Натали Мондлихт – Высшая школа Заучек (страница 16)

А вот следующая лекция проводилась только для тех, кто владел пространственно-изобразительным видом магии. Многих из предыдущей лекции попросту не было. Тем интереснее было обнаружить Анхелию, сидящую, как ни в чём не бывало, за одним из столов.

Примостилась возле неё и тихонечко, чтобы никто не слышал, спросила:

— Что сказал ректор?

Хмыкнув, она довольно улыбнулась.

— Да ничего. Предупредил, что опаздывать нехорошо.

— И всё?

— Нет, ещё и в угол поставил, — насмешливо произнесла Анхелия и дёрнула плечиком, словно намекая, какая же я наивная. — Конечно всё.

И почему я удивляюсь, если этой красотке разрешили полностью переделать под себя комнату, то что ей какое-то опоздание на занятия? Сложилось впечатление, что она и вовсе может на них не ходить и ей ничего не будет — диплом получит в любом случае. Да и особого энтузиазма от пребывания в Школе не вижу. Зачем только поступила сюда? Видать, богатый папочка настоял.

Аудитория вплоть до начала лекции так и осталась полупустой. Я насчитала человек двадцать, не больше. Преподавала предмет миниатюрная аккуратная блондинка. Она, как невесомое облачко, вплыла, практически не касаясь земли, остановилась у кафедры и обворожительно улыбнулась. Лесная фея, вот как бы я её назвала. Серёжка в ухе в виде ветвистого дерева с малюсенькими листочками дополняла первое впечатление.

Не только я залюбовалась этим нежным, волшебным созданием, все присутствующие смотрели широко открытыми глазами, особенно мужская половина. Стояла полная тишина.

Достав свой «стилус», она что-то начертила в воздухе, и неожиданно перед нами появился мольберт, а в руках у девушки — палитра и кисточка. Всё так же не произнеся ни слова и не обращая на нас никакого внимания, она, не глядя, смешала краски и начала наносить их на холст.

Там, где касалась её кисть, сразу же расплывалось огромное пятно, которое преобразовывалось в более понятные сочетания предметов на картине. Всё действо заняло не более пяти-десяти минут, и вот уже перед нами не белоснежная пустота, а завершённый шедевр.

Древний лес словно живой привлекал своими красками. На небольшую поляну между деревьев-великанов проникали косые лучи солнца, освещая распустившиеся весенние цветы и молодую зелёную траву. Девушка в венке из цветов и струящемся белом платье двигалась в одном ей ведомом танце, слегка подхватив мешающий подол длинными красивыми пальцами.

И всё это великолепие было ещё и в 3D формате, выступая на несколько сантиметров призрачной проекцией, словно желая обрести отдельную жизнь.

Поразительно! Я взгрустнула. У меня так никогда не получится. Если у кого-то нет музыкального слуха, то говорят, что медведь на ухо наступил, а мне он наступил на обе руки и хорошо там потоптался. Максимум, что удаётся изобразить, солнышко, домик и непропорционального, смешного человечка из огуречка и палочек.

Наша «фея» наконец обернулась к нам и произнесла звонким, словно колокольчик, голосом:

— Меня зовут Фелисия. Я Ваш преподаватель по пространственно-изобразительной магии и только что продемонстрировала вам её пример. А теперь хотела бы узнать ваше мнение, для чего была создана картина, какое заклинание вплелось в её основу?

О том, что между содержанием самой картины и осуществимым с её помощью волшебством есть связь, я знала. Учебник помог. Но вот как происходит всё это таинство, не совсем разобралась. Что могла значить фраза: «Мысленно вложите свою изобразительную магию в требуемую пространственную проекцию», для меня так и осталось тайной.

Поразительно, но именно Анхелия ответила на заданный вопрос, притом, к моему ещё пущему удивлению, ответ оказался верным.

— Думаю, что-то вырастить. Скорее всего цветы. Но, может быть, и листочки на ветке или деревья. Заклинание роста, — ответ был произнесён так, будто задали совсем уж несусветную глупость уровня первоклашек.

— Прекрасно. Тогда давайте узнаем, так ли это.

Наша фея, воистину, не зря я её так назвала, вытянула из кармана сухой прутик и поднесла его к картине. Тот моментально «ожил», наполнившись влагой. На нём распустились листики и мелкие благоухающие белые цветы.

