Натали Лансон – Тайный подарок для императора драконов (страница 19)
Припаркованный мобиль Райлана я увидела сразу.
Рай и Лилия как раз шли к нему.
Понимая, что без сопровождения меня с закрытой территории не выпустят, я бросилась к ним наперерез.
– Лиля! Рай!
– Агата?! – удивилась га’Хала Адари, которая сейчас, насколько я поняла, была в отпуске. – Ты что здесь делаешь? Что-то случилось?
– Я… Нет… Да… – силясь удержать рвущиеся наружу рыдания, до боли прикусила нижнюю губу. – Вы… Вы едете в свой столичный особняк?
– Да. Альвия ждёт нас там. Она пока слишком мала для бала, но оставить её в поместье лилий было чревато. – Райлан улыбнулся. – В четырнадцать лет – это гарантированный скандал, поэтому…
– Можно мне с вами? – перебила я побратима Дария, чувствуя, что вот-вот позорно разревусь. – Мне очень надо… пожалуйста!
– Агата, – посуровела Лиля, приближаясь ко мне и приобнимая за плечики. – Тебя кто-то обидел? Леди Таис знает, что ты…
– Пожалуйста! Я потом всё объясню! Сейчас мне просто нужно побыть одной! Чтобы никто не пытался лезть в душу! Я… я не готова пока выворачивать её наизнанку кому бы то ни было, поэтому и прошу… прошу у вас…
– Так! – прервал Райлан мои терзания, перехватывая руки, которые я нервно сжимала. – Дыши глубже и садись в мобиль. С твоими родственниками разберёмся позже. Поехали… день был долгим, а ночь ещё длиннее. Мы все устали. Лиля, отправь Дарию на почтовик сообщение, что девочка уехала с нами. Всё остальное – после обеда!
Брюнет обошёл моб и открыл нам с дверь, помогая забраться внутрь.
Через пятнадцать минут мы уже были на месте.
Лиля провела меня в гостевые покои, сжала напоследок плечо и быстро поцеловала в лоб.
– Всё будет хорошо, Ри. Отдыхай…
Скинув с себя бальное платье, я поставила полог тишины над кроватью и в шёлковой рубашке упала на постель, зарыдав в подушку от удушающего чувства обиды и непонимания.
Рыдала, пока не отключилась.
Глава 15. Сделать правильные выводы
Проспала до утра следующего дня…
Сначала меня никто не трогал. Разве что из коридора тихо спросили один раз – не хочу ли я спуститься и «позавтракать». Кажется, время перевалило за полдень.
Не услышав никакой реакции, Лиля магией открыла дверь и тихо заглянула внутрь. Я к этому мгновению закрыла глаза и замерла, стараясь не выдать себя.
Тяжело вздохнув, га’Хала императора, что переводится как «старший страж», бесшумно вышла. Только щелчок затвора выдал недавнее появление хозяйки особняка в одной из гостевых.
Я опять провалилась в тревожное забытье.
Разбудил меня уже ближе к ночи тихий шёпот в коридоре. Чуткий сон – это почти проклятие, но в данном случае я была рада.
Перевернувшись на спину, уставилась в посеревший из-за сумерек потолок, внимательно прислушиваясь к голосам.
– Тай, я не стала впутывать мужчин… пока, – голос Лилии был взволнован. Она разговаривала с бабушкой, которая приехала из дворца, насколько я поняла, как только получила сообщение от Тим О Хиной. – Вроде ничего критичного… В смысле, её не обидели физически… но девочка…
– Она не девочка, Лиля.
Суровый голос бабушки заставил дрогнуть моё воцарившееся безразличие, медленно мутирующее в какую-то беспросветную хандру. Каким-то непостижимым образом замедлил этот мерзкий процесс, поставив его на паузу.
– Агате двадцать шесть лет. В её возрасте ты уже объездила половину России, снимая показания для своих опытов. Разве нет? А я уже успела встать на свои самые большие грабли и развестись, оставшись с ребёнком на руках! – бабушка, кажется распалилась, повышая тон, но следующая её фраза, прошелестевшая едва слышно, как лёгкий летний ветер, дала понять, что я ошиблась. – Это моя вина. Опять… Я слишком окружила Агату своей заботой. То же самое было и с Софией.
– Не выдумывай, Тая…
– Нет! Это правда! Я старалась дистанцироваться, но Агата последние годы так редко бывает дома, поэтому… я забыла о том, как хотела себя вести с ней, чтобы не совершать прежних ошибок. И теперь – смотри! Она совсем расклеилась, встретившись лицом к лицу с жутким страхом всех женщин – безответной любовью.
– Ох! Так Агата влюблена? В кого?
У меня всё замерло от страха.
