Натали Марк – Двойные листочки (страница 72)
Когда девчонки сели на парты перед ними, парни сыграли им один из возможных вариантов. После того, как они допели и оборвали последний аккорд, в классе зазвенела тишина. Петя вышел из-за установки и, поигрывая палочками, облокотился на последнюю парту рядом с девочками.
— Ну как вам?
Миля шокировано на них посмотрела.
— Вы сами это придумали?
— Да, Ванчелло слова написал, а музыку вместе, но это всё ещё очень сыро, — забормотал Петя, глядя на свои пальцы, между которыми чёрная палочка летала так быстро, что белые узоры сливались. — У нас есть ещё несколько набросков, так что прежде, чем топить песню в критике, давайте вы послушаете альтернативный вариант…
— Топить в критике? — воскликнула Миля, выхватила палочку у Пети из рук и стукнула его по голове. — Вы шутите? Это же… Парни, это очень, очень хорошо! Мы послушаем альтернативу, но даже сейчас уже всё понятно.
— Что понятно? — спросил Ваня.
— Что вы, блин, талантливые. Вика, скажи им!
Вика кивнула.
— Да. Это правда красиво.
Петя прищурился.
— Красиво, но восторга не вызывает, как я погляжу.
Вика фыркнула.
— У меня фанатский шок, Певцов. Я не очень разбираюсь, но Миля права, звучите вы… что это за стиль? Это же не совсем чистый рок?
Ваня кивнул.
— Поп-рок. Он мягче и… попсовее?
Петя покачал головой.
— Давай заменим на слово «популярнее». Наша рок мягкий. А ещё очень красивый и популярный.
—
Вика повернулась к Ване и задумчиво прищурилась:
— Вы немного напоминаете группу McFly, у меня в плейлисте есть несколько их песен.
Ваня кивнул.
— Да, мы где-то между ними и Jonas Brothers.
— Возможно, даже где-то рядом с Beatles, — задумчиво сказала Миля.
— Такие же красавчики? — с готовностью спросил Петя.
— Вас ждёт такой же успех, — уверенно ответила Миля. Вика согласно кивнула и спросила:
— И эти слова… Ванечка, когда ты это написал?
Ваня повёл плечами.
— Наброски давно были. А месяц назад как-то слова сами сложились.
— Месяц назад у нас был февраль, если не ошибаюсь? — Вика усмехнулась.
— Вольская, не глумись, любой знает, что музыканту нужна муза. Или, в случае с Низовцевым, её внезапное отсутствие.
Ваня наградил Петю неприличным жестом. Девчонки рассмеялись.
— А тебе, Петруша? Тебе какая муза нужна? — В глазах Вики появился весёлый блеск. — Может, тебе тоже исчезнувшая больше подойдёт?
— А куда это моя муза намылилась?
— Глобально — никуда. А сейчас — в кабинет рисования мастерить ваш первый фанатский плакат.
Парни улыбнулись.
— Подожди, сначала послушай альтернативу.
Парни сыграли несколько версий, но девочки были единодушны в том, что первый вариант, где Ваня поёт низкие ноты, а Петя — на октаву выше, — самый крутой.
После того, как парни составили общий скелет песни, они стали усложнять свои партии. Для Зиновьева мало было просто хорошей композиции. Ему нужно показать мастерство. Поэтому Ваня с Петей добавили соло для гитары и барабанов, которое повторяли десятки раз, чтобы даже в случае ошибки одного другой помог бы быстро влиться обратно в ритм. А ошибок было море. Они оба были талантливы и хотели показать свою лучшую игру, поэтому выбрали очень сложные техники. Такая музыка требовала полной отдачи и качественной отработки.
Параллельно они отрабатывали и кавер. Сначала они хотели взять тот же трек, что играли перед классом на новый год — Thundersruck, поскольку он звучал эффектно. Но в итоге поняли, что кавер и их собственная музыка должны сочетаться по стилю, чтобы отражать концепцию будущей группы. После долгих споров и перебора вариантов остановились на группе Звери и песне «До скорой встречи» из-за запоминающегося соло, однако и здесь они решили не просто исполнить оригинал, а сделать музыку интереснее, а ее звучание — более современным. Как и собственную песню, кавер они играли раз за разом почти ежедневно. К концу дня у Пети дрожали руки, он едва мог держать ручку, когда делал по ночам домашку.
