Натали Смит – Блог Бабы Яги. Темная сторона (страница 9)

Бальтазар лёг рядом, положил свою тяжёлую голову на плечо, защекотал усами:— Прости, Ягуся, яу не знал, что так случится.

А я смотрела в ослепительно-синее небо и понимала, что сколько верёвочке ни виться, а конец один — однажды я умру. Через семьдесят лет или сегодня — это зависит не от меня. Конечно, все умрут, но для меня смерти как таковой быть не должно, просто я перейду на следующий уровень бытия бабы Яги. И, похоже, Лукоморье всеми средствами будет пытаться ускорить это событие.— Никому не рассказывай, что здесь случилось, — попросила я кота. — Нужно понять, как использовать это место в своих целях и как справляться с буйными покойниками. А может, вообще сюда не приходить.— Твоя сила очень велика, хозяуйка, но, наверное, ты ещё не совсем в образе, раз древние так вцепились в тебя, — задумчиво протянул компаньон. — Кем бы они ни были, они правы. Ты должна быть наполовину жива, наполовину нет, костяная нога.

Какие радужные перспективы, однако. Желание осматривать окрестности пропало начисто, мы вернулись в Академию, ждали ночи и нового испытания. На минутку заглянул Ворлиан с новостями: Бальтазар способен иметь потомство, варите зелье, если не хотите детей. Ну ладно, на фоне всего остального это даже не проблема, хотя кот моего равнодушия не разделил. Тихон молча уплетал пирожные и скрипел самописцем, записывая события в очередной пухлый блокнот.

***

Бальтазар спал у камина, его усы и лапы подёргивались. Учителя и старший летописец (один в один как мой, только более сдержанный и при галстуке) молча ждали развития событий. За прошедший час никто не произнёс ни слова, в кабинете царило гнетущее молчание и треск дров. От нехватки кислорода начало клонить в сон и меня, как вдруг:— Аз тяведирт лемез в мотяседирт евтсрац тсе йынёлез дас. В мот удас тсе ациньлем. Амас телем, амас теев и лып ан отс тсрев течем. Елзов ыциньлем йотолоз блотс тиотс, ан мен яатолоз актелк тисив...

Все подались вперёд, жадно вслушиваясь, записывая, я дотронулась до Бальтазара, погладить, и кабинет исчез. Я смотрела чужими глазами на чахлые деревья, серые, обточенные ветрами скалы, меняющие очертания в плотном, как будто ядовитом тумане. Тяжёлое небо с невероятно огромной и тусклой луной, будто светильник с умирающей батарейкой — едва-едва, на последних крупицах энергии. Кот шёл неторопливо, под мощными лапами скрипели камешки и с хрустом ломалась высохшая трава. И он говорил совсем не своим, сиплым страшным голосом:— За тридевять земель, в тридесятом царстве есть зелёный сад; в том саду есть мельница — сама мелет, сама веет и пыль на сто верст мечет, возле мельницы золотой столб стоит, на нём золотая клетка висит...

Этот чужой голос посреди пустоши разносился окрест, но никто не отвечал ему. Не слышно ни птиц, ни насекомых, ровным счётом ничего, кроме звука шагов. Кот опустил голову к мутной луже, и в тусклом свете чужой луны я увидела отражение. Огромная лохматая голова, кажется, полосатая, светящиеся жёлтым светом бездонные глаза, открытая пасть с острыми зубами. Это был не Бальтазар.

Я вынырнула из сна и отскочила подальше. Мой компаньон вздрогнул и проснулся.— Что случилось? — зевнул он.— Ты не помнишь?— Что помню? Яу снова говорил?— Говорил и гулял по другому миру. И я первый раз смотрела твоими глазами. Это был не ты, — я подробно рассказала наблюдателям о случившемся. — Слова наоборот, я же чувствовала, что ответ рядом.— Судя по описанию — это Навь, царство кощеево, — подал голос старший летописец. — Захватчика нужно искать там.— Это кот Баюн. Давно о нём никто ничего не слышал, — задумчиво протянул Ворлиан.

Кажется, пришло время открыть дверцу в моей избушке и шагнуть в туман.

Заметка из отпуска № 6

Проснулись ранним утром от настойчивого стука в окно.Ворон, чёрный, большой. Сначала подумала, что Кощей, спросонья лениво потянулась сознанием к нему, поймала мысль: «Открой окно, вести». Нет, не Андрей.— Бальтазавр, открой глазоньки, к нам гости, — пихнула я котище в бок.— Кто ходит в гости по утрам, тот поступает... опрометчиво, — вздёрнул губу кот, обнажая клыки.Я, конечно, тоже не выспалась, однако никого кусать не собираюсь. «Да ну и корм с тобой», — подумала я и распахнула окно.— Здравствуйте! От кого вести, какие вести?— В спешке уходя, друзей новых не забудь, — прокаркала птица и добавила: — Дай поесть.