— Как видим, всё верно. Почему я изобразила именно эту картину и задала такое заклинание? Ответ прост. Моя артефакторная магия, как вы видите, — коснулась она серьги, — в данном случае может помочь в создании заклинаний подобного рода. Именно поэтому все действия, как-либо связанные с вашей основной магией, всегда будут даваться вам проще при использовании магических проекций. Вы спросите, зачем тогда это делать, если и так артефакт всегда под рукой? Есть несколько причин. Действие проекции всегда сильнее, и не так ограниченно по времени. Кроме того, если добавить соответствующее заклинание, воспользоваться проекцией может не только её создатель. Мне сразу вспомнилась фраза Селения о перемещении выданных вещей пространственно — изобразительной магией.

Тем временем Фелисия для демонстрации попросила кого-то из аудитории помочь. Вызвался невысокий парень, взирающий на неё с немым восхищением всё это время. Она узнала его имя, прочертила что-то кистью в уголке холста, вынула ещё один прутик из своего кармана и передала в слегка подрагивающую руку студента. Действие проекции было всё тем же.

— А вот использование чужеродной для вас магии будет намного более сложным…., — и рисса Фелисия продолжила лекцию.

Речь шла о самых простейших заклинаниях, которые помогут контролировать проекцию во времени и указать тех, кто сможет ею воспользоваться. О том, как отменить её, если что-то пошло не так, как планировалось, и многом другом. Вроде бы рассказ вёлся достаточно толково, но без практики это для меня был лишь набор слов. Я всё равно не понимала, как это на самом деле происходит.

А рисовать что-либо нам пока запретили, заявив, что без вводной лекции и простейших заклинаний к мольбертам нас попросту не допустят. Поэтому первый практикум будет уже на следующей неделе. Вполне справедливо, знать бы ещё, как все эти заклинания на практике потом применить…

На «физическую подготовку и магическую защиту» я шла в расстроенных чувствах. Вот вроде и магический мир, и магии у меня полно, причём разной и, по мнению других, достаточно сильной. Но не чувствую я этого. Кроме того инцидента с Кройсом моя магия словно уснула, по крайней мере, её присутствия я никак не ощущала.

Как гласило расписание, следующее занятие должно было проходить на магическом полигоне. Но где это, мне было совершенно не ясно. Из окон виднелось лишь бескрайнее водное пространство, да и в город мне запретили выходить, и времени свободного, если честно, не наблюдалось. Пришлось следовать за общим потоком студентов, отыскав знакомые по лекциям лица. Анхелия куда-то умчалась. Загадочная всё же девушка.

Как же я была удивлена, оказавшись на огромной террасе размером с футбольное поле. Где-то внизу, далеко бушевало бескрайнее водное пространство, а вверху виднелись серые, дождевые облака, грозящие окатить нас холодным дождём в любой момент. Ну а здесь погода была такой же, как в помещении. Тёплой и совершенно не ветреной.

Поток пришедших на занятие заучек становился всё больше. Наконец, из другого входа, чуть поодаль от основного, на полигон вышел наш будущий тренер со своим помощником. Остановившись посреди поля, она, а это была именно женщина, произнесла:

— Прошу всех встать в строй. Меня зовут рисса Териния, — представилась магесса, которую я встретила в этом мире первой. — А это мой временный помощник, рос Иллиас, — она указала на такого знакомого темноволосого парня с серьгой в форме кинжала в ухе.

Ну вот как он умудряется постоянно встречаться на моём пути? Ладно, в коридоре пересеклись, с кем не бывает. Из одного же учебного заведения, насколько я поняла. Но видеться с ним по часу два раза в неделю — это слишком!

— Давайте для начала разделим вас на группы, — задумчиво осмотрела нас Териния. — Нужно определить, какими талантами вы обладаете. Прошу всех стихийников сделать два шага вперёд.

Я присоединилась к внушительной массе, составившей практически большую половину от общего числа студентов. Далее вышли те, кто обладал психологическими талантами, такими, как троица: Кройс, Амирис и Ромилис, потом те, кто мог влиять на животный и растительный мир, и так далее. Талантов оказалось великое множество. Но принцип формирования факультетов становился ясен уже после одного только взгляда на количественное соотношение групп, стоящих немного поодаль друг от друга. Кроме стихийников, все остальные состояли едва ли из десятка человек, а в некоторых не набралось и такого количества.

Териния и её «помощник», разделились. Он начал с самой малочисленной группы, а она подошла к нам. И началось распределение. Не знаю, по каким критериям, возможно, по серьге-артефакту, а, может, роль играло что другое, но достаточно было одного взгляда и звучала фраза: «фехтование», «плавание», «стрельба», «рукопашный бой», «бег», и так далее.

Добравшись до моей персоны, Териния попросила покинуть данную группу, удивлённо прокомментировав:

— А ты что здесь делаешь? Отойди, пожалуйста, вон туда, — указала она на никем не занятый отрезок террасы подальше от остальных. — Тебе здесь не место.