Натали Лансон – Атлас-3 (страница 11)

Дом– пятиэтажка стоял в старом микрорайоне. Покосившиеся скамейки, детские площадки с ржавыми качелями… Совсем не то, к чему я привыкла в своём особняке за двухметровыми стенами.

«Хах! Такая же мажорка, как тот воронежский мальчишка. Разница лишь в том, что меня довольно грубо вернули в житейские реалии простых смертных! Типа: «Не забывай, Софа, кем ты была, и кто ты есть на самом деле!»

Позвонив хозяйке, получила новую установку – подниматься до двери квартиры без домофона.

Подъезд пах плесенью и затхлым потом прошлого. Стены были окрашены когда-то в бежевый цвет, но теперь от краски остались лишь жалкие полоски. Лифт оказался сломан, и мне пришлось подниматься на третий этаж по лестнице с треснувшими ступенями.

На площадке я остановилась, переводя дыхание. Квартира 314 – выцветшая табличка с номером едва держалась на двери.

Я посмотрела на телефон – время подошло. Хозяйка обещала ждать внутри.

Звонок прозвучал громко и резко в тишине подъезда. Сначала ничего не происходило, но потом послышались шаркающие шаги. Замок щёлкнул, и дверь приоткрылась.

Передо мной стояла пожилая женщина – лет семидесяти пяти, с седыми волосами, собранными в аккуратный пучок, и усталыми глазами цвета выцветшего неба. На ней было простое хлопчатобумажное платье, а на шее болталась золотая цепочка с крестиком.

– Вы София? – спросила она, оглядывая меня с ног до головы. В её голосе не было ни осуждения, ни любопытства – только деловая сдержанность.

– Да, – кивнула я. – Здравствуйте. Я забронировала квартиру...

– Всё верно, – перебила она, отодвигая дверь шире. – Проходите.

Я переступила порог и сразу почувствовала запах. Не просто затхлый – а какой-то особенный, приторно-горький, будто в каждой щели сдохло целое гнездо мышей. Воздух был густым, почти осязаемым.

Еле удержала позывы рвоты.

Квартира выглядела типично для однушки – крошечная кухня, комната с балконом и узкий коридор ведущий к ванной. Мебель – старая, из той, что дешевле выкинуть, чем ждать покупателей на Авито. Телевизор на кухне был с кинескопом. Я даже не ожидала, что такие ещё сохранились!

Но хуже всего были окна. Они выходили прямо на помойку – кучу мусорных контейнеров, стоящих в тени соседнего дома. Оттуда тянуло не только запахом разложения, но и каким-то зловещим ощущением заброшенности и отчаяния.

Только кристальная чистота останавливала меня, чтобы не выскочить отсюда.

– Простите за запах, – сказала хозяйка, заметив мой взгляд. – Куда я только жалобы не писала…

Она поставила на подставку чайник, достала две кружки из буфета и начала наливать кипяток. Руки у неё дрожали, но движения были уверенными.

– Вы не представляете, как я вам благодарна, – сказала я, оглядывая своё будущее временное жилище. – Я... Я готова снять квартиру на два дня... для начала.

Рубить концы, сразу определяя срок проживания, поостереглась.

Хозяйка посмотрела на меня внимательно, словно видя насквозь.

– Я вас узнала, – тихо сказала она. – В новостях показывали. – Старушка покачала головой и глубоко вздохнула. – Странная история... и больше всего меня удивил рейтинг вашего мужа, который скакнул так, что нашему президенту и не снилось. Вот и думаю теперь: у людей совсем мозги перестали работать?

– Я…

Старушка отмахнулась, пододвигая ко мне чашку с крепким чаем с ароматом лесных ягод и трав.

– Не отвечай, девочка. Это был риторический вопрос.

Я сглотнула ком в горле. Впервые за долгое время кто-то говорил со мной не с осуждением, а с пониманием.

– Спасибо, – прошептала я. – Правда, спасибо.

– Было бы за что.

Хозяйка улыбнулась – тёплая, искренняя улыбка, из-за которой почему-то в носу защипало, а на глаза накатились слёз.

Опять быстро заморгала, чтобы взять эмоции под контроль.