Компаньон соизволил поднять голову, навострил уши. Я положила на подоконник виноград и кусок мяса из позднего ужина.— А от кого вести? — осторожно уточнила я, когда ворон съел пару ягод.— Ялия передаёт привет.Чёрная птица легко взлетела вместе с куском мяса и была такова. Какого лешего?— К чему бы это? — сдвинул брови кот, сон как рукой сняло. — Приветы она передаёт.— Может, она про Обжору говорит?— Мы бы не ушли, не попрощавшись с ним, — возразил Бальтазар.— Да, странно. Кстати, о нём...Выспросила у кота немного подробностей о друге: оказывается, Обжора что-то вроде сейфа — если съел с целью спрятать, то может хранить в себе долгое время, не испытывая проблем. А готовую еду просто съест. В общем, странная способность, самая странная из всех виденных в этих стенах. И очень на руку мне, есть одна шальная мысль.— Ты доверяешь ему? — уточнила я.— Конечно, он надёжный, как танк.

Мы ушли после завтрака, тепло попрощавшись с учителями и Ворлианом, поблагодарили за помощь. Обжора помахал нам с лестницы — ему тяжело спускаться и подниматься. Мне на прощанье вручили оловянный прут и клещи, на всякий случай, вдруг, как в сказке, пригодится.— Расскажешь потом, как дело было, — сказал Ворлиан.Изольда разминала лапы, готовясь к прыжку, я села на лавку и сжала в руках цепочку — одним Ключом на ней стало меньше.

***

Я открыла дверь из Убежища в наш номер, впустила Ядвигиного кота и столкнулась нос к носу с горничной. В её руке замерла поднятая метёлочка для пыли, глаза округлились, и рот приоткрылся в комичном выражении. В мои ноги всей массой врезался отвлекшийся на Супчика Бальтазар, так что я буквально выпала в комнату. Девушка, судя по всему, новенькая, не знала, что ко мне заходить не нужно, и выполняла свои обязанности, а тут мы. Картина маслом: открывается дверь изнутри уборной, а за ней лес, озеро, домик на курьих ножках и девушка с животными. На смуглом лице горничной всё недоумение мира. За её спиной Тихон нелепо размахивает руками, он-то был здесь раньше — ему в Убежище нельзя, — но сделать ничего не мог. Приплыли.

Внутренний голос уныло протянул: «Так вот о чём говорил ворон». Придется уходить, и быстро — память стирать я не умею. Дальше как в песне — моё сердце замерло.— Добрый день, — говорю, заталкивая котов ногой назад, в Убежище, и закрываю дверь. — У меня чисто, зайдите завтра, а лучше послезавтра.Снова открыла дверь, продемонстрировала чистоту в душе и никаких пейзажей с котами и летучими мышами. Горничная пыталась что-то сказать, пятясь назад, но так и не смогла. Я улыбалась во все тридцать два — думала, лицо лопнет от усердия, — пока она не закрыла дверь с той стороны. Казимир подери!

— Доигралась? — равнодушно спросил Изя, когда я выпустила своих.Если честно, захотелось на него наорать, но я сдержала эмоции, только лампочка в ночнике взорвалась. Изумруд всё понял — не дурак — и залез под кровать, с глаз долой.— Ты думаешь о том же, что и яу? — Бальтазар хлестал себя хвостом по бокам.— Если ты думаешь, что наш отпуск накрылся медным тазом, то да. Пора собирать вещички и лететь домой. Ситуацию «двое: я и моя тень» необходимо решить, — я строго посмотрела на компаньона.— Яу думал, в другой отель заселимся и всё. Зачем сразу домой?— Мы пойдём на пустошь, Бальтазар, вероятно, не на пару дней, а больше. Очень неудобно будет, если меня объявят в розыск, так что действовать начнём из дома, там соседи друг с другом даже не здороваются, пропадём — никто и не заметит, — я посмотрела в огорчённые глаза кота. — И ты относишься к этому более чем несерьёзно.— Яу ничего не помню и тени не видел никакой, и никакой Баюн меняу не напугает. Вот.

Непрошибаемая самоуверенность. Между тем ночной разговор с директором и старшим летописцем оптимизма не вселял: если кто со зверем сталкивался, там же на месте и лёг в сыру землю. Это вам не более известная и мирная его ипостась — кот-баюн, то есть сказочник, — а кот Баюн — зверюга дикая, жестокая и неизученная. О злом коте слишком мало сказок, чтобы понять мотивы, им движущие, и как с ним совладать не героям — обычной бабе Яге и её компаньону.— Время добрых котиков прошло, — подытожила я.Как водится в этом Лукоморье — вопросы, вопросы, вопросы. Стоит Кощея навестить, он котов не любит, вот пусть расскажет, что знает о своём соседе. К тому же меня распирало любопытство, что это он строит в деревне. Ворлиан сказал: «Процесс идёт неведомо куда. Интересный тип этот Бессмертный».

***

Я не стала утруждаться обменом билетов и просто купила рейс на вечер. Снова четырнадцать часов в самолёте, но порталы я не умею делать, а в Убежище может быть открыта только одна дверь. Собрала рюкзачок с самым необходимым, всё остальное сложила в Изольду на всякий случай — вдруг дождь пойдёт.— Выселюсь из номера и прогуляюсь, — сказала я своим. — Чуть позже еды вам закину.— Рыбки не забудь! — попросил Бальтазар.— Что ты, сам наловить не можешь? — встрял Изумруд. — Вот пруд.— Сам лови, яу лапы мочить не хочу.— И поймаю...Я захлопнула дверь, оставив котов в очередной раз разбираться, у кого усы пышнее. Ни дня без скандала.Ушла из отеля спокойно, никто не косился, не шептался за спиной, наверное, горничная не успела никому рассказать. С другой стороны, кто ей поверит? Устала, перегрелась, бывает.