Наталия Беззубенко – Ложа Белого мопса (страница 8)
Конечно, никаких сведений, порочащих репутацию баронессы, мопсихи нарыть не смогли по простой причине: Нины Николаевны Гречовой, состоятельной вдовы из Великого княжества Финляндского, не существовало. А интернета с соцсетями, на счастье предприимчивого Греча, еще не изобрели.
Затем следовала баллотировка. При наличии трех черных шаров обычно в приеме отказывалось. Даже один черный шар мог отдалить прием в ложу. Если заявленная причина считалась незначительной, то Мастресса своей властью могла черный шар «обелить». Мопсихи безоговорочно одобрили кандидатуру баронессы. Глава ложи допускала Гречову к испытанию, с которым та справилась блестяще. Пустяковое задание для Греча, вхожего в высшее общество. Всего-то и надо было подготовить список фамилий холостых питерских толстосумов-коллекционеров и указать их слабые места (выпивка, женщины, мотовство или игромания).
Посвящение Нины Гречовой в первую степень ложи Белого мопса случилось в начале февраля, дело шло как по маслу. Греч довольно потирал руки и посмеивался, предвкушая головокружительный успех. В первых числах марта «Речь» опубликует очередное блестящее разоблачение, основанное на выверенных фактах и пикантных деталях. Публика, падкая на сенсации, зарукоплещет, воскликнет: «Ай да Греч, ай да сукин сын!» Статья на целую полосу о мопсихах из Липок, пожалуй, затмит собой даже скандальную публикацию о губернаторских злодеяниях Кривцова. Сама Потоцкая – женщина фактурная, увлеченная мистицизмом и способная увлечь за собой других, – так и просилась главной героиней на страницы нового романа о нравах современного общества. Уже и название придумал «Дочь дьявола», пару глав написал.
Но амбициозным планам Греча не суждено было сбыться. В первые весенние дни в газете «Речь» появился некролог, в котором сообщалось о скоропостижной кончине известного журналиста и писателя Н. Н. Греча.
Не то чтобы Марта Сорокина не делала никаких попыток сблизиться с ложей. Конечно, делала. Но выходило всё как-то несуразно или вовсе жалко.
Столкнулась с Жанны Потоцкой в том же супермаркете, стояла за ней в очереди. Кассир спросила у той карту магазина, у Потоцкой не оказалось. Марта с готовностью протянула свою. Потомственная графиня властным жестом пресекла все Мартины благие намерения, процедила сквозь зубы: «Не стоит». Да если бы и приняла Потоцкая незначительную услугу, как после этого в ложу проситься? «Скидки сегодня хорошие на помидорки, заметили? А не могли бы вы принять меня в масонскую ложу?»
Второй раз Жанна повстречалась по пути на остановку. Глинистый участок размыло дождем, и колесо ее автомобиля застряло в колее. Машина буксовала, но не трогалась с места. Потоцкая выбралась из салона, разразилась отборным матом и со злостью пнула по колесу. Марта распрощалась со своими беленькими, пару раз надеванными кроссовочками и предложила свою помощь.
– Да чем вы здесь поможете? Тут примитивная мужская сила нужна, – ухмыльнулась Жанна. – А вот и она. Не густо, но сгодится. – И на ее лице засияла обворожительная улыбка, она изящно взмахнула рукой:
– Как вы вовремя, мальчики!
Рядом остановился видавший виды Опель, из него выскочили двое мужчин лет пятидесяти. Жанна кокетливо пожала плечиком, поправила каре и засмеялась каким-то особенным грудным смехом.
Дело продвигалась, но медленно. Помощники, упершись руками в багажник, толкали машину. Мотор ревел, из-под колес вылетали ошметки грязи и осаживались на одежде спасателей. Досталось и любопытной зрительнице: на щеку Марты шмякнулся комочек, и она отпрыгнула подальше от дороги. Посовещавшись, один приволок домкрат, а второй ломанул в рощицу с пилой и вернулся с охапкой сухих веток. Процесс ускорился. Приподняв кузов, мужчины забрасывали спиленные сучья под колеса. Особенно активничал мужичок с черными усами-щеточками, одетый в джинсовую жилетку с кучей карманов. Он даже пожертвовал своим автомобильным ковриком, бросив его под колесо Жаниной машины. Сама владелица застрявшего транспортного средства взирала на манипуляции снисходительно.
Наконец машина выбралась из грязевой ловушки. Жанна снова лучезарно улыбнулась, поблагодарила своих спасителей и собралась было уезжать. Усатый придержал водительскую дверь, не давая ей закрыться полностью. И, протирая тряпкой грязные руки, попросил телефончик. Жанна на секунду закусила ярко-красную губу, прищурила холодные синие глаза и быстро продиктовала цифры. Пока он по памяти вбивал номер в свой мобильник, Потоцкая захлопнула дверь и умчалась.
«Набранный вами номер не существует», – донесся до Марты механический голос из телефонного аппарата, включенного на громкую связь.
