Natali Mats – Другие. Тьма во мне (страница 4)

Девушка не видела Игоря, но была заметно взволнована. Да, из нее получится умелая Другая, раз она интуитивно чувствует присутствие магии в своем доме.

Войдя в комнату, в первый момент Игорь облегченно выдохнул, во второй – едва не закричал: на видавшем виды диване, стоявшем в глубине помещения, спокойно сидел и взирал на него один из самых сильных колдунов бывшего СССР, представитель Детей Ночи Юрий Воронов, он же Ворон.

Тем Детям Дня, что помладше, его фамилия обычно неизвестна – уже почти четверть века он ее не использует, крайне редко применяя полное имя, в основном, чтобы расположить к себе собеседника. Этим же приемом, кстати, пользуются телефонные мошенники: люди склонны больше доверять тому, чью фамилию, как им кажется, они знают. Ворон всем известен, как просто Юрий. А личность среди Других он чтимая и поразительная. Игорь всегда удивлялся, как старые маги очень точно и быстро подмечают изменения в человеческом обществе. И соответствуют им.

У людей с начала двухтысячных стало модно казаться простым, доступным для общения: называться именем, пренебрегая отчеством, независимо от возраста; стирать, так сказать, границы и добавляться в друзья к абсолютно незнакомым людям в социальных сетях. Мейнстримом явилась парадигма не быть, а казаться.

И Другие переняли ее. Удивительно, насколько высокоразвитыми оказались их приспособленческие таланты. Казалось бы, тех, кто видел царя, невозможно представить со смартфоном в руках… Но Игорь не только знает таких индивидуумов, но и работает с ними бок о бок.

Вот и Юрий – представитель старой гвардии – всегда поражал своей современностью: одевался соответственно времени, умело пользовался всеми достижениями человечества и только в речи его время от времени проскакивали устаревшие выражения. Очень интересный Другой, пытавшийся в свое время привлечь Игоря на сторону Детей Ночи.

Но сегодня встреча с ним в квартире новоопределяющейся не предвещала ничего хорошего. Малоприятная встреча, если уж начистоту… «Не моего уровня оппонент», – успел подумать Игорь. Сравнение про слона и Моську, к сожалению, для него, в данном случае было самым точным. Внезапно молодой человек осознал, с чем связаны перемены в ауре его объекта. Ворон добивался от девушки нужных ему эмоций, готовил к конфирмации.

Нужно было действовать. Открытый конфликт Игорь резонно решил не допускать. Крепко сложенный, высокого роста Юрий, конечно, внушал опасения белому магу отнюдь не физическими данными. Слава Богу, Игорь сам бывший спортсмен. Он прекрасно понимал, что не почувствовал присутствия Юрия именно потому, что последний намного сильнее его самого в магическом смысле. Полностью утаить в себе Другого, стать нейтральным как растение, вернее, создать видимость собственной нейтральности, может только поистине Великий Маг.

В памяти ненадолго всплыла картина, как когда-то давно, кажется, что в другой жизни, за бутылочкой пива Степан рассказывал о громадной работе, проделанной главой Детей Дня.

Для систематизации знаний о противоположной силе Весемир лично разработал эдакий табель о рангах Детей Ночи. Составил, подробно описал и приказал каждому из своих подчиненных выучить как «Отче Наш». «Ибо знай своего врага как самого себя», – изрек он тогда. Так гласила легенда. Как оно было на самом деле, уже, наверное, никто не узнает, но совершенно точно, тогда Весемир отдельно выделил небольшую группу черных колдунов с выдающимися способностями и необъяснимой силой, как будто сама Тьма питает их. Юрий был отнесен именно к этой категории, которую сам Весемир патетично назвал Великими.

Разумеется, информация эта была строго для внутреннего пользования, но как это часто бывает, очень скоро стала секретом Полишинеля. В результате Дети Ночи по образу и подобию составили аналогичную классификацию местных белых магов. И условное деление всей волшебной братии, населявшей территорию Российской Империи, а впоследствии СССР, стало общепринятой негласной системой.

Но самым поразительным было то, что, когда в человеческом мире Союз распался, в мире Других также начался раздрай. Тогда Совет Особых собрал масштабный пленум, на котором Святогор – главный Каратель и руководитель Совета убедил всех в губительности протекающих процессов. Так сильная рука удержала от раскола Других. И территориальные границы, расчертившие некогда великую страну на полтора десятка удельных княжеств, в волшебном мире не появились.

– Я уполномочен официально заявить, что потенциальная Другая Ксения Хрумова находится под защитой Детей Дня и лично Великого Весемира, – начал разговор Игорь.

