Натали Катс – Преданная (страница 14)

Еще они сходили в кино, но вот только Юля даже не запомнила, что это был за фильм, они сидели на последнем ряду и целовались… И не только целовались… Очень уж Юле хотелось подразнить Сережу, и она стала шептать ему на ушко, о том, как бы она хотела почувствовать его руки на своем теле. И не дождавшись конца фильма, взбудораженный откровенными фантазиями Сережа, подхватил ее на руки и вынес из кинозала.

До дома они долетели за три минуты, и Сережа даже забыл про платье и свое желание медленно раздевать Юлю. Их вторая ночь была еще более прекрасной.

Все воскресенье они провели в постели. Юля оказалась весьма хорошей любовницей. Еще совсем неопытной и неумелой, но очень старательной. И Сережа, обнимая обнаженную красавицу, думал о том, что он с удовольствием обучит девушку этой науке.

Глава 23

Дни полетели со скоростью света. Счастливая Юля каждое утро встречала с улыбкой, а каждый вечер ждала с нетерпением.

На работе тоже все шло хорошо. Все же она была довольно неглупая девочка и с обязанностями секретаря освоилась довольно быстро. Навела порядок, слегка подзабытый Маришкой и ее предшественницами. В компании перестали пропадать письма, все документы попадали в отделы вовремя, и теперь даже хмурый и вечно недовольный главный инженер смотрел на нее благосклонно. И Юля была довольна. Теперь-то уж точно никто не скажет ни слова против, когда Сережа посадит ее на место экономиста. Все видят, что, несмотря на их отношения, она совсем не отлынивает от работы.

Отношения с Сережей тоже радовали. Юля уже давно осознала, что безнадежно влюблена в этого мужчину. И Сережа каждый день давал понять, что она ему небезразлична. Он крепко обнимал ее, нежно целовал, шептал на ушко комплименты, от которых ей хотелось смеяться от счастья. А уж их совместные ночи, а теперь и не только ночи… Каждый раз чувствуя восторженный трепет Сережи, когда он ласкал ее тело, она понимала, то что происходит между ними не просто секс, это любовь. Настоящая любовь, про которую пишут в книжках.

А еще Сережа чрезвычайно баловал ее. И Юля теперь обзавелась и новым гардеробом, и большим красивым смартфоном, привыкла ходить по ресторанам и почти перестала готовить сама.

Единственное, что омрачало безоблачную и счастливую Юлину жизнь – это зависть подруги. У Светы с Глебом дела шли не очень хорошо. Они часто ссорились, им отчаянно не хватало денег. Юля с радостью бы помогла, но зарплату она пока еще не получала, а просить денег у Сережи, чтобы отдать их подруге… ну это же как-то неправильно. А Света с одной стороны соглашалась с ее доводами, а с другой… Юля чувствовала, что каждый разговор с подругой, теперь уже, кажется, бывшей, дается с трудом.

– Ты не забыла, – Сережа с разбега запрыгнул на кровать и, пощекотав хохочущую Юлю, прижал ее к себе, – ты не забыла, завтра мы идем на вечеринку.

– Я помню, – улыбнулась она, – И я еще несколько дней назад записалась к парикмахеру. Так что твоя спутница будет выглядеть абсолютно умопомрачительно…

– Пусть смотрят и завидуют, – рассмеялся Сережа, и продолжил сексуальным шепотом, – а вот трогать мою спутницу смогу только я… вот так… и вот так… и целовать ее буду тоже только я… вот так…

Сережа нашептывал ей на ушко, комментируя свои действия, и Юля, рассмеявшись, обняла любимого и прижалась к нему:

– А еще только тебе достанется самое сладкое, – жарко зашептала Юля, и, не отрывая взгляда от Сережиных глаз, спустилась ниже.

Чтобы успеть подготовиться к вечеринке, Юле пришлось уйти с работы в обед, хотя Сергей Николаевич был страшно недоволен. В салоне ей сделали шикарную прическу, привели в порядок ноготочки на руках и ногах… Когда она смотрела на себя в зеркало, надев купленное заранее вечернее платье и золотое ожерелье, подаренное ей в честь месяца их отношений, не могла сдержать улыбки. Эта роскошная красотка никак не могла быть простой девчонкой из забытого богом поселка....

Вечером, когда Сережа за полчаса до начала вечера заехал за ней, то первым делом заявил, что он уже никуда не хочет. Восхищение в глазах любимого мужчины было таким настоящим и искренним, что Юля невольно вспыхнула и опустила глаза…

– Юля, – Сережа дернул кадыком, – если бы я не должен был присутствовать на этой дурацкой вечеринке… мы бы никуда не поехали, Юль… ты такая… такая… я так хочу тебя… И у нас есть еще немного времени.

В ресторан они приехали одни из последних, им обоим пришлось приводить себя в порядок. Но зато глаза у них горели таким огнем, что, казалось, от их взглядов вспыхивает все вокруг. И даже швейцар, открыв дверь, понимающе ухмыльнулся.

