Натали Мондлихт – Рождённая пеной морской (страница 26)
Прочитав явное сомнение на моём лице, Дин подплыл поближе и нажал сочетание сенсорных кнопок, которое я постаралась запомнить. Энергия внутри меня отозвалась на некий импульс, исходящий светящимися лучами, которые пронзили тело в области запястья и, погрузившись, соединились с моими основными жизненными потоками.
Попробуй теперь превращение. Я постарался немного увеличить стабильность потоков и снизить затраты ресурсов организма на такие стандартные вещи, которые мы, сианты, привыкли совершать не задумываясь. Это всего лишь дополнительная страховка и контроль организма, чтобы учился потреблять ровно столько энергетических и магических сил, сколько необходимо для заданного действия.
— Ого! Но это же огромное достижение, Дин! Теперь сианты наверное смогут и магию использовать более полно. Я имею ввиду, станут сильными магами, возможно, даже начнут выполнять те магические действия, которые раньше не могли, — восторженно наблюдала я за работающим прибором.
— Нет, что ты! Если кто-то не умел создавать магический свет, он и не сможет этого сделать. Извлечь то, что не заложено в сианте, анализатор всё равно не способен. А вот позволить экономить не бесконечные ресурсы организма ему вполне под силу, — улыбнулся Дин, и выжидающе посмотрел на меня, — Ну что же, покажи, какой ты была до нашей встречи, мне жутко интересно, — искренне произнёс он, в то время как лукавые искорки зажглись в его глазах.
Ох, по-моему этот хитрюга что-то задумал. Но как же приятно, что он создал этот прибор именно для меня. Это чувствовалось в волнении, с которым он преподнёс подарок, в подробном рассказе о принципах его действия. И, похоже, как раз моя неспособность обратиться без последствий вдохновила Дина на изобретение.
Любовно провела по корпусу анализатора. Да уж, раньше никто и никогда не совершал подобного для меня. Наверное я ненормальная, но это лучше любых посвящённых стихов, картин или книг!
Закрыла глаза и осторожно попыталась разделить энергетический ствол, питавший хвост. Очен медленно, но он поддался, и буквально через минуту я почувствовала, что процесс завершён. С опаской открыла глаза и посмотрела вниз.
Вместо моего уже такого привычного хвоста выросли две превосходные, самые лучшие и замечательные в мире ножки. Как же я по ним скучала!
Крутанулась на месте от восторга, согнула и разогнула их несколько раз, пошевелила пальцами ног, всё силясь поверить в случившееся чудо. Даже ущипнула себя, но так и оставалась по прежнему в человеческом облике.
И только успокоившись наконец и подняв взгляд на Дина, чтобы поблагодарить за такой шикарный подарок, заметила, что он зачарованно наблюдает за мной и при этом тоже сменил свой облик на человеческий.
Длинная туника прикрывала ноги до колен, как, впрочем, и у меня, выглядя на вполне человеческом теле немного странно и непривычно. В остальном же готова была подтвердить все мои мысли о первом впечатлении от этого образца мужской красоты и обаяния. Морской бог, не меньше, у которого вдруг вместо хвоста выросли ноги, но от этого он не потерял уникального шарма. Наоборот, в таком виде он мне казался даже более идеальным, что ли.
— Пойдём, — улыбнулся он и протянул мне руку, за которую я зачарованно ухватилась.
Мы почти одновременно оказались на поверхности, вынырнув и ощутив прохладные порывы воздуха, заполнившие лёгкие.
На миг закашлялась. За проведённое под водой время разучилась дышать. А когда восстановила дыхание, вдруг поняла, что вижу огромное небо, с такими яркими звёздами на нём, что дотянуться и поймать любую, кажется, не составило бы и труда.
Я вытянула ладонь вверх, и представила, будто протираю поверхность самой яркой звезды, делая её ещё заметней. Словно ёжик, который чистил ночные светила платком, и счастливо улыбнулась.
Не за этим ли меня звал некогда этот упрямый тип, который сейчас стоял со мной плечом к плечу и тоже наблюдал за волшебством нашей Вселенной?
Вдруг в самом уголке неба показалась падающая звезда и я закрыла глаза, загадав желание, которого совершенно от себя не ожидала.
— А давай потанцуем, — вдруг услышала заманчивое предложение.
Луна, свидетельница нашей прогулки, буто старая подружка подмигнула мне, красноречиво говоря: «Ах, как бы и я сейчас хотела кружиться в танце…»
И мне не чуждо было это земное желание. Дин подхватил меня в правильной позиции вальса и закружил до мелких точек, мельтешащих перед глазами в безумном скоростном круговороте. Сверху нас охлаждал воздух, а снизу согревало тёплое течение внутри сферы, приятно обволакивая и заставляя прочувствовать каждое движение, приносившее скорость и движение такой спокойной до этого стихии.
А потом… потом Дин остановился так же внезапно, как и начал наш захватывающий дух танец.
