Наталия Антонова – Будь счастлива, Алина (страница 17)
— Какого другого человека? — не поняла она.
— Свою принцессу, — на этот раз он улыбнулся.
Алина не хотела верить своим ушам.
— И как же её зовут?
— Алина, — прозвучало в ответ.
— Ты шутишь? — её брови взмыли вверх.
— Нет. Это моя дочь. Через месяц я поведу её в первый класс.
— У тебя есть дочь?
— Да.
— Так ты женился? — спросила она с негодованием.
Он кивнул.
«Не дождался…» — промелькнула мысль.
— Покажи мне её фотографию, — попросила она слегка дрогнувшим голосом.
Олег достал смартфон и выполнил просьбу Солнцевой.
Увидев её, Алина замерла от изумления.
— Почему она так похожа на меня? — вырвалось у неё.
— Она похожа на свою маму, — ответил Туманов спокойно. Это спокойствие далось ему нелегко. Хладнокровие могло покинуть его в любую минуту. Но он сделал всё, чтобы не показать своего волнения. — Я встретил девушку, похожую на тебя, — объяснил он. — И женился на ней.
— Как имя твоей жены?
— Ольга.
— Её зовут Ольга? — переспросила Алина.
— Да, и она подарила мне дочь. Моя Алина, — подчеркнул он, — стала смыслом моей жизни.
Она приготовилась сказать, что его дочь может жить с ними. Но он не дал ей этого сделать, твёрдо заявив:
— Я никогда и ни при каких обстоятельствах не стану лишать свою принцессу матери. Ты должна понять меня. Принять это и простить.
— Мне не за что прощать тебя, — ответила Алина, поникнув. И зачем-то сказала: — Тебе привет от Тумана.
— От какого Тумана? — не понял он.
— От котёнка, которого ты мне подарил. Разве не помнишь? — в её голосе зазвенели нотки обиды.
— Помню. Значит, он ещё жив?
— Жив и здоров. Я хорошо о нём забочусь.
Доктор Туманов ничего не ответил.
Алина поднялась из-за столика, посмотрела на него, проговорив: — Прощай, доктор Туманов, — и ушла, ни разу не обернувшись. А он сидел и смотрел ей вслед, прежде чем произнести едва слышно:
— Прощай навсегда, Алина.
«Я должна каким-то образом жить без него, — уговаривала себя Алина, оставшись одна. — Ведь жила без него все эта годы». И сама себе возразила печально: «Тогда я не была в него влюблена». Немного погодя она снова принялась убеждать себя, что справится. И она честно старалась жить без него, как ни в чём не бывало.
Август пролетел незаметно, только хвостом напоследок вильнул, как зелёная ящерица под золотым дождём приблизившегося вплотную сентября.
Первого сентября, наплевав на всякое благоразумие, она отправилась на первый звонок Алины Тумановой. В какой именно школе будет учиться дочь доктора, она узнала всеми правдами и неправдами.
Стараясь не привлекать к себе внимания, Солнцева высмотрела Туманова. Он держал за руку девочку с двумя огромными бантами в светлых шелковистых волосах. Рядом стояла молодая стройная женщина и улыбалась.
Алина вытащила из сумки бинокль и навела на девочку. Фотографии, которые показывал Туманов в кафе, не обманывали. Вот теперь, словно в зеркале прошлого, она увидела свою копию. Именно такой была в возрасте дочери Олега. Солнцева не понимала, как такое могло случиться. Медленно перевела бинокль на Ольгу. И облегчённо вздохнула: нет, эта женщина не была её копией. Если между ними и просматривалось какое-то сходство, то совсем небольшое. Пожалуй, только влюблённый мужчина, который ищет в каждой встречной черты возлюбленной, мог уловил, его. Не ошибся он в одном: эта женщина родила ему дочь, похожую на Алину.
Возможно, судьба смиловалась над ним и сделала такой щедрый подарок. А может, свершилось чудо — хранимый в памяти образ Алины и большая к ней любовь воплотились в жизнь. Так или иначе, но эта девочка навсегда разлучила их.
Тем не менее, в душе Солнцевой не было даже малейшей обиды на свою невольную соперницу, вытеснившую её из жизни Олега Туманова.
Алина спрятала бинокль, а то некоторые люди, стоявшие неподалёку, стали с подозрением коситься на неё, и медленно побрела прочь.
Пройдя несколько метров, остановилась и тихо прошептала:
— Будь счастлива, Алина! — мгновение спустя произнесла немного громче: — Я тоже буду счастлива! Обещаю тебе, Алина!
Прошёл месяц, в течение которого она каждый вечер сидела, обнявшись с котом. Туман не понимал, с чего так много нежности и внимания к его персоне. Но против объятий хозяйки возражений не имел. Ему это даже доставляло удовольствие.
Наступил октябрь. Как ни странно, тёплый и солнечный, мало отличающийся от сентября.
Алина решила, что это персональная подсказка со стороны природы, что всё может сложиться в её жизни хорошо. Она отыскала своего бывшего однокурсника. И была приятно удивлена, что он зря времени не терял, стал заместителем начальника успешно развивающейся фирмы.
Она назначила ему свиданье, и он пришёл. Алина отметила, что сокурсник изменился в лучшую сторону. Его былая красота перестала бросаться в глаза, стала зрелой, основательной, как и весь его внешний облик, стиль поведения. Он источал уверенность и доброжелательность.
— Я рад тебя видеть, — сказал он.
Интуиция подсказала ей, что он говорит правду.
— Я тоже, — проговорила она в ответ.
— А знаешь, — его взгляд стал задумчивым и немного печальным, — я ведь ухаживал тогда за тобой вовсе не потому, что твой папочка был владельцем фирмы.
— А почему? — уточнила она. Не сочтя нужным сообщать, что её отец по-прежнему возглавляет собственную фирму.
— Потому что ты мне очень нравилась. Я сильно переживал, когда ты дала мне от ворот поворот.
— Правда?
Он кивнул.
— Ты женат?
— Нет. А ты замужем?
— Тоже нет.
— Так, может быть, нам стоит всё начать сначала? — спросил он.
— Или продолжить, — улыбнулась она ему ласково. И тут Алина вспомнила о своём обещании быть счастливой. Теперь-то она выполнит его наверняка.
Счастливая гавань
Тёплая лунная ночь. Самое начало июня. То самое волшебное время, когда край плаща ушедшего мая ещё не скрылся за поворотом, а июнь едва успел поставить ногу на порог и замер на миг, охватывая взглядом оставленное ему на тридцать дней наследство брата.
Нежное кипение цветущих садов сливалось с прохладой лунного сияния, всё вокруг казалось ароматной пеной на поверхности опьяняющего напитка под названием — предлетье.
Всё это блаженство и красота лились через край. Где-то совсем рядом пели разом два соловья, точно соревнуясь друг с другом.
Две миловидные женщины бальзаковского возраста сидели на террасе дачного домика и наслаждались выпавшим на их долю счастьем.
Да, они обе были счастливы, им совсем не хотелось спать в эту чудесную ночь.