Наталиса Ларий – Сказки темного города. Крылья (страница 4)

– Ну и глупая, – ответила на это Марго. – В это время за себя нужно думать, а ты печешься невесть о ком, – она повернулась ко мне и поведя бровью окинула взглядом. – Есть у меня предложение одно. Долго думала, предлагать ли тебе такое, да только вижу погибнешь, если не начнешь деньги зарабатывать. Мне вы не нужны, да и не только мне. Сейчас все здесь только о своей шкуре пекутся. Даже фэйри. А этого отродясь не бывало. Нагнул вас эльфийский король, ох как нагнул, – она покачала головой.

–Какое предложение? – недовольно спросила я, не желая слушать лишний раз напоминание о том, что мы отныне третий сорт на своих землях.

– Знакомая у меня есть одна. Бордельчик один держит. Дослушай! – она недовольно вскинула ладонь, перебив мое возмущение. – Заведеньице просто шикарное. Лучшее в столице. Она правда берет туда лишь невольниц-фэйри. Бескрылых. Им и платить нужно сущие копейки и выполняют они все беспрекословно. А тебя не знаю, возьмет ли. Туда высший свет эльфов ходит. Сам наместник часто бывает.

– Вы в своем уме? – строго спросила я.

– Я? Да! – пожала она плечами. – А ты вот – нет. Где ты работу-то найдешь, чтобы все оплатить? Кто ж тебя из эльфиек в дом возьмет, смазливую-то такую? Чтоб муженек по углам тебя тискал? Я поболе твоего знаю, почему они не берут фэйри в услужение в дома. Тебе бы в деревню вернуться, да только нет более твоей деревни. А в чужую не пустят. Сама знаешь, как строго при эльфах с передвижением внутри государства стало. А на другой работе ты будешь зарабатывать себе только на еду и не более того. Так что подумай, подумай, – погрозила она мне пальцем.

Я же брезгливо посмотрела на нее и сухо бросила в ответ:

– Я не невольница, чтобы в такое влезать. Почему у вашей подруги в заведении и одни невольницы. Свободные фэйри никогда на такое не пойдут!

– А ты долго будешь свободной, если окажешься без копейки с двумя детьми на улице? – враз гаркнула она на меня. – Пару раз поймают спящей в парке на лавке и все – крылышки долой за несоблюдение правил. И детвору отправят в пансион. Где они, как ты говоришь, погибнут. А в том заведении Ливия платить тебе будет хорошо. Сможешь и детей обеспечить, и себе еще на что-то отложить. Может даже домик какой прикупишь со временем. Думаю, что Ливия не прочь будет крылатую к себе в заведение заиметь. Эка ли экзотика для мужчин. По указу короля ведь нельзя вас принуждать силой, а сами свободные фэйри не очень-то в постель к эльфам ложатся. Так что если не продешевишь, то я думаю, что цену она заплатит тебе хорошую за такую работу. Так что или соглашайся, или погибай через неделю, поскольку та золотая монета уже исчерпала себя.

Я горько усмехнулась и опустила глаза, прекрасно понимая, что Марго права и не пройдет и недели, как буду стоять на улице с двумя малышами на руках. Малышами, за которых была в ответе.

– Арья, – ведьма села напротив меня. – Ты погибнешь, если не найдешь решение. И малыши погибнут. Ты не сердись на меня за то, что не поддерживаю вас. Но в такое время…я просто не могу. У меня у самой дочь в пансионе учится. Стоит это баснословных денег, а если я не вытащу ее, то она будет всю жизнь гнуть спину на обеспеченную прослойку нашего населения. Я этого не хочу. Сейчас каждый за себя, девочка.

– Каждый за себя, – задумчиво проговорила я и перевела строгий взгляд на Марго. – Хорошо, я пойду к вашей знакомой. Сможете присмотреть пару часов за детьми?

– Конечно, – радостно проговорила ведьма, затем взяла из ящика стола листок бумаги, набросала на нем несколько строк и протянула мне, – здесь адрес и моя личная просьба к Ливии. Отдашь ей записку.

Взяв бумагу из рук ведьмы, я кивнула и направилась в свою комнату. Тихонько открыв дверь, увидела спящих на кровати Фили и маленькую Ниску. Подойдя к ним, осторожно поправила одеяло на моем маленьком помощнике, который был просто незаменим все эти месяцы, несмотря на свой пятилетний возраст. Малыш засопел и осторожно повернулся на бок, смешно подложив под щеку ладошку. Малышка тоже спала, посасывая палец. Улыбнувшись, я повернулась к зеркалу и, скинув с себя накидку, расправила свои крылья, которые при свете утреннего солнца, пробивающегося сквозь окно, заиграли всеми цветами радуги. Заплетя длинные русые волосы в тугую косу, я уложила ее вокруг головы и надев на себя платье изумрудного цвета, которое скрепя сердце подарила мне Марго, придирчиво оглядела себя. Я очень изменилась за это время. Исчез тот беспечный, задорный блеск глаз, присущий беззаботной девичей жизни, взгляд стал жестким, пронзительным и до боли взрослым. Даже черты лица утратили девичью мягкость. На меня, спустя это время потерь и слез, смотрела с зеркала строгая красавица, худенькая фигурка которой, несмотря на свою хрупкость, несла на своих плечах нелегкое обещание, данное не только умершей подруге, но и самой себе. Я должна была поставить на ноги Фили и Ниску, по-другому быть не могло. Марго была не права. В это тяжелое время не все думали только о себе. По крайней мере я в этот список точно не входила. Поправив ткань платья на своем декольте, которое слегка приоткрывало красивую девичью грудь, я сдержанно выдохнула и, накинув на плечи плащ, вышла из дома.

