Натали Марк – Двойные листочки (страница 48)
— Так, одиннадцатый «А», вперёд, вам сюда! — сказала она, призывным жестом указывая на сцену.
— Ой нет, давайте сначала в зале посидим. — Миля поморщилась. — Мы пока не готовы.
— Вот именно поэтому мы и начнём сразу со сцены, через три недели скажете мне спасибо. Привыкайте взаимодействовать с залом и друг с другом в той же обстановке, в которой будете выступать. Только привыкнув и расслабившись, вы сыграете по-настоящему классно. Давайте, все на сцену!
— Но вначале говорят только трое! — сказала Ира, нехотя отрываясь от кресла в первом ряду — на соседние места уже успели рухнуть половина ребят.
— Не важно, во время репетиций вы все будете только на сцене. Бегом!
Пока ребята плелись по лестнице и рассаживались перед Яной на краю сцены, она шуршала листами со словами.
— Так, начинает рассказчик, он же скоморох-потешник. Бунько, дорогой, твой выход. Думаю, во время концерта ты будешь сидеть на сцене, с самого края, вот здесь, рядом с ёлкой. — Яна махнула рукой влево, в сторону огромной украшенной золотыми шарами ёлки, стоящей у окна. Бунько сел, куда ему было сказано, подвинув расположившихся там Ксюшу и Алину.
Яна указала на Певцова.
— За Бунько сразу наш царь. Певцов, готовься. И Ваня тоже. Остальные следят по тексту и участвуют в процессе. Данечка, зая, «участвовать в процессе» не значит «снимать на телефон». — Яна как обычно посмотрела на Трофимова, как на малое дитя. — Если ты уже всё выучил, мы можем начать с твоей сценки. И если тебе нужен архив, тебя и поснимаем.
Трофимов хмыкнул, убрал телефон и уткнулся в слова. Бунько тоже поднял к глазам листы со сценарием. Пока он повторял, Яна обратилась ко всем:
— Сегодня сильно стараться не будем, не напрягайтесь. Наша задача — убрать ваш страх сцены и примерно набросать, кто что делает. Постарайтесь расслабиться и просто подурачиться, тут все свои. Короче, всем, кто находится на сцене, официально разрешается клоунада.
— Клоунаду мы любим, — хмыкнул Бунько, прочистил горло и начал читать свои слова. Как только он заговорил голосом персонажа, все сразу засмеялись. Он читал громко, утрированно медленно и немного более высоким голосом, чем обычно.
— А давайте Федот на этих словах будет ходить по сцене и демонстрировать всё, что говорит потешник: карманы пустые, бицепс покажет, ну и так далее, — предложила Ира.
— Хорошая мысль. — Яна махнул рукой Ване, сидящему рядом с Петей на краю сцены. — Давай, Федот, вставай и сделай что-нибудь. Петя, там и про тебя есть, ты тоже вставай.
Бунько продолжил читать свой текст, глядя на Ваню:
Дальше Бунько чуть поменял голос и начал говорить, бросая слова в Петю:
Все рассмеялись.
— Господи, Бунько, ты действительно создан для этой роли, — сказала Миля, хихикая. — Учителя будут в восторге.
Ваня, медленно шагая по сцене и жестами показывая, что охотится и ловит рыбу, думал о том, что благодаря Бунько чувствует себя гораздо свободнее.
— Ваня — хорошо, так и делай. Петя, презрительный взгляд на рассказчика — отлично! Теперь ваши реплики.
Ваня с Петей проговорили следующую сцену, постаравшись читать не спеша и с выражением, как Бунько, но так же ярко у них не получилось, хотя оба знали свои реплики наизусть.
— Текст мы отшлифуем позже, сегодня просто прогоним вслух нашу сокращённую версию, чтобы все понимали, кто за кем идёт, — сказала им Яна. — Кто-нибудь уже придумал костюмы?
— Да, я придумала! — Миля уже писала что-то на своей копии. — Бунько пусть будет в огромной шляпе, как безумный шляпник из «Алисы в стране чудес», у нас тут в реквизите есть такая. Петруше корону, понятное дело. И хорошо бы красную мантию. Вроде и то, и другое тоже есть в школе.
Петя согласно кивнул.
— Я поищу. Закажу, если что.
— С Ваней сложнее, — Миля приложила кончик карандаша к губам и посмотрела на него. — Белая рубашка, желательно не школьная, а похожая на ту, в которой Петруша был на Хэллоуин. Жилетка, брюки. И сапоги!
— Где я тебе возьму сапоги?
— Может, тоже есть в реквизите, мы посмотрим, — сказала Вика, тоже записывая что-то в свою копию.
— Отлично! Так, давайте дальше, — Яна снова опустила глаза в текст. — У нас сцена с голубицей. Миля, твоя очередь.
— Может, какое-нибудь чучело голубя поискать для Мили? Низовцев будет в руках держать, а потом Миля появится, — предложил Певцов.
— Да, идея хорошая, в крайнем случае — освоим искусство оригами и сделаем Ване голубицу из бумаги. — Яна махнула Бунько. — Потешник, Федот и голубица, начали.
