Натаэль Зика – Ненаглядная жена его светлости (страница 65)
Слава Всевидящему, освободился!
Правда, Фернану теперь было небезопасно появляться в соседнем государстве, пасынок почему-то не поверил в случайную смерть матери и рвался лично поквитаться с отчимом.
Пока длился траур, баронет в корне переосмыслил свои приоритеты и возможности. Время работает против него, поэтому он больше не имеет права на ошибку! Теперь он искал круглую сироту или аристократку без старших родственников мужского пола.
Фернан решил покопаться в своей родословной и не прогадал! Подумать только, решение большинства проблем лежало у него под носом и едва не уплыло из рук!
Тщательно проштудировав дальнюю родню по матери – ближней по отцу не осталось – ему удалось выяснить, что он приходится родственником графам де Маре. Троюродным кузеном, считай, седьмая вода на киселе. Но – вот же везенье! – единственным ближайшим родственником мужского пола! А у графа подрастала на редкость красивая дочь.
Фернан вытащил всё своё обаяние и добился, чтобы его приняли в доме. Быстро оценил перспективы – после вдовушки на слово он больше никому не верил – богатое поместье, совсем юная, единственная наследница у хлебосольного и добродушного графа, и приступил к действиям. Ясно было, что такой цветок молодые женихи не упустят, а отец на обретённого родственника как на потенциального зятя даже не смотрел. Пришлось форсировать события.
Благо опыт уже был!
Графиня осиротела за четыре месяца до своего совершеннолетия, и тут баронет, почувствовав скорую развязку, допустил промашку. До сих пор девочка относилась к кузену радушно: раз отец принимает в доме, значит, и ей нужно быть приветливой, как-никак – родственник!
Баронет явился в поместье после похорон уже как полновластный хозяин и опекун несовершеннолетней наследницы. Изначально собирался девчонку утешить и постепенно приручить к себе. Но Адель разрыдалась у него на груди, прижавшись, словно ища утешения. Похоть ударила в голову, и Фернан принялся жадно целовать девушку, больно стискивая через лиф платья нежные полушария. Юная графиня очень испугалась и сначала замерла, а потом забилась раненой птицей, распалив его сопротивлением ещё больше. И только когда бестия укусила его за язык, боль отрезвила, вынудив оттолкнуть мерзавку.
Но даже полный рот крови не помешал пообещать дуре, что она в скором времени поплатится за свою дерзость. Мол, хотел с тобой по-доброму, но раз ты так, то пеняй на себя!
– Я единственный твой родственник мужского пола, – превозмогая боль, заявил баронет, – до совершеннолетия ты находишься под моей опекой. А как стукнет семнадцать, выйдешь за меня замуж.
Девчонка попятилась и замотала головой.
– Выйдешь, деваться тебе некуда! – припечатал кузен. – А пока посидишьв поместье. Подумаешь о своём поведении. Я тебе не папенька, потворствовать не собираюсь!
Был уверен, что девка никуда теперь не денется. Адель вела себя тихо, не перечила, слёз при нём больше не лила, впрочем, он пока рук не распускал.
Усыпила бдительность опекуна, дождалась совершеннолетия и дала согласие на брак с другим! Вдовствующая графиня Д’Аламос свалилась, как снег на голову, и буквально поставила Фернана перед фактом:
– Мой сын Анри берёт в жёны вашу родственницу.
– Но я её опекун! Без моего согласия...
– Обойдёмся, – графиня прищурила глаза. – Адель с сегодняшнего дня совершеннолетняя, и разрешение на этот брак уже получено от самого короля.
Подсуетилась, старая интриганка!
Пришлось смириться.
И тратить немыслимые деньги, подкупая горничных графини, которые не только докладывали баронету обо всём, что происходит в доме графа де Лисар, но и пичкали ничего не подозревающую Адель противозачаточными снадобьями.
Он не мог допустить, чтобы его ключ к богатству и титулу графа де Маре родил ребёнка другому мужчине. Ведь тогда он, Фернан, никогда не получит это графство!
Согласно закону королевства, единственная наследница должна передать право на родительские земли своему сыну или дочери, рождённым в первом браке. Если же такой брак оставался бездетным, а наследница становилась вдовой или умирала, то земли и титул переходили к ближайшему родственнику мужского пола.
Смерти графине Фернан не желал.
Пока.
Девчонка должна сначала расплатиться за своё вероломство и компенсировать ему годы ожидания.
Изначально баронет решил выждать лет пять, чтобы внезапная смерть сразу после бракосочетания молодого, полного сил графа не выглядела подозрительно. Но выдержал только два года. Лекарь соседнего государства, с которым он познакомился во время ухаживаний за баронессой, вместе с любовным зельем продал ему крохотный флакончик с настойкой корня арекола.
