Натали Лансон – Гибрид для альфы (страница 4)
Подол был расшит веточками искусственных ёлок. Мне пришлось выпотрошить аж четыре ёлки… учитывая, что кринолинная юбка имела довольно прочную форму, веточки выглядели пышно и весьма богато. Даже несмотря на отсутствие шариков и остальной бешено-яркой аксессуарной мишуры.
– Точно не хочешь навесить пару шариков? – Марина посмотрела на меня умоляющим взглядом.
Я нахмурилась.
– Нет. Это будет… колхоз. Я сделала из маленьких золотых бусин болеро. Этого будет достаточно.
– Да, – согласилась Наташа, осторожно укладывая очередной локон на моё плечо. – С твоими огненными волосами никаких шаров не надо.
– Ага, – захохотала Марина. – Шары сами подкатятся!. Да не одна пара!
– Мариша! – Наталья попыталась возмутиться, но не удержалась и захихикала, как девчонка. – Согласна. Ёлочка в этом году у нас, реально… нереальная.
Когда платье распрямило с помощью марины последние свои иголочки, Ната помогла надеть болеро. Локоны были перекинуты на одно плечо, оголяя шею и левое ушко.
Дверь кабинета хлопнула:
– Ну, где вы… ООООО! – Завуч по учебной части застыла в дверях, ошарашено хлопая глазами. – Филиппушка… какая вы… волшебная! Как есть ёлочка!
– Да, – Марина гордо задрала подбородок. – В этом году у нас волшебная ёлка. Небось, следующий год будет «потрясный», как говорят наши студенты.
Я хотела сказать «вряд ли» (с моим-то увольнением!), но сдержалась, прикусив язык.
«А вдруг!? Сейчас как понравлюсь ректору и этим долбанным стукачам, которым запахом не угодила. И всё! Слава зарплате!»
– Так, – завуч хлопнула в ладоши, – накиньте Филиппе Станиславовне плащ на плечи. Уже половина шестого! Мы опаздываем. Хорошо, что все дети…
«Ага! Дети… конечно!»
– … дети уже в актовом зале. Ректор почти договорил свою речь. Филиппушка, ваш выход через пять-шесть минут.
Девочки послушно подали мне плащ.
Я поморщилась. Сильный запах мужских духов был слишком стойким.
– Нет. Я это не надену. Так пойду. Всё равно вход за кулисы с другой стороны зала. Меня никто даже не заметит. Плащ пахнет духами.
Мариша понюхала плащ и с недоумением посмотрела на меня.
– Ну да. Пахнет. Но не духами, а порошком. Я его вчера сама лично дома стирала. Валик его не надевал. Специально для тебя повесил.
«Валиком» был муж Марины и главный обитатель кабинета технологии, отдавший нам свою обитель на растерзание творческих натур.
Да, запах порошка я тоже слышала, но духи тоже прочно въелись в ткань защитного плаща. Это удивляло. Я никогда не была привередой, а тут носом ворочу!
«Что-то сегодня всех на ароматах закоротило…»
– Ничего страшного. Иди уже так, Филиппа Станиславовна, – отмахнулась Арина Петровна. – О! Чуть не забыла! Я же освежитель воздуха с лесным арома…
– НЕТ! – воскликнула я, ловко отпрыгивая от баллончика освежителя. – Всё прекрасно и так…
– Ладно… – лица у женщин вытянулись, а я насторожилась ещё больше.
«Ничего прекрасного! Что происходит?!»
Мы покинули кабинет технологий и быстро зашагали по пустынным коридорам ГАРОТ.
Я молчала, замкнувшись в себе и своих ощущениях. Что-то опять происходило со мной. Обычно в такие минуты я старалась закрыться в своей спальне и отлежаться. Не сказать, чтобы это происходило часто. Обычно в дни менструационного цикла. Повышенная раздражённость к запахам, обострённый слух… я даже технику в эти три дня не включала. Благо три, а то даже не знаю, что со мной было бы! Крёстная объясняла это особенностью организма, но до месячных ещё две недели.
Опять же причина увольнения меня смущать не перестала. Я думала, что одна такая… странная. А тут, оказывается, таких странных целый ВУЗ!
Я остановилась и с удивлением посмотрела на бархатный синий занавес.
«Уже пришли?!»
– … с Новым годом! – оглушил ректор, врываясь в мои уши микрофонным усилителем звука.
«Воу! Вот это я задумалась!»
Марина коснулась моих губ помадой.
Отстраниться даже не подумала, несколько озадаченная силой своего самокопания.
– Так-то лучше! – кивнула секретарь, делая шаг назад. – Ну, Филя, удачи! Стой красиво. – Молодая женщина улыбнулась, с восхищением в глазах окидывая меня тёплым взглядом. – Тебе очень идёт винный цвет.
– Какой?!
Марина показала помаду.
– Вчера купила. Продавец сказал, что блондинкам очень идёт… Не смотри на меня так. – Из колонок бахнула музыка из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию» – «Январская вьюга». Только на современный лад. – О! Твой выход! Исчезаю!
Высказаться, как и исправить возмутительное непотребство на своих губах я не успевала.
Занавес потянули в стороны два студента, оторопело разглядывающих нас до этого момента.
Растянув яркие губы, улыбнулась, смиряясь с вызывающим цветом.
«С другой стороны, сгорел сарай – гори и хата!»
Анна Василькова запела ремикс знаменитой певицы всех времён, который перепела ASTI.
–
В мои обязанности входил изящный проход на подиум, где установили место для даров. Что я и сделала, легко выполнив свою задачу.
–
Улыбаться, когда вокруг тебя пляшут красивучие «снегурочки» и поёт очаровательная Аня – одно сплошное удовольствие. Постановочный номер нравился всем и каждому! Настоящий восторг!
Именно его я ловила во взглядах, устремлённых на сцену.
Ректор подмигнул мне, когда я посмотрела на него. Наташа показала два больших пальца.
–
Глубоко вздохнув, распрямила практически оголённые плечики. Усмехнулась… а потом подняла взгляд на последние ряды зрителей и замерла.
«Волков».
–
Никита смотрел на меня… ненормально.
Описать взгляд выпускника сложно. Он был… хищным, что ли? Да… наверное.
Я чуть с концентрации не сбилась. Мне и так нелегко давалась роль главной виновницы торжества, а тут ещё такие взгляды!
«Не смотри на него!» – приказала себе и тут же отвела взгляд, улыбаясь уже другим.
– … а потом не найдут никогда-никогда…
Номер подходил к финалу, и улыбаться стало куда легче.
Овации и подбадривающий свист зрителей пробудил во мне уверенность в своей красоте.
Было приятно, что мой костюм вызывает такой дикий восторг у студентов и преподавателей.
Я уже расслабилась, готовясь простоять два часа на подиуме, как ректор подошёл ко мне: