Натали Мондлихт – Подари мне ребенка! (СИ) (страница 34)

Таллина с гордостью показала мне своё спрятанное от чужих глаз сокровище и предложила заглянуть в одну сторону этого чуда.

Труба с самого начала напомнила наши телескопы, а сейчас мне предоставили возможность в этом убедиться.

Очень объёмная, чёткая картина сияющего скопления завораживала. Когда-то разглядывала в наш земной аналог туманность Андромеды, мне тогда очень понравилось, даже дух захватило. Но такого великолепного, как это, практически осязаемого изображения, не было. Оторвавшись от созерцания этого чуда, перевела удивлённый взгляд на подругу.

— Что это?

— Регистратор небесных тел.

— Нет, я не об этом. Что там? — махнула я рукой вверх по трубе, указывая направление удивительного сияющего скопления.

Она мягко, мечтательно улыбнулась, полностью преобразившись. Какая же она оказывается женственная, поразилась я. Что же так изменило Таллину?

— Галактика Фиас, — посмотрела далеко в небо, будто заметив там то, что без регистратора явно невозможно было увидеть. — Когда появились первые сверхмощные регистраторы, способные «преодолевать» поразительные расстояния, отец привёз один такой из очередной экспедиции и подарил мне. Он часто показывал свою родную галактику, — поделилась волшебными и в то же время слегка грустными воспоминаниями девушка.

Я не удержалась и задала давно мучивший меня вопрос:

— Таллина, но почему твой отец решил уйти? Ведь у него была такая замечательная дочь и наверняка любящая его жена?

— Я понимаю, почему они это сделали и ни капельки не осуждаю. Они прожили вместе четыреста лет. В какой-то момент осознаёшь, что всё уже было. Жизнь начинает тяготить. Это естественный процесс. Он заложен в нас с рождения. Иначе представь только, во что бы превратилась перенаселённая планета, — увидев, что я не до конца разобралась, она добавила: — Мы просто приходим к дереву и просим о милости, чтобы исчезнуть навсегда, слиться со всем, что нас окружает. Так что что, возможно, и не совсем «пропадаем» в полном значении этого слова.

Не желая продолжать эту неприятную для подруги тему, предложила:

— Пойдём, у меня тоже есть небольшой сюрприз для тебя, — теперь наступила моя очередь удивлять подругу.

С удивительным энтузиазмом и радостью, как будто ей давно никто ничего не дарил, она последовала за мной вниз, туда, где я оставила принесённый свёрток. Там нас уже поджидала Надъяна, только что пришедшая в сопровождении мужа. Высокий, статный мужчина, впрочем как и все тинайцы, выглядел немного замкнутым и хмурым. Но я не стала судить по первому впечатлению. Как и положено, Надъяна познакомила нас, её мужа звали Нортис. Затем он что-то шепнул ей, она согласно закивала в ответ. И, попрощавшись со всеми, он ушёл.

А я осмотрела нашу компанию и чуть ли не потёрла лапки от предвкушения. Да, давно я не была на девичнике. Мне жутко хотелось немного развлечь и порадовать девочек. А то с таким количеством существующих законодательных и общественных запретов, они, наверное, забыли, как это — веселиться!

Нашла свой свёрток, оставленный на столике в холле, и, раскрыв, достала оттуда пижамы земного кроя, продемонстрировав их удивлённым подругам. Как хорошо, что здесь есть система и получить практически любой хорошенько представленный предмет, если существует для него сырьё, можно без проблем.

— А для чего это? — поинтересовалась смутившаяся Надъяна, рассматривая три разных комплекта шортиков и футболок.

Загадочно улыбнувшись, предложила:

— Выбирайте! У нас сегодня будет пижамная вечеринка!

Первой взяла один из предложенных нарядов Талисса. Повертела в руках зелёный, идущий к её глазам верх и совершенно не принятые у них укороченные «штаны».

Увидев это, хоть и с опаской, определилась со своими предпочтениями Надъяна, остановившись на симпатичном розовеньком комплекте с русской надписью «Прорвёмся!» на груди, и удивлённо провела по ней рукой. Я улыбнулась. Представляла его именно для неё. Она будто это почувствовала.

Взяв оставшуюся голубенькую пижаму, предложила всем примерить выбранное, объяснив, что такое эта «пижамная вечеринка» и что без одного из главных её атрибутов никак не обойтись.

Несмотря на подозрение и нотку сомнения, девочки всё же решились на этот шаг, с удивлением отметив, появившись из выделенной для этих целей комнаты, что очень даже удобно, хоть и немного необычно.

За неимением земных алкогольных напитков и невозможностью объяснить системе, что же от неё хочу, захватила тинайский аналог. Киран обещал, что эффект от него будет немного другой, чем от опробованного мной в пещере сока из ронии. Должно было быть чем-то схоже с нашим вином.

А ещё приберегла для такого случая оставшуюся часть своего сокровища — подаренных конфет из миндаля, покрытого шоколадом.

Ну и чтобы интереснее было, с развлечениями же здесь совсем туго, захватила несколько настольных игр: карты, стратегию, монополию и даже домино. Правда, когда тщательно представляла каждую из них, пыталась адаптировать их под местные реалии: сменить картинки, героев и объекты и даже изменить ход некоторых игр. Теперь с сомнением и замиранием сердца ожидала вердикт своим творческим и художественным (вернее воображательным) способностям.

Подруги вначале не очень-то и горели желанием играть. У них здесь девушкам неприлично, почти зазорно играть в азартные игры. Опять же женское «общество» постаралось! Мне с большим трудом удалось их уговорить, хотя бы попробовать. Никто ведь не узнает, а я так старалась!

Начали мы нашу вечеринку в гостиной. «Тинайское вино», как я про себя его обозвала, оказалось очень даже ничего. Красный напиток с терпкими нотками заставлял слегка кружиться голову и поднимал настроение, а предложенное лакомство привело подруг в такой восторг, что мы справились с оставшимся довольно приличным количеством за неприлично короткое время.

Играли подруги вначале робко и нехотя, с трудом продираясь сквозь правила, а затем так вошли во вкус и азарт, что их невозможно было остановить.

Всё это сделало своё дело. Немного повеселевшие и привыкнувшие к компании друг друга девушки постепенно начинали общаться более легко и свободно. А затем, через достаточное количество времени, наигравшись, мы и вовсе решили подышать свежим воздухом и перебрались на живописную террасу на крыше, захватив с собой покрывала.

Было весело, расположившись на травяном полу и глядя на появившиеся звёзды, всего лишь при неярком свете одной или двух ританий, кем-то предусмотрительно здесь выращенных, слушать ночные звуки насекомых и делиться секретами. Надъяна рассказывала о своих семейных буднях, а Таллина поделилась смешными историями, произошедшими на работе. Иногда её коллеги — мужчины чудили так, что можно было только диву даваться и подхихикивать. Что мы и делали.

Но видно было, что Надъяну что-то гложет. Нет-нет, грустная тень пробегала по её лицу. В конечном итоге нам с Таллиной удалось разговорить её и она рассказала о причинах печали. Всё дело было, как мы и предполагали, в придуманной для неё Улишей мести.

Конечно же для начала Улиша позаботилась, чтобы никто из её прежних знакомых не общался с девушкой. Такая изоляция была ожидаема, но от этого ничуть не менее неприятна. Всё же Надъяна надеялась, некоторые подруги не последуют указаниям местной королевы. Однако никто не захотел стать следующей жертвой.

Но и это была только разминка. Следующими в списке стали попытки очернить её репутацию, пустив всяческие неприличного толка слухи о её якобы изменах мужу. Хорошо хоть он не поверил в весь этот бред. Ведь, по сути, она и причин не давала подозревать её в подобном.

Ну и напоследок самое неприятное. Надъяна вчера, наведавшись вечером к мужу на его работу в общественном саду, видела как одна из саториек практически лианой обвилась вокруг Нортиса, что-то ему щебеча, а он внимательно её слушал.

— И теперь я боюсь, что он уйдёт к ней, — чуть ли не плача, с отчаянием закончила свой рассказ она, уныло рассматривая маленькую букашку, ползущую по травинке, соседней с её ступнёй.

— Надь, — немного заплетающимся от выпитого языком решила я поддержать подругу. (Таллина угостила нас ещё парой бокалов чудесного напитка уже из своих запасов.) — Вот я не верю, что эта затея у неё получится. Всё будет хорошо, увидишь! — сжала её ладонь в подбадривающем жесте.

Я, конечно, понимала, что природа у мужчин в основном полигамна, что желание продолжить род присутствует практически у каждого из них, к тому же, есть такие особи женского пола, что в состоянии соблазнить кого угодно. Однако хотелось верить в лучшее. Всё-таки они любят друг друга, и Надъяна такая прекрасная, добрая и отзывчивая девушка! Я искренне желала, чтобы у неё всё было замечательно.

Таллина присоединилась ко мне, убеждая подругу не отчаиваться:

— Я тоже думаю, что Нортис останется верен. Я немного его знаю, по работе сталкивались, когда-то брала образцы урожая. Мне кажется, он не похож на тех, кого так просто сбить с толку. Даже красивым личиком и сладкими речами, — и добавила со злостью и презрением: — Но как же достала эта Улиша. Она переходит все мыслимые и немыслимые границы! Пора что-то с этим делать!

И я была совершенно с ней согласна! Ка же выводит из себя эта дамочка, запустившая свои щупальца везде, где только возможно!