– Смотрите, лорд, – предупредил лекарь-дариец, – одна капля остановит желудочное расстройство. Две капли вылечат воспаление лёгких или язву желудка. Три капли можно применить однократно при тяжёлом ранении, сильной кровопотере – пострадавший дотянет до лекаря. Но три капли – только самый крайний случай, когда жизнь человека висит на волоске!
– А если дать, нечаянно, разумеется, четыре капли? – поинтересовался баронет, рассматривая флакончик.
– Долгая тяжёлая болезнь. Шесть капель – мгновенная смерть, лорд. Осторожнее с настойкой, следите, чтобы она не попала в несведущие руки! Впрочем, во флакончике не больше четырёх-пяти капель.
– Я её из рук не выпущу! – пообещал Фернан.
– Учтите, одна капля тоже может быть опасна! Если человек здоров и нечаянно примет настойку, его органы просто откажут!
– О! Как вылечить?
– Увы, никак! Человек сгорит за два-три дня, и лекарь, если не сказать о ареколе, даже не догадается, что за желудочная болезнь поразила его пациента. Вообще-то, я не продаю настойку на сторону, но мне сейчас нужны деньги, а вы платите золотом...
– Спасибо, мэрт! Я много путешествую по таким местам, где не всегда есть доступ к целителям, а человек – увы! – хрупок. И смертен. Поэтому такое снадобье в долгом и опасном путешествии может спасти мне жизнь!
Продавец с покупателем расстались вполне довольные друг другом.
И спустя несколько лет снадобью нашлось применение: как дариец и говорил– всего одна капля, добавленная в тарелку де Лисар, и через седмицу в графстве объявили траур.
А лекари и дознаватели только руками развели – внешнего воздействия не обнаружено, просто желудочная лихорадка, с которой организм лорда не справился.
Удача!
Но он опять не сдержался!
Казалось бы – вот она, добыча! Подожди немного, и вся твоя! Тем более, баронету было чем заняться помимо вдовы – графство де Маре отошло к нему, к Фернану! Сбылась мечта. Теперь никто не посмотрит свысока – титул, земли, деньги!
Но строптивая Адель не шла из головы. Вдова – не девица. Теперь-то можно не церемониться, а смело брать.
Еле дождался, когда старуха-мать покойного супруга леди уберётся в Обитель, и нагрянул без предупреждения. Для леди. А прислуга была в курсе, но за хорошую мзду не только промолчала, но и в условленный день и час убралась из дома.
Отказом своенравная графиня задела за живое, разожгла в нём азарт охотника. Ну и второе графство, де Лисар, которое перешло бы новому супругу леди Адель, было совсем не лишним. Глупо отказываться стать ещё богаче и родовитее!
Увы, он снова ошибся – вместо того, чтобы просто увезти строптивицу к себе, зачем-то решил с ней поиграть. И доигрался: надо же такому случиться, что именно в это время приспичило приехать старшему брату покойного?
Герцог повёл себя совершенно неучтиво, а потом ристов родственничек покойника нажаловался на новоиспечённого графа королю.
У Фернана даже грешная мысль появилась – а вдруг всё неспроста? Вдруг Всевидящий против этого брака, поэтому леди раз за разом и ускользает из его рук? Сейчас, когда он стал так богат и знатен, многие отцы сами предлагают ему своих юных дочерей, так зачем ему подержанная женщина?
Мужчина уже был готов махнуть на малолетнюю дуру рукой, но при встрече с королём произошло небольшое недоразумение.
После доноса герцога Фернана вызвали в столицу. Величество весьма разгневался на бывшего баронета и отказался принимать во внимание его оправдания. Дело шло к тому, что вместо прибавления в виде второго титула и жены тот вот-вот лишится с таким трудом добытого графства де Маре!
В отчаянии баронет рухнул на колени и вцепился в полу камзола его величества, умоляя о пощаде. Монарх брезгливо оттолкнул протянутые руки, Фернан не удержался и упал. Из-под ворота рубашки на пол выскользнул аквамариновый кристалл. Тот самый, который перед своей смертью матушка повесила на шею сыну.
– Что это? – король замолчал и уставился на камень.
– Ваше величество, простите! Ваше вели...
– Заткнись! Встань! И отвечай, что это? Артефакт?! Или... Да, я чувствую магию. Откуда он у тебя?!
– Ма... Матушкино благословение, – заикаясь, ответил Фернан.
– Матушкино благословение на теранском берилле, – пробормотал себе под нос король. – Продай!
– Нельзя! – отшатнулся Фернан. – Это же последнее благословление! Только благодаря ему я до сих пор жив и... почти благополучен!
– Да знаю я, знаю, что это такое! – величество в волнении вытер лоб и показал рукой. – Садись. Поговорим спокойно.
Не веря в происходящее – две минуты назад монарх обещал отнять дворянство и выслать из страны – Фернан осторожно присел на краешек стула.