Вечеринка, действительно, была чересчур пафосной и скучной. Сначала они с Сережей ходили от кучки к кучке и мужчины здоровались. Что примечательно, спутниц никто представлять не торопился, хотя рядом с каждым мужчиной стояли красавицы-подруги. Но Юля решила, что они все, видимо, давно знакомы. И, не долго думая, начала представляться сама, протягивая мужчинам ладошку, которую они с улыбкой пожимали. Сережа сначала посмеялся, потом заскрипел зубами:

– Юля, – не выдержав заявил он, – если ты хочешь отношений с этими мужиками, то может тебе лучше отцепиться от моего локтя?

– Сережа, ты что? – удивилась она, – это же просто вежливость, не более… А ты что ревнуешь?

– Нет! – резко отрезал Сережа, – но мне неприятно смотреть, как моя девушка вешается подряд на всех мужиков.

– Прости, – понимающе улыбнулась она, – я больше не буду с ними разговаривать. Буду стоять и молчать, как эти куклы.

– Юленька, – улыбнулся довольно он – ну что ты со мной делаешь, а? Я себя таким ярым собственником никогда в жизни не чувствовал. Прости… Но лучше и, правда, не разговаривай с этими козлами. Уверен, они все мечтают, увести тебя от меня, Юль. Ты здесь самая красивая…

Дальше все пошло, как по маслу. Юля молчала, Сережа вел беседы со знакомыми и знакомился с незнакомыми. Он частенько нашептывал на ушко Юле, рассказывая, что вот этот невзрачный толстячок зам мэра по строительству и очень важный человек. А вон тот, который горстями трескает канапе у банкетного стола, начальник службы пожарной безопасности, и к нему не раз придется идти на поклон за подписью в проектной документации…

Вообще, Юля была удивлена. Большие начальники совсем не казались лучшими, более образованными и культурными людьми, чем сотрудники их офиса. А кое-кто, например, главный эколог, был вообще откровенно туп.

Под конец она уже немного устала, ведь все это время пришлось провести на шпильках, и откровенно висла на Сереже, стараясь дать отдых ногам. Вечеринка подходила к концу и вдруг:

– Недотрога? – услышала она голос приставучего кавалера.

Глава 24

Юля с негодованием развернулась:

– Опять ты? Ты меня преследуешь?! Отвали, придурок!

– Замолчи, дура, – Сережа рванул ее к себе, и прижал, к груди, затыкая рот. – Здравствуйте, Сергей Алексеевич, простите, она обозналась…

Его голос изменился. В нем появились совершенно незнакомые, лебезящие нотки, которые так удивили Юлю, что она перестала вырываться.

– Привет, Серег, – ухмыльнулся противный брюнет, – твоя цыпочка… давно?

– Да нет, – Сережа по-хозяйски огладил спину ошеломленной Юли, крепко прижимая ее к себе и не давая ни вырваться, ни что-то сказать, – с месяц у меня работает…

– С месяц, говоришь, – Сергей Алексеевич невесело хохотнул, и она с ужасом почувствовала чужую руку на своей попе, – хороша девка… Загляни ко мне в понедельник, поговорить надо…

– Да, Сергей Алексеевич, я обязательно заеду…

Он ушел, а Сережа, наконец-то, отпустил Юлю, разжимая железные объятия:

– Т-ты-ы! Т-ты! – прорыдала она.

Ее обида была настолько велика, что, захлебываясь рыданиями, она даже не могла сказать Сереже о своем возмущении.

– Юленька, – Сережа попытался снова обнять ее, – это региональный менеджер Стройдома. Мой и твой, между прочим начальник… А ты его чуть ли не матом покрыла.

Юля шокировано посмотрела на любимого. Он так ничего и не понял. Он даже не чувствовал себя виноватым. Хотя сейчас, прямо здесь, при всех, обидел и унизил ее. Растоптал. И выбросил на потеху публике…

Она разрыдалась еще сильнее, хотя, казалось, что больше некуда, и бросилась вон из ресторана. Ее сердце разбилось вдребезги, такого предательства от любимого мужчины она не ожидала. Хотелось просто исчезнуть с лица земли. Умереть. Лишь бы эта боль, терзающая душу исчезла.

Сережа догнал ее на выходе:

– Прости… ну, прости меня, дурака, Юль. Я так растерялся, что сам не понял, что творю… прости, пожалуйста… прости….

– Ты… Ты… – Юля пыталась высказать ему свою обиду, но у нее опять не получилось.

Но Сережа все понял и без слов. Он обнял ее, нежно, мягко прижал к себе, и принялся нашептывать на ушко слова извинения. Он говорил, что она самая лучшая на свете, что он тупой идиот, что так повел себя. Он клялся, что такое никогда не повториться. Целовал куда придется.

Одновременно вызвал такси, и повез Юлю домой. Успокаиваться она начала только дома. Сережа, искренне огорченный ситуацией, вынес ее из такси на руках. И на руках же занес домой.

Все это время она не сказала ни слова. Дома Сережа, прямо у порога, встал перед ней на колени, вымаливая прощения. И увидев его у своих ног, такого несчастного и с такой мольбой смотрящего на нее, Юля вдруг поняла, что не может больше сердиться и обижаться. И простила…