Бунько, Миля и Ваня прочитали сцены, где голубица уговаривает Федота её не есть, а потом превращается в его жену Марусю. Ваня понимал, что для Бунько и Мили роли подходили идеально. Миля читала нежно, а Игорь — очень смешно. Ване тоже легко было изображать грустного Федота. Когда они закончили, Яна спросила у Мили:
— В чём будет наша Маруся? Кокошник? И румяные щёки?
Миля кивнула.
— Да, и сарафан в пол, всё найду, всё сделаю, не волнуйтесь.
— Отлично. Кто у нас ещё остался? Двое из ларца? Жгунов и Савченко?
— Вот не знаю даже, — ответила Миля. — Я думала их тоже в сапоги и рубахи, но надо, чтобы отличалось от Вани. — Миля опять начала грызть кончик карандаша. Она посмотрела на парней.
— Подумайте, в чём будете, вы должны выглядеть одинаково.
— Может, в школьной форме? — спросил Даня Жгунов. — Плевать, что у нас а-ля русский колорит, мы будем, как два агента Смита из «Матрицы».
Яна с сомнением на них посмотрела, но Ваня со сцены кивнул:
— Мне кажется, нормальная идея. Мы же должны всех повеселить. Пусть будут в костюмах, только не в серых-синих, а реально в чёрных. И в очках, желательно одинаковых, как в «Матрице».
— Ладно, мы об этом ещё подумаем, — в голосе Яны всё ещё сквозило сомнение. — Так, теперь сцена с царём, послом и нянькой.
Петя, Антон и Вика поднялись и начали читать свои реплики. Когда очередь дошла до Вики, стало очевидно, что у Бунько появился конкурент. По сценарию нянька всё время оскорбляет царя и спорит с ним. Вика была великолепна в этой роли, она невероятно искренне и смешно чихвостила Петю. Слушать её без смеха не удалось даже самому Певцову, который не отрывал от неё взгляд и явно с трудом сохранял по-царски серьёзное выражение лица. В конце прогнали ещё две сцены: с генералом и Бабой-Ягой, и на этом решено было закончить.
— Трофимов, если ты к среде не выучишь текст, я вполне законно поставлю тебе два по литературе. Арина, отлично, но потренируйся говорить чуть медленнее. Певцов, ты тоже. В два раза медленнее. Доучивайте дома слова и обязательно вслух! Если вы будете молча смотреть на текст, вы никогда не запомните.
Ребята с шумом прыгали со сцены и убирали листы в рюкзаки.
— Вы молодцы, одиннадцатый класс, это точно будет фурор! — сказала им Яна, выключая свет.
— Как и всегда, — хором ответили Певцов с Трофимовым, и все рассмеялись.
ПЕТЯ
Петя не мог вспомнить, случался ли в его жизни более загруженный декабрь. Он был постоянно занят — когда все разобрались с украшениями, началась подготовка к концертам и детским ёлкам. Петю дёргали устанавливать оборудование, таскать реквизит и помогать с репетициями учителям начальной школы. Не говоря уже о том, что Яна Сергеевна не давала им спуску со сценкой. Через неделю после первого прогона она начала спрашивать у них слова и в актовом зале, и на переменах, а иногда и на своих уроках. Обычно она открывала сценку в случайном месте, читала строчку — и нужно было продолжить. В итоге к концу второй недели слова знали все. Петя был благодарен Яне Сергеевне за то, что она настояла на репетициях сразу на сцене. Он боялся, что Миля снова распереживается перед концертом, но к концу второй недели Миля начала держаться на сцене гораздо увереннее, и Яна Сергеевна часто её хвалила.
Сам Петя тоже привык к своей роли, привык, что Вика великолепно играет няньку, которая с удовольствием унижает царя. Он тоже стал играть весьма неплохо, то и дело вызывая смех одноклассников. Но лучше всех со своей ролью справлялся Трофимов. Как только он выучил слова настолько хорошо, что мог одновременно говорить и что-то делать на сцене, репетиция останавливалась, потому что хохотать начинали все. Трофимов настолько вживался в роль, что иногда продолжал говорить стихами и после репетиций. Яна Сергеевна была в восторге.
Помимо учёбы, гор домашнего задания, репетиций и помощи учителям, в их классе очень активно и весело шёл обмен подарками от Тайных Сант. Первого декабря все они с удивлением обнаружили таинственно появившиеся конфетки в своих рюкзаках и сумках. Ребята сначала подумали, что это Яна Сергеевна, но она отрицала свою причастность и даже подтвердила это железным алиби: она была на совещании в ту перемену, когда кто-то это провернул. Кем бы ни был этот щедрый Санта, он тем самым задал настрой всем остальным. С тех пор каждый день ребята подбрасывали друг другу сладости и шоколадки, причём часто не только своим подопечным. Яна Сергеевна очень этому радовалась, заметив как-то, что так ещё сложнее догадаться, кто чей Санта. Ей самой тайных сладостей от класса доставалось больше всех. Петя тоже однажды подкинул ей под стопку с тетрадями шоколадку, пока она болтала с Трофимовым. Но фурор произвёл кто-то, кто каким-то непостижимым образом сумел оставить у неё на столе целую пиццу. Петя гадал, как Санте это удалось, учитывая, что все они всегда были друг у друга на виду.