Натали Палей – Бессовестно прекрасная 1 (страница 4)

Когда девушка поняла, что скобы мало помогают, и она все равно напоминает «бессовестную леди», как нашептывал ей при встречах мистер Колин Мэрит, она изменила и цвет волос, и цвет ресниц. А немного позже и цвет лица, купив в аптекарской лавке крем нужного цвета. Все изменения во внешности произошли постепенно, а не в один день, поэтому особого удивления у посторонних не вызвали, ведь внешность мисс Харрис до пятнадцати лет была довольно невзрачной.

Супруги Харрис не смогли скрыть удивления, когда увидели старшую дочь, приехавшую вместе с Лилиан и миссис Томсон.

По выражению лица Беллы родители догадались, что девушка уже в курсе, какое горе произошло в семье. Мистер Харрис почувствовал облегчение, так как он уже неделю думал, с чего начнет разговор с Беллой, чей жесткий и волевой характер все чаще вводил его в ступор. Обладая мягким характером, лорд Харрис прекрасно осознавал, что по мере взросления дочери, ему становится все сложнее найти с ней общий язык.

Миссис Харрис тоже испытала облегчение, едва встретилась взглядом с дочерью. По выражению глаз Беллы миссис догадалась, что девушка уже приняла ситуацию и вошла в положение семьи. Также миссис Валери осознала, что само появление старшей дочери сразу вселило в нее уверенность, что все образуется и все не так страшно, как она накрутила себе в своих фантазиях, которые уже неделю изматывали ее, трансформируясь в ночные кошмары.

Такое же чувство она испытывала в детстве, когда в ее жизни наступали сложности, а мама, словно волшебная фея, с легкостью разрешала их, делая жизнь маленькой Валери вновь счастливой и беззаботной. Однако взрослая Валери никогда не признавалась старшей дочери в том, что и характером, и аурой та тоже походила на бабушку Джослин, которая к тому же имела целительский дар, только никогда не развивала его.

Внешне старшую мисс Харрис встретили так, словно в семье ничего не произошло. Обняли, расцеловали, приласкали и накормили вкусным ужином. И только после всех этих действий сняли с нее Джейн и Ванессу, которые после ужина повисли на любимой сестре, как яблочки на яблоньке, и предложили пройти в кабинет мистера Харриса для разговора.

Войдя в кабинет отца, предупрежденная гувернанткой Лилиан миссис Томсон, Белла первым делом закрыла окно, слегка приоткрытое изнутри. Девушке показалось что за ним на улице она расслышала возмущенное восклицание Лилиан, и слегка улыбнулась, — сегодня Лиля останется без порции новостей.

Лорд Харрис сел за стол, леди Харрис с Беллой расположились на небольшом диванчике сбоку от стола.

— Ма, сначала я оценю твое общее состояние, а потом уже поговорим.

— Хорошо, дорогая, — мягко улыбнулись леди Харрис.

Белла взяла леди за запястье и посмотрела на мать своим особым внутренним взглядом. Голубые глаза вспыхнули завораживающим синим светом, от которого миссис Валери все время испытывала дрожь.

После осмотра Белла нахмурилась.

— Головные боли часто у тебя?

— Часто, дорогая.

— С аппетитом как?

Леди Харрис неопределенно пожала хрупкими плечами.

— Спишь плохо?

— Почти совсем не сплю, — вздохнула леди Харрис. — Все время мысли скачут…

— Твое нервное истощение может привести к серьезным последствиям для здоровья, включая затяжную депрессию.

— Я понимаю, милая. Я не хотела, это все помимо моей воли.

— Мамочка, теперь посиди спокойно. Расслабься и закрой глаза. Я немного подлечу тебя, а когда я уеду, ты будешь пить все, что я тебе выпишу.

Миссис Харрис послушно выполнила все указания дочери. Расслабилась, закрыла глаза, чувствуя, как от запястья, которое находилось в нежном захвате Беллы, поползли вверх по руке тонкие теплые змейки, которые приносили ее измученному сердцу спокойствие и умиротворение. Через некоторое время Белла тихо проговорила:

— Открывай глаза.

Девушка приложила к вискам леди Харрис кончики указательных пальцев обеих рук и отправила импульсы бордости.

Когда миловидное лицо матери порозовело, Белла испытала настоящее облегчение и удовлетворение.

— Спасибо, милая, — с благодарностью прошептала леди Харрис.

В памяти женщины особое место занимал тот день, когда она поняла, что ее маленькая пятилетняя дочь обладает целительской магией.

В тот день ее, на тот момент пока ещё единственная, малышка бегала по тропинкам сада, пытаясь поймать домашнего любимца — полосатого и хвостатого Пирата.

Кот носился по саду, словно в него вселился сам демон, то залезая на деревья, то спрыгивая с них, то прячась от малышки в развесистых кустах и цветочных клумбах.

