты вычтут.
Молодой человек взял ее из рук Нели и со словами: «Нам явно надо немного отдохнуть», спустился на первый этаж. Все молча разошлись по своим комнатам, кроме Нели и Семена, который долго, не скрывая язвительной усмешки, смотрел на девушку, пока их взгляды не встретились.
– Ну что?!
– Ты уверена, что в каком-нибудь углу не притаилась еще какая-нибудь метелка, чтобы напасть на тебя, когда стемнеет?
Неля не сочла нужным что-либо отвечать, гордо вскинув подбородок, прошла в свою комнату. Пейзаж предрассветного дремучего леса, занимающий самое почетное место на стене и выполняющий ответственную роль единственного украшения холла, покачнулся, когда за девушкой закрылась дверь. Однако Семена это лишь больше развеселило, и, пританцовывая, он направился к себе. Дверь своей комнаты он закрыл почти беззвучно.
Чиж был прав – все, действительно, нуждались в отдыхе… правда не исключено, что друг от друга.
***
Говорят, молчание – золото, но разве можно выглядеть глупым, находясь в теплой дружеской компании, в которой как раз самые дурацкие слова становятся гораздо понятнее, их смысл – разумнее, а момент – запоминающейся изюминкой вечера.