Натали Лансон – Овечка в академии оборотней (страница 15)
Естественно проверять не стала. Хотя поначалу думала.
А потом плюнула на всё и решила идти в свою ванную комнату.
«Пусть попсихуют, что не явилась на «стрелку». Неужели они своим умишком дошли до мысли проучить меня в общественной душевой? Агрессивный массаж решили устроить не иначе. Забавно… последний раз нечто подобное было со мной в школе. Я имела глупость сделать замечание местной звезде… а потом билась в туалете, как чокнутая, с её подружками. Восьмой или девятый класс. Мама с папой после того происшествия предлагали услуги психолога… мне! Ха-ха!»
Отпихнув от себя воспоминания, понежилась под струями тёплого душа, наслаждаясь каждой секундой, затем переоделась в мягкую ночную сорочку, выглядевшую как по мне обыденно, даже если вспомнить, что я из другого мира. Короткий фасон до середины бедра не стеснял движения, а бретельки щекотали плечи.
«В такой точно будет хорошо спать… Блин… что ж тело так ломит? Заболею, что ли? – Я взяла в руки книгу и со стоном запрыгнула поверх одеяла. – Идиотка!»
Это было реально глупо, потому что в своей беспечности я совсем забыла, что артефакт перехода оставила на краю кровати.
Тело обдало жаром, а в следующую секунду меня выкинуло в… в общественную душевую.
Пустую. И, кажется, не женскую, потому что кабинки были слишком низковатые для душевного спокойствия отдельных скромниц. Зайди я в один такой отсек для чистоплотного уединения, грудь будет видно точно!
«Почему они пустые, не пойму? – С удивлением разглядывая ряд кабинок, прикусила губу. – Не нравится мне это!»
А потом за спиной услышала шорох.
Так быстро я, наверное, ещё никогда не двигалась!
Зато, стоило увидеть причину шума, застыла, как вкопанная.
«Да… мужская…»
Оказалось, что позади меня тоже кабинки.
Я попала в самый центр душевых, и за спиной у меня даже был один из посетителей… единоличный, слава Богу!
Дыхание перехватило, пока глаза, не мигая, пялились на голого Маркуса Корвина.
Пятикурсник стоял ко мне спиной, в предпоследней кабинке.
Парень вытянул руку, и из лейки хлынула вода.
Кажется, не только от тела Маркуса пар пошёл, но и у меня из ушей повалило!
«И совсем не доходяга… с такими широкими плечами и… и мышцами. Не качок, но воин. Молодой красивый воин… Господи, сколько у него шрамов! – Я дрожала, как натянутая тетива лука. – Надо валить отсюда, пока меня не заметили!»
Я сделала один лишь шаг.
– Стой, где стоишь. – Ледяной голос пятикурсника охладил лучше любого ведра воды, избавив меня от жара.
Слушаться вовсе не собиралась, но тело застыло и отказывалось подчиняться, словно кто-то кинул в меня замораживающее заклинание.
«Чума!»
Мне пришлось стоять до конца и смотреть, как Маркус наслаждается душем.
Раздражение в купе с любопытством и… и, твою мать, с желанием – это вообще бомба, а не опыт!
И ни отвернуться, ни с места сойти! Кажется, я даже моргнуть не могла.
«Мелкий засранец!»
Пятикурсник повернулся и посмотрел на меня только тогда, когда вода прекратила литься.
Его взгляд разбивал меня на молекулы. Клянусь, я чувствовала себя в каждом элементе пространства… Буквально.
Меня пробрало.
Да! Я, наконец, поняла значение этого слова.
Такое чувство, будто меня в костёр кинули.
Чёрные глаза Корвина странно действовали на меня. Такое даже в пубертатный период со мной не случалось! Сплошной гормональный фейерверк! Прям, фу! Зла не хватает!
«И… он голый!»
Маркус двигался, как хищник. По-настоящему подкрадывался ко мне с прищуренными глазами. А потом словно из воздуха достал полотенце и обернул его вокруг своих бёдер, едва мой взгляд пополз вниз по его телу, не отказывая себе в удовольствии.
«А вот не надо было меня движения лишать!»
– Мне неинтересно, что тебе надо, – скривился пятикурсник, останавливаясь напротив меня, не доходя последние двадцать-тридцать сантиметров. – И как ты сюда попала, тоже не интересует. – Склонив голову набок, Маркус застыл в позе любопытства, разглядывая мои волосы, скулы… губы.