– Ну, если что-то понадобится – стучись, – сказала она, поднимаясь и протягивая мне ключи. – Я на первом этаже, в той же парадной. Сильно тут не шуми, пожалуйста – соседи нервные. За углом есть продуктовый магазинчик. Если надумаешь готовить – кастрюля и сковорода в нижнем шкафчике. Отдыхай.

Когда она ушла, я осталась одна.

Стояла тишина, нарушаемая лишь шумом проезжающих машин и странным скрежетом где-то за стеной.

Я поставила сумку с деньгами на тумбочку, подошла к окну и посмотрела на помойку.

«Ну что ж, – подумала я. – Начало положено. Теперь главное – не свернуть шею на этом пути к справедливости».

Я глубоко вдохнула затхлый воздух квартиры, чувствуя, как внутри нарастает решимость.

Глава 9. Новая жизнь

До встречи с Алиной оставалось как раз два дня, поэтому я решила провести их с пользой для своей измученной психики – а именно отдохнуть.

Первым делом отправилась в ближайший супермаркет – не столько за продуктами, сколько за… запахом. Приторно-затхлый дух квартиры, от которого кружилась голова, не позволял привести в исполнение моё желание.

Я перебрала полки с освежителями, пока не наткнулась на «Эрвик» с надписью «Свежесть горного утра». Упаковка была простенькой, но аромат – чистый, лёгкий и невероятно освежающий.

– Вот он, – прошептала, как будто находила не средство от запаха, а спасательный круг.

Вернувшись домой с полными пакетами продуктов, я распылила освежитель по углам, особенно у окна и в ванной комнате. А ещё зарядила пластину на автоматическом диффузоре, выставив режим «2 минуты».

Практически моментально в квартире стало дышать легче. По крайней мере меня больше не тошнило. Правда, стоило приоткрыть форточку – и запах помойки врывался внутрь, как насмешка судьбы: «Ты думала, что сможешь скрыться? Нет. Я никуда не делся!»

Я быстро захлопнула окно и села на край скрипучего продавленного дивана, глядя на потолок с трещиной в виде разветвлённой молнии.

Вздохнула пару раз и решительно встала, чтобы приготовить себе… суп из курицы, потому что борщ любил Илья, а мне не хотелось даже через такое напоминание думать о муже-предателе.

Ела сытный вермишелевый суп и почти улыбалась, слушая очередной чокнутый репортаж журналистки, которая освещала очередную бредовую версию нового Апокалипсиса, доказывая, что летящая мимо нашей планеты комета – не комета вовсе, а инопланетный корабль!

Я покачала головой.

– Совсем с катушек поехали…

Именно в этот момент зазвонил телефон.

На экране – имя, от которого у меня сжалось всё внутри: «ЛЮБИМЫЙ».

Я не спешила отвечать. Пусть подождёт. Пусть почувствует, что его контроль – иллюзия. Что я – больше не его кукла.

Всего лишь на секунду, но как же мне стало приятно от этого.

На четвёртом гудке я всё же нажала «принять».

– Слушаю.

– Где ты? – голос Ильи был резким, раздражённым, будто это я названиваю ему, а не он мне! Причём во время утреннего совещания.

– Тебе эта информация зачем? – спросила спокойно, хотя внутри всё клокотало. Особенно от того, что я до сих пор не переименовала этот… «контакт» на что-то более подходящее. Например, «гнида» или «сволочь».

– Не юли. Я знаю, что ты в Самаре. Артур доложил, что тебя видели на вокзале его знакомые.

«Интересно, что это за знакомые такие? Щипачи?» – я поморщилась. Всегда недолюбливала начальника безопасности Белова. Этот Артур казался скользким товарищем.

– Только не говори, что поставил на меня слежку, как на террористку.

– А надо? – парировал Илья, никогда не отвечая на вопросы прямо… хотя раньше этого в его характере не было. – Не заставляй тебе напоминать: ты должна быть на связи. Суд назначат через две недели. Ты должна явиться и подтвердить отсутствие притязаний на имущество и опеку.

– А если нет?

– Не валяй дурака, София, – рыкнул Илья. – Ты же понимаешь, что, если не сделаешь этого, всё пойдёт по-другому.

– По-твоему, – уточнила я.

Тишина. Потом – тяжёлый выдох.

– Ты изменилась.