– Не хотелось бы тебя разочаровывать, Морозов, – в тон ему ответил Юрий, – но и я уполномочен заявить, что потенциальная Другая Ксения Хрумова находится под защитой Детей Ночи и лично Великого Платона.

Глава 4 «Нападение»

Игорь Морозов был Другим. Он прошел конфирмацию в возрасте двадцати семи лет. И к моменту своего определения успел закончить ВУЗ, жениться и развестись, поменять две работы и настолько разочароваться в людях, что выбор его пути колебался как маятник Фуко.

Ворон первым разглядел в нем большой потенциал и уверенно вел его по пути определения, подбрасывая знаки, подталкивая к определенным решениям. В последний момент в молодом человеке что-то переломилось, он словно стряхнул с себя все произошедшее с ним плохое и снова поверил в людей. Разумеется, Дети Дня приложили к этому руку. Как потом утверждал Степан, Юрий прекрасно это осознавал. Но куда сильнее действовали убеждения самого Игоря. Эта его вечная вера в «так правильно» и в то, что «каждый имеет право на прощение», в итоге взяли верх.

Морозов смог переступить через боль и ненависть. Он помог бывшей жене собрать деньги на операцию для нового мужа, к которому она ушла от Игоря за четыре месяца до этого. Он не сломался, когда из-за тяжелейшей травмы пришлось в двадцать пять лет закончить с хоккеем. Он стерпел, когда ему не вручили золотую медаль за сезон из-за недостатка официальных матчей вследствие травмы. То есть он вроде как был частью команды, а вроде бы и нет…

Все профессиональные спортсмены параллельно с карьерой обычно учатся заочно в спортивном университете или академии. И, практически ни разу не появившись в учебном заведении, получают диплом о высшем образовании. Так Игорь после скоропостижного окончания карьеры хоккеиста смог получить невысокую, но перспективную должность в Федерации, где по прошествии полугода с начала его новой трудовой деятельности разразился скандал с отмыванием денег, а крайними сделали молодых специалистов, в том числе и Морозова.

Молодой человек впал в непродолжительную депрессию, немного покуролесил, даже в КПЗ попадал, но потом все же пришел в себя, взялся за ум и стал волонтерить. Очевидно, именно тогда Ворон понял, что Игорю прямая дорога к Детям Дня. Он, конечно, побесил оппонентов, продолжая, больше для вида, проявлять интерес к жизни Морозова. Как можно себе в этом отказать? Но усилий понапрасну не расточал.

По-настоящему с миром Других Игоря познакомил Степан. Научил, рассказал, поддержал. Стал другом, наставником, братом. Если проводить аналогии с миром американских полицейских, где у каждого порядочного копа есть напарник, Степан стал таким напарником для Игоря, и соответственно наоборот. Любое мало-мальски важное, и тем паче, опасное задание они старались выполнять вместе.

Вот и в эту летнюю ночь, завершив неотложные дела и подхватив по пути пару коллег для подстраховки, Степан гнал на всех парах по ночному шоссе. Лихо перестраиваясь из ряда в ряд и заставляя единичные машины уходить с их траектории, он летел с другого конца Москвы на север, в область, будто бы чувствуя приближающуюся беду. Мокрый асфальт шипел под колесами его Нивы, желтые огни птицами пролетали навстречу. На заднем сиденье дремал седовласый оперативник Аслан, прислонившись головой к плечу молодого габаритного стажера Мурада.

Когда в очередной раз Степан бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида, он заметил, что Мурад остервенело листает ленту новостей в телефоне. Должно быть, тоже чувствует неладное. И Степан вдавил педаль газа в пол.

Мысли путались, слова не подбирались. Игорь абсолютно точно понимал, что решить силой сложившуюся ситуацию ему не удастся и судорожно перебирал в голове всевозможные доводы, чтобы заставить оппонента отступить. Личная заинтересованность Платона делала его задачу еще более сложной, если не сказать невыполнимой. Впрочем, интересы Детей Ночи – это, как говорится, их личная трагедия, а у девушки открытая ищущая душа, она просто не может выбрать сторону зла.

– Ей предопределено быть Целительницей, врачевать души и тела, – дрогнувшим голосом обратился Игорь к Юрию. И отрицательно замотал головой, словно сам себе не веря. – Ты не можешь помешать ее самоопределению; уйди с ее пути.

К сожалению для него, волнение прорывалось в жестах и интонациях. Однако Ворон дал втянуть себя в дискуссию:

– Неужели? – наигранно удивился он. – А мне вот кажется, девочка достаточно умна, чтобы выбрать достаток, успех и свободу. Свободу выбора, свободу в достижении своих целей. Свободу от чужих взглядов и ненавистных клише. Вы можете дать ей свободу?