«Неужели, бабушка сейчас расскажет о нашем разговоре!? Лиля, конечно, не чужая… но это… это слишком личное. А теперь так ещё и позорное!» – Я делала слишком резкие выводы – да. Ничего позорного в случившемся не было. Я поняла это со временем, однако на тот момент эмоции сбивали с толку.
– Разве это важно? – даже через дверь я видела бабушкину горькую усмешку, и сама грустно улыбнулась, чувствуя признательность и отпускающий меня страх. – Или ты, как и я, собираешься совершить ошибку и форсировать события?
Лиля гневно цокнула языком.
– Ты угадала. У меня прям порыв схватить говнюка, обидевшего нашу Агатулю, и как следует его оттаскать за ухо!
Представив себе, как Лиля делает то, от чего вообще-то должна защищать императора, громко фыркнула.
Так как бабушку этот момент тоже развеселил, никто не услышал мои приглушённые звуки.
– Обойдётся! – выдавила из себя женщина, отсмеявшись. – Кто его знает? Время – самая непредсказуемая сила Судьбы. Если моей девочки хватит духу перебороть себя и свои чувства, она в ближайшем будущем сама его оттаскает… и не только за ухо! А сейчас давай просто оставим её. Когда Агата будет готова, она сама выйдет к нам. Дадим ей… пару суток.
– Это много, – вздохнула Лиля. – Хватит ли у нас терпения?
– Должно, – отрезала бабуля.
Приятный слуху цокот каблучков медленно затих, оповещая меня о том, что женщины ушли.
Я перевернулась на левый бок и уставилась в огромное окно белоснежных покоев.
Ранняя весна медленно отнимала у зимы права властвования над природой.
Сквозь стекло стекали капли моросящего дождя, как будто они пытались испортить мне настроение еще больше, оставляя за собой мелкие следы. Я смотрела на них, и в какой-то момент они начали напоминать мне слезы – капли, которые не могли решиться упасть, как и я не могла решиться отпустить свою наивную влюбленность. Но я поняла, что это уже не работает. Я больше не могла позволить себе погружаться в печаль.
«Бабушка права. Не в том, что я буду мстить как-то Адари. Нет. Она права в том, что я должна принять выбор императора с высоко поднятой головой. Должна вырасти по-настоящему и отпустить свою наивную влюблённость… Никто не говорит, что это будет просто! Но у меня есть цель – открыть на Уграсе первый кинематограф! Иллюзорный!» – внутренний голос подсказывал мне, что впереди много испытаний, но желание претворить свою мечту в жизнь горело в моем сердце, как огонь. Она, мечта, наполняла меня энергией, и я чувствовала, как в груди разгорается надежда.
Я представляла, как зрители собираются в темном зале, как свет гаснет, и на экране начинают разворачиваться истории, которые я сама создам.
«А потом, возможно, и реальный!» – добавила про себя, представляя, как мечта становится явью.
Это вдохновение будто захлопнуло в сердце ту дверцу, которая своим содержимым чуть не утянула меня в пропасть уныния и собственной жалости.
Я осознала, что впереди меня ждала туча работы, и это знание было именно тем, что мне нужно!
«Работа умеет отвлекать от грустных мыслей, как ни что другое! Надо только сконцентрировать всё своё внимание на ней!»
С этой мудрой мыслью я встала, готовая к новым вызовам и приключениям, полная решимости и уверенности в том, что у меня всё получится!
Я стащила с себя белую кружевную сорочку и кинула её туда же, где валялось бальное платье… Сама же продолжила путь в ванную комнату.
Контрастный душ взбодрил меня. Захотелось снова жить, как бы это ни звучало.
Потом я врубила горячую воду и долго стояла под струями пара, отогреваясь от внутреннего холода.
Когда вернулась в комнату, замотанная в тёплое полотенце, платья и сорочки в гостевых покоях уже не наблюдалась. Лишь запах дорогих духов моей дорогой леди Таис мягко щекотал нос.
Я улыбнулась, чувствуя тонну признательности к этой женщине.
«Она неправа в одном – её вины в том, что я влюбилась не в того, нет! Она же меня предупреждала… Это я – глупая! Я ошиблась, не прислушавшись к её мудрым словам!»
Вытеревшись насухо, достала из саквояжа, оставленного бабулей, чёрную шёлковую ночнушку и оделась, забираясь под одеяло. За окном совсем стемнело… и усталость продолжала меня одолевать, морально высосав досуха.
Я прикрыла глаза, обещая себе встать утром новым человеком, готовым преодолеть любые трудности.
Так и вышло!
Пусть с трудом и огромной долей притворства, но к завтраку я спустилась с улыбкой на губах.
Бабушка и Лиля смотрели на меня с беспокойством на лице, но что-то выспрашивать или докапываться до сути моего поведения не стали.
Я живо поддерживала разговор, узнала, что Снежок прилетел из дворца, но бабуля попросила его пока меня не беспокоить.