Третья четверть закончилась без особых происшествий, началась четвёртая. Наконец стала известна дата прослушивания — двадцать второе апреля. Наличие точной даты как будто сделало, наконец, их цель более реальной. Парни репетировали, как сумасшедшие, каждый день приходя в школу раньше всех, а уходя настолько поздно, насколько это было возможно, чтобы Петин отец не начал задавать вопросы. В конце концов, за неделю до выступления они оба за день получили по двойке и на алгебре, и на геометрии, и на химии. После уроков Вика с Милей на них напустились и в два голоса напомнили, что прежде, чем отмечать поступление в академию, парням нужно сначала получить аттестат и сдать экзамены.
Поэтому в ту пятницу вместо репетиции Ваня и Петя первый раз за последний месяц зашли в библиотеку, где за большим столом у окна, как обычно, сидел их класс почти полным составом. Когда они вошли, все обернулись и с протяжным «о-о-о» зааплодировали. Переждав нравоучения библиотекарей из-за поднятого шума, ребята задвигали стульями, освобождая для парней место.
— Неужели ад замёрз? — воскликнул Трофимов.
— Мы уже почти забыли, как вы выглядите, — радостно сказал им Бунько.
— Мы виделись полчаса назад на химии, — сказал Ваня, вываливая на стол всё, что находилось в рюкзаке.
Бунько фыркнул.
— Вот именно. На уроки приходите со звонком, уходите сразу после. Ни в столовке вас нет, ни здесь. Только у доски на вас и любуемся.
Все тихо хихикнули. Парни со вздохом сели за стол. Петя скинул синий пиджак, повесил на спинку стула и сказал:
— Да, сегодня музыка подождёт. Пожалуй, три двойки за день — это чересчур даже для таких талантливых гениев, как мы.
— Однозначно подождёт! — воскликнула Миля. — И не только сегодня, но и завтра! Расслабьтесь хоть немного, вы и так пашете, как ненормальные.
— Если под «расслабиться» ты подразумеваешь вечер в библиотеке, то я бы предпочёл другое расслабление, — ответил ей Петя, и под смешки ребят открыл учебник по алгебре.
Какое-то время все работали молча. Петя быстро решил алгебру и геометрию, подивившись, как умудрился сделать на контрольной столько ошибок. Наверное, Миля права и ему нужно как следует выспаться. Закрыв учебник, он зашуршал тетрадью по химии.
— Петруша, подожди с химией, помоги нам здесь, — Ксюша ткнула в график в своей тетради.
Петя объяснил, как решить задачу, и ребята довольно заухмылялись.
— Нам тебя не хватало, Певцов.
— Знаю, — Петя провёл рукой по волосам. — Я незаменим.
— Как и твоё тщеславие, — хмыкнула Вика, сверяя свой ответ с ответом в Петиной тетради.
Ксюша тоже свесилась над тетрадью и слегка нахмурилась.
— У меня опять не сходится.
Вика бросила быстрый взгляд в её тетрадь.
— Вот здесь. — Она ткнула пальцем в её решение. — Здесь надо через теорему Лагранжа.
Сердце у Пети ёкнуло. Когда-то он точно так же указал ей на решение задачи. После первой репетиции ко Дню учителя. Кажется, это было сто лет назад. Тогда Вика разозлилась и высмеяла его, но теперь Пете стало ясно, что она всё-таки слушала. И запомнила. Вся сила воли у Пети сейчас уходила на то, чтобы не перепрыгнуть через стол и не поцеловать Вику прямо здесь, на глазах у всех. Вика перехватила его взгляд, её улыбка становилась всё шире, а глаза горели всё ярче.
Трофимов оторвался от своей тетради, перевёл взгляд с одного на другую и сказал с усмешкой:
— Эй, парочка, остыньте оба, вы же в библиотеке, мало того, что мешаете сосредоточиться, ещё и пожарную безопасность нарушаете.
Все рассмеялись, Петя с Викой тоже. Они оба опустили глаза в тетради, но боковым зрением Петя видел, что губы Вики всё ещё слегка подрагивают от сдерживаемой улыбки.