Натали Р. – Жизнь после смерти (страница 17)

— Ты офигенно красиво двигаешься. Волнующе… Может, того… прямо тут?

Она скосила на него ироничные глаза:

— А ты уверен, что больше никто не смотрит?

— Нет. Но какая разница? Пусть завидуют.

— Выдайте ей автомат, — распорядился Хэнк. — И нечего на меня смотреть больными глазами, как будто у нас нет запасных автоматов. Либо так, либо она снова заберет оружие у кого-то из солдат — и я больше палец о палец не ударю, чтобы его вернуть.

— Факт, — подтвердила Тереза.

Чем дальше, тем больше ей нравился Хэнк. Со своими недостатками, конечно, но у нее и собственных не меньше. Зато он всегда на ее стороне. Нужны деньги — на, и никакие ограничения на карте не стоят. Чинишь чужие телефоны — чини, если без этого жизнь не мила. Хочешь автомат — выдать ей. Без всяких причитаний: типа не поранься и не убей кого-нибудь. Если вдруг убьет — значит, убиенный сам виноват, не надо было под руку лезть.

К концу декады обустроили полосу препятствий. Ров с водой, дощатые стены, металлические конструкции, но всего интереснее — растяжки и ловушки. Солдаты Хэнка бегали по всей этой радости, получая шишки и проклиная ловушки, а по ночам младшие командиры перестраивали полосу, и следующий день начинался с сюрпризов.

Хэнк приметил блеск в глазах Терезы:

— Что, хочешь туда?

— А можно? — Глаза разгорелись ярче.

Он вздохнул.

— Тебе же фиг запретишь. Чего доброго, ночью туда наладишься, пока никто не видит, и навернешься. Давай уж сейчас, пока я слежу.

— Билле, ты — чудо! — Ему достался поцелуй, но сграбастать Терезу он не успел — она уже умчалась к железным хреновинам и полезла по ним вверх.

Младший командир подошел с ошарашенным видом.

— Господин Хэнк, что ж это происходит, а? Куда она?

— Захотела развлечься, — невозмутимо ответил Хэнк. — Не переживайте, Салех.

Разумеется, он с самого начала знал, с кем связался. И волновался скорее не за нее, а за себя. За то, что ему или о нем могут сказать, когда его жена что-нибудь отмочит. Он же, типа, несет за нее ответственность. Но Тереза верно напомнила: здесь он — командир. Никто не посмеет указывать ему, что делать.

— А вдруг упадет? — В глазах была тревога.

— Встанет и полезет снова. Я ее знаю.

Салех помолчал, глядя на полосу.

— Вам ее не жалко, господин Хэнк?

Он коротко хохотнул:

— Только не тогда, когда ей хорошо!

Младший командир почесал морщинистую щеку.

— Нелегко вам с ней, да?

— Зато скучать не приходится.

Салех вздохнул.

— Повезло вам, господин Хэнк. Видать, рано осознали, что скука убивает, не стали в заявлении глупости писать. А то ж все заказывают, как под копирку, тихих да кротких.

Хэнк не стал признаваться, что поступил точно так же. Попросил тихую и кроткую, как сотни молодых идиотов. И получил Лику.

— Знавал я пару мужиков, — продолжил воспоминания младший командир, — которым достались скромные послушные жены. Только на самом деле им нужны были совсем другие. Но они этого так и не поняли. Выли от тоски и бесились. И жены были несчастливы.

Прямо его история. А как не совершить эту ошибку? Неужели кто-то целенаправленно указывает в заявлении, что ему хочется резкую и взбалмошную женщину, желательно с боевым опытом? В лучшем случае пишут, что плевать на характер, лишь бы детей рожала. Если бы Терезе подбирали мужа через программу, то выбрали бы одно из таких заявлений. И, скорее всего, она тоже оказалась бы несчастна. Что за вилы!

А с Ильтеном она была счастлива, он же видел. Хотя, как оказалось, их никто и не подбирал. Парадокс. Счастлива ли сейчас? По всему выходит, что да. Парадокс на парадоксе.

— А в следующий раз ты меня возьмешь на полигон? — спросила Тереза, когда пришла пора собираться домой, а Хэнку — на корабль.

— Следующая профилактика — летом, когда я в отпуске. Поедем на дачу в это время. Или, — он прищурился, — в отпуск не идти?

— Нет, — передумала она. — Дача лучше. И тебе надо отдохнуть.

Милая и скромная

На дачу отправились в самом начале лета. Миновали поворот и столб с памятной надписью, под которым лежали цветы. Тереза машинально перекрестилась.

Навстречу попалась патрульная машина. Пронеслась по инерции довольно далеко, потом вдруг развернулась, загудела, замигала лампочками и стала догонять.

— Блин! — сдавленно прошептала Тереза. — Они, должно быть, меня заметили!

Куда скрыться? Дорога просматривается в обе стороны. Попробовать оторваться, увеличив скорость? Может, и удастся, но безопасники сочтут это подозрительным, объявят перехват, достанут из-под земли. Даже если бросить машину и бежать в лес, по номеру установят, кто ее брал.