Белла заливалась колокольчиком и однажды даже умудрилась поймать Пирата за длинный полосатый хвост, за что получила мягкой лапой по маленькой пухлой ручке. Кот быстро освободился из слабого захвата малышки, и вскоре игра между ребенком и животным закончилась тем, чем обычно и заканчиваются подробные развлечения.

Белла упала, содрав себе и локти, и ладошки, и коленки, порвав симпатичные панталончики, выглядывающие из-под пышного голубого атласного платьица. Дочка, конечно, расплакалась, горько и безутешно. Валери взяла малышку на руки и прошла к скамейке, на которую села, чтобы рассмотреть ранки.

Каково же было ее удивление, когда она поняла, что Белла уже не плачет, а с интересом рассматривает свою коленку, на которой на их глазах затягивалась разорванная нежная кожа.

Под изумленным взглядом матери малышка положила ладошку на другую коленку, которая тоже стала заживать на их глазах.

Когда Белла немного повзрослела, родители решили развивать ее дар и наняли учителя-мага, который стал заниматься с девочкой.

В то время с обучением женщин магии в королевстве была сложная ситуация. Обучение женщин в академиях все ещё не приветствовалось, в школу девочек не брали, а реформа образования в этом направлении продвигалась очень медленно и нехотя.

Поэтому, когда в графстве Вуффолк, в котором они проживали, графиня Вуффолкская Тинария Дарлин, талантливая целительница, которая несколько лет назад спасла самого короля Георга, решила открыть первую частную школу целителей, супруги Харрис приняли решение отдать в нее Беллу.

В школу брали детей с десяти лет, а учились в ней до восемнадцати. Преподавала в ней сама графиня и приглашенные ею учителя.

Пока Белла училась в школе, с легкой руки графини Тинарии в Вуффолкской академии магии открыли факультет целителей, на который мисс Харрис в восемнадцать лет и поступила. Заведующей кафедрой целителей являлась все та же графиня Вуффолк, которая занималась с девочкой в школе…

— Я закончила, ма. Давайте теперь решать, что будем делать.

Голос дочери вырвал леди Валери Харрис из воспоминаний.

Глава 3

В Харрис-Холле Белла пробыла недолго. Поговорив с родителями, наигравшись с младшими сестрами и снисходительно выслушав наставления Лилиан, через два дня девушка вернулась в Сент-Эдмундс, столицу графства.

В Сент-Эдмундсе мисс Харрис проживала в доме тети — леди Мэри Треверс, бездетной вдовы, которая рада была приютить спокойную и скромную племянницу, решившую поработать целительницей в госпитале графства. Сама миссис Треверс родилась без всякого магического дара и искренне восхищалась одаренной племянницей.

На следующий день после возвращения мисс Харрис, как обычно, вышла из дома леди Треверс и отправилась в госпиталь пешком. Обычно дорога занимала у нее полчаса. На пост целителей Белла должна была заступить завтра, а сегодня решила посоветоваться насчет выбора мужа со своей любимой наставницей — леди Тинарией Дарлин графиней Вуффолк.

Графиня являлась единственным посторонним человеком, который знал о том, что девушка прятала свое настоящее лицо. Несколько лет назад леди Тинария, будучи очень наблюдательной женщиной, заметила, что едва ее любимица, мисс Белла Харрис, стала хорошеть и превращаться в привлекательную девушку, все изменилось, и девушка стала дурнеть.

Графиня поговорила с воспитанницей, подозревая, что та заболела, внимательно выслушала ее и просто приняла ее решение, не осуждая и не отговаривая, обещая не выдавать.

Конечно, графиня Вуффолк, у которой к тому времени было двое довольно взрослых детей, понимала, что период, когда подросток превращается в юношу или девушку, самый сложный в жизни ребенка. Последний часто мечется при выборе дальнейшего жизненного пути, много чудит и совершает странные поступки.

Графиня искренне надеялась, что у Беллы Харрис период непринятия своей внешности пройдет быстро и никак не ожидала, что тот затянется на много лет.

Войдя в холл госпиталя, Белла мгновенно поняла, что случилось что-то из ряда вон, поскольку внутри здание напоминало растревоженный пчелиный улей.

Целительницы, практикантки, санитарки, люди в форме академии магии графства и в форме полиции толкались, шумели, махали руками, куда-то бежали, выглядели всклокоченными и невероятно встревоженными.

— Что случилась? — Белла решительно остановила одну из целительниц, миссис Милу Джонсон, которая пробегала мимо нее с глазами, полными паники, с перекошенным набок форменным платком.

— Мисс Харрис! Пресветлая! — всплеснула руками девушка, в усталых глазах отразилось облегчение. — Как же хорошо, что вы появились! Срочно бегите к ее сиятельству!

— Что происходит⁈ — Белла не дала убежать миссис Джонсон, цепко вцепившись в ее плечо.