Наталия Доманчук – Теорема мести (страница 2)

Избалованная? А вы как хотели? Не нравится? Уйдите прочь с моей дороги! А нравится – выполняйте мои желания.

Многие уходили, но многие и выполняли. Богдан был из тех, кто обожал ее и потакал любым прихотям.

Конечно, жалко терять такого мужчину, тем более что любил он ее искренне и без остатка, но что ж делать? Значит, такова судьба.

Олеся вздохнула. Да, она-то тут при чем? Это он был за рулем, он врезался в грузовик на скорости сто пятьдесят, он не держал дистанцию и да, он во всем виноват.

Из кабинета реанимации вышел врач, и Олеся встала со стула. Он подошел к девушке и опустил голову:

– К сожалению, ничего утешительного сказать вам не могу. Травмы, несовместимые с жизнью…

Олеся холодно кивнула. Из глаз полились слезы, и она интуитивно отвернулась от врача, боясь, что он заподозрит, что эти слезы хоть и искренние, но не о скончавшемся муже, а о проблемах, которые ей сейчас придется решать.

Врач подошел ближе и положил ей руку на плечо, но она дернулась и побежала по длинному коридору. У нее был Андрей, который и решит сейчас все ее проблемы. Не зря ведь она спит с ним? Пусть платит! Пусть разруливает эту ситуацию!

Из отделения реанимации она выбежала в коридор приемного покоя, там было не пробиться: люди громко выясняли, куда распределили только что прибывших, кто-то сидел прямо на полу и плакал, кто-то хватал докторов и пытался разузнать, что с их родными. Всматриваясь в лица, она сразу заметила Андрея. Он сидел на оранжевом стуле, склонив голову, и смотрел в пол.

Олеся растерла тушь по лицу, вытирая остатки слез и, тихонько всхлипывая, произнесла:

– Умер. Травмы, несовместимые с жизнью, – а затем, схватив мужчину за рукав, повела к выходу, – не могу тут больше находиться!

Когда они вышли на крыльцо, Олеся втянула носом прохладный ночной воздух.

– Дай сигарету. Кажется, я сто лет не курила, – попросила она, и плюхнулась на скамейку.

Он не шевелился, и она подняла на него взгляд. Андрей хмурился и не спешил выполнять ее просьбу.

– Что? – огрызнулась девушка. – Я, между прочим, мужа потеряла. И знаешь, кто в этом виноват?

Мужчина криво улыбнулся:

– Наверное, я?

– Естественно! Если бы виновата была я, то Бог бы и меня наказал. А у меня вот, – она вытянула ногу в порванных колготках, – пара царапин.

– В чем же я виноват? На этот раз? – спросил он.

– В том, что я от тебя беременна.

Андрей кивнул и улыбнулся.

Олеся узнала о беременности вчера утром, когда после утреннего кофе ее стошнило. Спустившись в аптеку, она купила тест на беременность и уже через пять минут узнала, что влипла.

У Олеси была всего одна подруга, с которой она обсуждала все на свете и которой могла доверить любую тайну. Звали ее Мирослава – такая же избалованная дочь богатых родителей. Правда, ее родаки оказались мировыми и не ставили никаких ультиматумов. Им вообще было все равно – где их дочь учится, что делает. Главное – чтобы не приносила проблем в дом. А проблемами считалось то, что нельзя было решить за деньги. Мирослава же в их понимании была идеальной дочерью и все свои проблемы решала сама, за деньги родителей. Олеся ей страшно завидовала! Ей бы таких предков!

– Мира, нужно срочно встретиться! – прошептала в трубку Олеся, даже не поздоровавшись.

– Чего шепотом? – не поняла подруга.

– Богдан дома. Я выезжаю с ним, встретимся в нашем кафе через минут сорок. Ок?

– Лады.

Богдан подвез Олесю к подруге и спросил, какие планы на вечер.

– Буду поздно! – выпалила она и, выпорхнув из машины, побежала к кафе, где ее уже ждала Мирослава.

– Что случилось?

– Я беременна, – сразу огорошила ее Олеся.

– Охренеть! От кого?

– Скорей всего, от Богдана. Вернее, сто процентов от него, он, гад, где-то месяц назад забыл надеть презерватив. Говнюк!

– Забыл? Или специально его не использовал? – спросила Мирослава.

– Мне сейчас не до этой философии! – махнула рукой Олеся. – Что мне делать?

– В смысле? – не поняла Мирослава.

– В смысле, что я могу Андрея обмануть и сказать, что ребенок от него.

Мирослава задумалась и кивнула:

– Слушай, это хорошая идея! Я тебе даже как-то советовала это сделать. Правда, я предлагала забеременеть от него. Твоему Андрюше скоро полтинник, жены нет, детей нет. Ну ладно жены нет – иногда такие избалованные мужчины не хотят жениться, ищут себе королеву Франции, но в основном от детей они редко отказываются.

Олеся обрадованно закивала головой:

– Да, я думаю, он согласится на ребенка!

– А если, когда он родится, окажется, что он не от него?

– Слушай, ну зачем об этом думать сейчас? Ты же меня знаешь, я не люблю загадывать наперед и живу только сегодняшним днем. Так что сегодня вечером я поеду к нему и обрадую.

Мирослава улыбнулась:

– Да, хорошая идея! Только требуй, чтобы женился на тебе! Потом отсудишь себе пару лямов и будешь жить-поживать!

– Это если он узнает, что не от него. А ведь может и не узнать! Я почему-то уверена, что он с ума от счастья сойдет и меня за то, что у него в пятьдесят родится наследник, будет на руках носить.

– Что-то в последнее время ты жаловалась, что не носит, – усмехнулась Мирослава.

– А сейчас все поменяется, вот посмотришь.

Андрею она сообщила об этом этим же вечером, когда без предупреждения приехала в десять. Она знала, что Андрей ненавидел, когда она приезжала без звонка, но на этот раз ей нужно было срочно его прощупать и убедиться, что он хочет этого ребенка и женится на ней.

Андрей выслушал признания Олеси спокойно, прыгать и хлопать в ладоши не стал и холодно сказал:

– Мне надо подумать.

– Что значит «надо подумать»? – не сдержалась и крикнула Олеся.

– Это и значит. Мне надо время, чтобы решить.

– Ты не женишься на мне? – удивленно выпучила глаза Олеся.

Андрей хмыкнул:

– Жениться? На тебе? Точно нет. Но ребенка я приму. Если он, конечно же, мой.

Олеся фыркнула, послала в адрес любовника кучу проклятий и выбежала из квартиры.

И вот сегодня она снова попросила у него помощи, и он, когда узнал об аварии, приехал за ней в больницу.

– Так что же произошло? Ты сообщила своему покойному мужу о том, что беременна от меня, когда он был за рулем?

– Да, – спокойно ответила Олеся и повторила, – дай сигарету! Не дашь, пойду клянчить.

Андрей полез в задний карман джинсов, достал пачку и протянул ей. Она вытащила одну и, чиркнув зажигалкой, прикурила.

С удовольствием затянувшись, она выпустила табачный дым в сторону и посмотрела в звездное небо.

– А вчера ночью, когда ты домой вернулась, не могла рассказать? – спросил Андрей.

– Он нажрался и встретились мы только после его работы. И к тому же ты вчера ничего определенного мне не ответил, поэтому я не спешила.

– Логика не твой конек, Олеся, – тихо пробурчал Андрей и в очередной раз посмотрел в сторону входа в больницу.