— Сможешь назад перелезть? — Хэнк не отрывался от руля, глядя в зеркало на догоняющих патрульных.

— А куда я денусь? — огрызнулась она, пытаясь просочиться между сиденьями. Кто только придумал так близко их поставить?

Патрульный Пинт глазел в боковое окно на пробегающие мимо деревья. А чем еще заняться? Дорога пустынная, с утра пораньше по трассе мало кто катается. Раньше воспользовались бы свободным временем, заехали в Риаведи… Но с тех пор, как госпожа Ильтен погибла, поселок потерял свою привлекательность. Это ведь к ней они ездили. Теперь туда не заглядывали иначе как по долгу службы.

А долг погнал их в Риаведи за всю зиму лишь однажды, по обращению Энергетической Компании: мол, в доме номер 12 счетчик крутится, а оплата не поступает, разберитесь. Они съездили. Дом был пуст, нынешний хозяин отсутствовал. Многие закрывают дачи на зиму и уезжают в город, но при этом опустошают и выключают холодильник, гасят свет в ванной и запирают дверь на замок. Стали искать господина Мурина по основному месту жительства и выяснили, что городскую квартиру он продал, намереваясь постоянно жить в Риаведи. Приезжала следственная бригада. Поснимали отпечатки на дверных ручках: выяснилось, что оставили их сам господин Мурин и прежние хозяева, господин и госпожа Ильтен да их дочери, ничего информативного. Пошустрили и развели руками: господин Мурин будто сквозь землю провалился. Мистика какая-то, сказал тогда старший командир Ортнер. Может, дом проклят? Когда-то о нем шла плохая молва, и в саду околачивался призрак. Госпожа Ильтен, поселившись там, упокоила призрака, отогнала проклятие, но теперь оно, видимо, снова взяло свое.

На горизонте показались встречные фары, быстро приближающиеся. Кто-то из Ноккэма спешит на дачу по утреннему холодку. Пинт поводил глазам промчавшуюся мимо машину и вздрогнул:

— Госпожа Ильтен!

— Пинт, вы что? — лениво откликнулся младший командир Рикер. — Сон приснился?

— Я не спал, господин Рикер! — горячо возразил Пинт. — Она в той машине! Как живая.

Молодой сотрудник, сидевший за рулем, хихикнул. Не иначе, мол, господин Пинт грезит наяву. Юноша совсем ни во что старших не ставит, осуждающе подумал Рикер. И сказал специально для него:

— Бессан, привыкайте относиться к службе серьезно. Поступил сигнал — значит, что? Значит, надо проверить. А не ржать попусту, — добавил он вполголоса.

— Так чего делать-то, господин Рикер? — уточнил молодой смущенно. — Тачка уже вон куда усвистела, а мы в другом направлении едем.

— Разворачиваемся и догоняем, — распорядился Рикер.

Если бы не смешливый Бессан, младший командир, скорее всего, проигнорировал бы грезы Пинта. Мало ли что может почудиться в утреннем тумане. Но молодых необходимо учить поступать, как надо, вопреки естественной лени и даже — порой — здравому смыслу.

Бессан включил светомузыку и заложил вираж. Машина снова — хотя медленнее, чем в первый раз, — начала превращаться из точки на горизонте в козявку, а потом и обрела настоящий размер. Поняв, что безопасники не просто торопятся по своим делам, а хотят что-то от него, водитель плавно снизил скорость и остановился на обочине.

Рикер вразвалочку подошел к машине, за ним — взволнованный Пинт. Скрипнув дверцей, наружу выбрался водитель — здоровенный мужик, которого они нередко видели в Риаведи.

— Светлого солнца, младший командир, — поздоровался он, явно не слишком довольный остановкой, но старающийся этого не показать. — Чем обязан?

— И вам светлого солнца… господин Хэнк, да? — Рикер нетвердо помнил, как его зовут. — Куда направляетесь?

Пинт заглянул внутрь машины. Никого. Сзади на полу всякий дачный хлам навален: рюкзаки, коробки… Ружье даже.

— Еду на дачу, как и каждое лето. — Хэнк равнодушно проследил глазами за Пинтом. — В Риаведи, да вы небось и сами догадываетесь. А что такое, командир? С утра не пил, правил не нарушаю, наркотики не везу. Уж не их ли ваш сотрудник высматривает? — Он вежливо усмехнулся.

Пинт вернулся растерянный. Не нашел. Что и требовалось доказать.

— Вы никого по дороге не встречали, господин Хэнк? — жалобно спросил он.

— А как же! Вас вот встретил. Пару тягачей еще обогнал — думаю, кто-то ими рулил, тяжелые фуры с грузом не ходят на автопилоте. А вы, что ли, злодея какого-нибудь разыскиваете? В окрестностях неспокойно?

Рикер покачал головой.

— Все в порядке, господин Хэнк. Просто плановая проверка. Хорошего вам отдыха.