Топая по каменной кладке дороги, я не поднимала глаз, сосредоточенно наблюдая за носками своих туфель. Было так странно, в голове пропала та неразбериха, которая мучила меня последние два месяца. Что-то изменилось во мне в тот момент, когда я взяла в руки бумагу с адресом из рук Марго. Было такое ощущение, что ступила на правильную дорогу. Хотя назвать этот бесстыжий путь правильным нельзя было. Но почему-то чувствовала, что выведет он меня куда-то совсем в другое русло, не то, из-за которого нужно биться и кричать в истерике. Откуда было это чувство, я не представляла себе, но твердо знала, что буду делать теперь и уж точно не стану такой, как Марго – жадной, самовлюбленной и корыстной каргой, думающей только о своей шкуре.

Еще раз прочитав адрес, я остановилась около территории огромного парка и огляделась. Поняв, что огромное белокаменное здание с колоннами в окружении просто невероятного цветника и есть тот злосчастный бордель, о котором говорила Марго, я приподняла бровь и направилась ко входу. Миновав кованные ворота, взбежала по ступенькам и постучалась в резную дверь, которая тотчас же отворилась. На пороге появился высокий, статный пожилой мужчина в форменной одежде лакея.

– Вы к кому? – строго произнес он, окинув меня оценивающим взглядом.

– К мадам Ливии, – проговорила я, пытаясь унять нарастающее беспокойство.

– Вам назначено? – последовал обескураживающий вопрос.

Я удивленно приподняла брови.

– А что, здесь королевские палаты и следует просить аудиенции у его величества?

Старик едва уловимо усмехнулся на такой дерзкий ответ.

– Передай своей хозяйке, что к ней от Марго девушка пришла.

– Сюда многие девушки приходят в поисках куска хлеба. Отчего это ей на всех время тратить? – не унимался лакей.

– Скажи свободная фэйри пришла, – резко бросила я в ответ, поскольку мне надоело трепать языком с слугой, который ставил из себя самого господина.

Брови мужчины поползли вверх, и он с интересом еще раз оглядел меня с ног до головы. Затем кивнул и скрылся за дверью, приказав ждать его. Не прошло и пяти минут, как он вернулся и, распахнув передо мной дверь, учтиво поклонился, пригласив внутрь. Очутившись в огромном холле, я оглянулась назад, словно прощаясь с прошлым, тем, что оставалось у меня за спиной. Затем, напряженно выдохнув, направилась за лакеем на второй этаж, мельком рассматривая шикарную вычурную обстановку этого злосчастного заведения. Миновав длинный коридор, лакей постучался в одну из дверей и оттуда послышался мелодичный голос, разрешавший войти. Распахнув дверь и переступив порог, очутилась в большом кабинете, отделанном синими обоями, с большим камином у одной стены и дубовым письменным столом у окна. На полу также лежал ковер насыщенно-синего цвета, а на нем, вальяжно взирая на меня, сидел белоснежный кот, который, прищурив свои зеленые глаза, смотрел на меня. В углу комнаты высокая темноволосая женщина поливала стоявший на полу цветок. Когда она повернулась ко мне, я удивленно окинула ее взглядом. Передо мной была бильвиза – фэйри с очень злобным нравом. Бильвизы обычно жили около лесов и на территорию их поселений редко кто из наших захаживал, уж очень трудно было находить общий язык с их народом. И то, что их представительницу занесло в город, было более чем неожиданно.

Женщина заметила мое замешательство и улыбнулась.

– У меня мало что от бильвиз есть. Моя мать из ваших, – проговорила она мелодичным голосом.

Я лишь только кивнула в ответ, не особо поверив ее словам, поскольку отлично знала, насколько коварны и расчетливы эти фэйри, и когда им что-то было нужно, то они могли быть ангелами во плоти.

Женщина отставила лейку в сторону и подошла ко мне. Окинув взглядом с ног до головы, она приподняла бровь и спросила:

– Лакей не ослышался? Ты из свободных фэйри?

– Из свободных, – пожала я плечами.

– И что привело тебя, свободное дитя, в этот дом? – ее удивительные зеленые глаза в обрамлении длинных ресниц скользили взглядом по моему лицу.