Он склонился надо мной, бережно и нежно обняв лицо ладонями, осторожно прикоснулся к губам, словно спрашивая, согласна ли я? И я не удержалась, погрузившись в терпкую сладость сегодняшней волшебной ночи, совершенно пьяная от переполнявших эмоций…
Эта ночь стала волшебной и только нашей. Воспоминание, которое обязательно останется в памяти до мельчайших деталей навсегда.
Поцелуи и лёгкие, словно крылья бабочки прикосновения, ласки, укутывающие теплом и заботой объятия. Далёкие, подмигивающие звёзды и душевные разговоры, которые удерживали счастливую улыбку на моём лице целую вечность.
Я разрешила себе наконец отпустить своё прошлое, пускай всего лишь и на один-единственный вечер. Это не было изменой. Я понимала, как бы ни повернулись наши с Дином отношения, и даже если всё-таки удача улыбнётся мне и получится вернуться на Землю, с Виктором я смогу остаться только в качестве друга. И обязательно сообщу ему об этом при первой выпавшей возможности, сделав нам обоим огромное одолжение.
Так всегда бывает. Жизнь несётся в постоянной круговерти. Заботы, работа, быт. Всё так, как должно быть, всё правильно, как ожидают от нас все вокруг…
В привычной суете не замечаешь, что тот, с кем ты рядом, совсем не половинка твоей души, а просто удобный попутчик. Составив в начале свой идеальный портрет Виктора, в глубине души я боялась признаться себе, что по многим вопросам наши взгляды просто не сходятся, что на самом деле это не любовь, а привычка и боязнь упустить призрачную тень счастья, которое, на самом деле, и не ждёт нас за следующим поворотом, если мы останемся вместе.
Счастье — состояние в теперешнем времени. Почему-то сегодня это окончательно стало мне ясно.
Но время неумолимо. Оно безжалостно и не имеет снисхождения ни к кому.
Рассвет коварно приблизился, освещая первыми робкими лучами небосвод. Золушку не пощадили двенадцать ударов, возвещающих полночь, а меня превратило обратно в сианту солнечное светило, позолотившее всё вокруг.
Боль пронзила всё существо, от кончиков пальцев на ногах до макушки. И я почувствовала бесконтрольное с моей стороны обратное обращение в русалку. Со всех сил постаралась воспротивиться, задержать мгновенье, хоть оно и не было самым прекрасным в моей жизни. Но сколько бы я ни пыталась, ничего не выходило. Мой организм боролся против меня же самой, заставляя беспрекословно следовать законам сиантов.
В немой мольбе, ухватилась за плечи Дина, взглядом умоляя предпринять хоть что-нибудь. Сумел же он сделать из меня сианту, пускай поможет вернуться в предыдущий облик. Но он лишь сочувствующе наблюдал, как здесь и сейчас умирает моя надежда на то, чтобы вернуться в человеческий облик навсегда.
Наоборот, его взгляд как-будто говорил:
«Смирись! Ты должна была и сама понимать, что нет пути обратно. А сейчас ещё больше в этом убедишься. Мне жаль, но так должно было произойти!»
И этот взгляд заставил сердце замереть от горького осознания, в то время как тело продолжало преобразовываться, принимая прежнюю форму, а вместо ног снова ощущала хвост.
Вот главный смысл подарка! А я по наивности совершенно не разглядела за внешним желанием дать мне выбор, настоящее намерение показать, что у меня его нет и не было!
Разочарование прокралось в душу, свернувшись ядовитой змеёй, отравлявшей каждую мысль.
Когда боль отпустила, я тихо и устало произнесла, не глядя на Дина:
— Пойдём домой. Я хочу отдохнуть. Спасибо за сегодняшний вечер.
Мне хотелось закричать на весь мир, чтобы эхо разнесло мой голос на тысячи километров вдоль водной кромки. Но всё, что осталось, это опустошение. Как будто из меня вынули батарейки, подпитывающие всё это время.
И я молчала. Весь путь обратно до защитного щита, а потом и до дома.
И лишь когда Дин пожелал мне хорошо отдохнуть сегодня с Сишаей и оставил наедине с самой собой в отведённой высокотехнологичной комнате, горько разрыдалась, выплескивая разочарование и обиду.
А когда плакать уже не было мочи, решительно сморгнула последнюю слезу, схватила магисет, небрежно оставленный в сторонке, и со злостью начала тыкать по нему пальцами, собираясь обязательно выяснить все секреты, что таилось в загадочном камне Нериса. И доказать, что я не дурочка, которой так просто можно манипулировать!!!
Проснулась я от громкого возгласа над моей головой:
— Вставай, соня! А то всё самое интересное проспишь! — не пожалела своего горла Сишая.
Еле разлепив глаза, я тут же их закрыла. Бессонная ночь сказывалась. Да и после того, как мы приплыли с Дином, я ещё долго листала страничку за страничкой на магисете. Сначала читала доклад разбудившей меня егозы, а потом всё, что отыскала на просторах местной сети.