Усатый чертыхнулся и под оглушительный гогот знакомого принялся отчищать свой автомобильный коврик от грязи. А Марта вздохнула и побрела дальше. Сведешь тут близкое знакомство с масонами, как же… Если только открыть тайник в бронзовом мопсе и вернуть сокровище хозяйкам. Глядишь, и повод для общения найдется. Осталось только подобраться к тайнику поближе.
Марта прогуливалась вдоль кованого забора, сквозь решетку виднелись сосны, можжевельники и дом, соединенный с флигелем через полукруглые галереи.
С террасы спускалась широкая лестница, по бокам которой замерли бронзовые мопсы. Сторожат хозяйский покой, как и век назад. Марта вцепилась руками в металлические прутья ограды и приподнялась на носочки. Как бы к ним поближе подобраться?
По периметру участка были понатыканы камеры, которые Марта сразу и не заметила. Лязгнул замок, и из калитки вывалился бритый под ноль детина – черный костюм, белая рубашка, кобура на боку, гарнитура в ухе – словом, служба безопасности солидного человека.
– Гражданочка, че надо? – грубый окрик испугал зазевавшуюся Марту.
Она нервно сглотнула, вид у бритоголового был слабо вменяемый. Сейчас как схватит ее, как потащит к большому боссу, как замучает вопросами: почему отирается у забора, что выискивает. Разбираться долго не будет.
– Я… я… выросла в этих местах… Помню, здесь одни развалины были. А теперь… теперь…
– Марта! Сорока! Ты, что ли! – И он так хватил Марту по плечу, что та покачнулась. – Не узнаешь? Колян Брутко! Ну, вспомнила?
Из дальних уголков памяти вылезло блинообразное лицо с конопушками и щербатой улыбкой. Кусочек переднего зуба был героически потерян во время сражения в школьной столовке, Топалов только перевелся в их школу, и парни делили территорию, выясняя, кто круче.
– Вспомнила. – Она закивала. Тетя Аня говорила, что ее сын работает у Хорькова.
– Я вот тут, у Трофимыча. Видала, как отстроился? Я б показал, да не могу. – И он покосился на камеру на столбе. – У шефа с дисциплиной строго. Сама как? Слышал, в столице? И в шоколаде?
– В шоколаде, только горьком… Коля, а вот те скульптуры, нельзя ли… – начала Марта, показывая в сторону крыльца.
– Че? – нахмурился Брутко, в прошлом тоже троечник, только в отличие от Топалова, тугодумный и с ограниченным кругозором.
– Собачки у лестницы… я бы…
Внезапно он грубовато оттер Марту в сторону и вытянулся в струнку. К дому подъезжал черный Инфинити.
– Алинку, хозяйскую дочку привезли, – сквозь зубы процедил он и нажал кнопку на пульте. Ворота медленно откатились в сторону.
Автомобиль, сияя начищенными боками на солнце, важно въехал во двор и остановился напротив лестницы. Из машины выскочила угловатая, худенькая девчонка и, перепрыгивая через ступеньки, побежала в дом.
На этом представление для Марты закончилось, ворота закрывались прямо перед ее носом, отсекая и лужайку, и мопсов, и Брутко, застывшего живой статуей около будки охранника. Как же ей попасть к масонским собакам?
– Вынюхиваешшшь? – раздалось прямо над ухом, и Марта подпрыгнула от испуга.
– Топалов! Так и умереть от страха можно!
Рядом стоял бывший одноклассник и попивал водичку из бутылочки. Судя по спортивным шортам, майке с пятнами пота и ярко-зеленым кроссовкам, Топалов увлекся бегом.
– Спортом занимаешься? Правильно, улепетывать придется, когда все твои махинации со стройкой обнаружатся, – позлорадствовала Марта, его объяснениям она ни на секунду не поверила.
– Сорокина, раньше ты злой не была. Нудной – да, со своими правилами из книжек…
– Ты знаешь, что Коля Брутко здесь работает? – перебила она его.
– Знаю. И что дальше? – Он сжал пустую пластиковую бутылку, и Марта поежилась от неприятного хруста.
– Я хотела через Колю подобраться к мопсам, но не вышло. На территорию он пустить меня не может… Вот же они, рядом совсем.
Марта призналась ему, что масонский тайник находится в одной из статуй. Сказала намеренно, посмотреть на реакцию. Топалов тут же предложил свою посильную помощь. С помощником не ошиблась, энтузиазма хоть отбавляй.
– Смотрю, ты закусила удила. – Он насмешливо разглядывал ее. Все-таки его расчет на пари оказался верным, втянулась Марта в игру, не отступится, пока не войдет в эту чертову ложу.
– Ну как же ты не понимаешь? Тайник – моя единственная возможность попасть в масонский орден. Мог бы и помочь. – Она показала в сторону бронзовых собак.
– Ты и сама прекрасно справляешься. Даже до своего излюбленного приемчика не дошла. Не завидую я Кольке в этом случае! – притворно заохал Топалов.
– Какого приемчика? – удивилась Марта.
– Болевой прием. Поэма в стихах. «Мцыри» какой-нибудь. Или «Горе от ума». Как зарядишь – сразу наповал сшибает. Сбежать от тебя через пять минут хочется или сделать все, что потребуешь, только бы пытка прекратилась. Проверено на себе. – Он провел указательным пальцем по своему горлу.