«Его тело однозначно расходится в желаниях с его словами. Ему ещё как интересно!»
Удивительно, но у меня получилось улыбнуться уголком губ. И это, кажется, разозлило моего визави.
Искрящий маленький пульсар затрещал между пальцами выпускника.
Рука Маркуса поднялась почти на уровень с моим лицом, но парень ничего не предпринимал. Он явно развлекался, потому что агрессии с его стороны я не чувствовала.
– А с другой стороны, почему бы и нет? С какой стати я должен отказывать себе в доступном удовольствии?
Хлопок – и шарик врезался в меня, проникая в районе солнечного сплетения. Тепло разлилось по телу, помогая ему сбросить онемение.
– Ну и где это будет? Здесь? Или в мою комнату хочешь быть приглашённой?
– Губу закатай! – Фыркнула я, обхватив плечи руками. Уж больно жадно полуголый прототип Дилана О'Брайена пялился на меня, прицениваясь к бретелькам местного аналога нашего земного пеньюара! – Кому-то только что не интересно было!
Корвин вернул всё своё внимание моим глазам и усмехнулся.
– Я передумал. Кто же в здравом уме откажется от такой обворожительной доставки?
– Не буду спрашивать, с какой стати ты решил, что я пришла к тебе… – реакция на мои слова оказалась более чем непредсказуемая. Маркус принялся сокращать расстояние между нами, заставляя меня пятиться, но я настойчиво продолжила: – или кому бы то ни было в этой душевой, добровольно! И так понятно, что думать – это последнее, на что ты сейчас способен… У кого-то самомнение в штанах дымится.
– А ты на штаны мои не смотри, – огрызнулся Корвин, останавливаясь. Не потому, что суть моей претензии до него дошла, а потому, что я упёрлась спиной в одну из стен кабинок, и двигаться в принципе теперь было некуда.
– А я и не смотрю… Штанов нет!
Кажется, Маркус подавился от моей смелости. А потом с его стороны последовал ещё один полузадушенный фырк, и, не выдержав, пятикурсник захохотал, повергая меня в священный ужас.
«Матерь Божья! Оно смеётся!»
Я с изумлением смотрела на лицо пятикурсника, решившего сразить меня наповал своими ямочками на щеках, вытаращив глаза. А потом губы сами расплылись в ответной улыбке, пока… пока новый спазм в животе не заставил меня поморщиться.
Смех резко оборвался.
– Что это? – Шумный вдох, и теперь Корвин попятился от меня, стараясь оказаться, как можно подальше. – Ты издеваешься?
– Что? Я не… не понимаю, о чём ты.
Маркус, кажется, крупно взбесился. Схватив свои вещи, парень принялся быстро одеваться.
– И после этого ты будешь говорить, что не собиралась меня соблазнять?! Вот же… лживая стерва! Это же надо такое удумать!?
– Да о чём ты?! Что ты несёшь?
– Зов! – Рыкнул Маркус, полностью одевшийся. Пятикурсник схватил своё полотенце и спрятал в нём свой нос. – Ты вообще дура, что ли?! Пить зелье, чтобы вызвать…
– Вызвать что? – В дверь душевой с грохотом стукнули. Кажется, с ноги, но она была закрыта на надёжный засов. Я не на шутку переполошилась. – Живо говори, что происходит?
– У тебя течка.
– ЧТО?! – Теперь я испугалась на полную катушку, припоминая всё, что знала из памяти Лины об этом «славном» периоде оборотниц. – Нет-нет-нет… Этого не может быть! Я читала… – маньячно заламывая пальцы, наплевала, что Маркус от меня шарахается, и спряталась у него за спиной. Желающих посетить душевые прибавилось. – Я читала в ваших книгах! Течка у оборотниц в полную луну. Ещё две недели! Не может быть её сейчас! И Эрика… – испуганно схватив Маркуса, у которого зрачки уже было не различить с радужкой по цвету, спросила дрожащими губами. – Разве есть заклинания, провоцирующие досрочный приход этой… этой течки? Могла эта дрянь навесить нечто в этом роде на артефакт перехода, перед тем как обманом подсунуть его мне!?
Корвин с несчастным выражением на лице прикрыл глаза.