Натаэль Зика – Фальшивый брак. Расплата (страница 37)
Другой вопрос, что отцом своего малыша она видела не Олега, а…
И Лиза почувствовала, как её щёки запылали кумачом. Причём ещё до того, как она мысленно произнесла мужское имя – хватило просто о нём подумать!
Неправильно это – будучи замужем за одним, представлять другого! И не важно, что брак у них не настоящий, а у мужа параллельно с фальшивой женой есть вполне себе действующая любовница.
«Пока я не свободна – и речи быть не может об отношениях с другим мужчиной. Тем более, чтобы я позволила себе забеременеть не от мужа! Да дедушка в гробу перевернулся бы! Уж лучше, если совсем прижмёт, подать на развод. Да, пожертвую холдингом, но зато сохраню себя! - решила она про себя. – И всё-таки, лучше сначала посоветоваться. Но с кем?»
Те, кому она доверяла, отлично разбирались в бизнесе и в безопасности, но вряд ли могли помочь дельным советом в обсуждении личных вопросов.
Обсуждать же с мужчинами столь интимные темы Лиза была категорически не готова.
Таким образом, Рокотов, Жаров, Воеводин и особенно Макаров, отпадали. Тем более что первые трое не в курсе существования в их с Левиным браке дополнительного персонажа – Карины. Как она объяснит, с какого перепуга якобы посторонняя девушка лезет в супружескую пару и даёт такие советы?! И откуда у той засекреченные сведения про условия завещания?
Нюансы известны лишь ей, поверенному, Левину, маме и представителям благотворительных организаций. Даже начбез не в курсе!
Рокотов тут же вцепится в Карину бульдогом и непременно всё из неё вытрясет. Кто знает, чем это всем аукнется?
Любовница не приукрасила, напомнив об интересе благотворителей! Нет-нет, Дмитрий Владимирович, как и Кирилл Петрович с Ярославом Сергеевичем, однозначно на роль советчиков в этом вопросе не годятся!
Остаются двое.
Галина Николаевна – главбух и преданная семье Рузановых, любящая свою работу женщина, могла бы её выслушать и, вполне возможно, дать дельный совет.
Но… Опять это пресловутое «но»!
Галина Николаевна ничего не знала про условия завещания, а так же, про договор Лизы с Левиным. Равно как про наличие у Олега любимой женщины.
Ни разу не Елизаветы.
И главбух про это узнать не должна – всё по тем же причинам безопасности и запрета на разглашение.
Вот и получается, что только Матвей посвящён во все нюансы – как завещания, так и семейных отношений Олега и Елизаветы.
Но…
Да-да, снова «но!»
Лиза выдохнула и прикусила губу.
Как? Ну – как?! – она может обсуждать с ним мотивы Карины и её предложение сделать ЭКО?
Да у неё язык не повернётся, со стыда сгорит.
Может быть, и вправду – лучше подать на развод?
Увы, Карина права – новые владельцы тут же избавятся от команды Рузанова, и Левин стопроцентно потеряет работу.
Хоть она, Лиза, зла ему не желала, ей было не особенно его жаль. Заслужил! Тем более что Левин отнюдь не последнюю краюху доедает, у него и недвижимость есть, и акции не только холдинга.
Проблема была в том, что уволят не только его. И если рядовых работников и служащих новая администрация ещё может оставить, то Рокотов, Жаров, Воеводин, Галина Николаевна и ещё несколько десятков людей, преданно и добросовестно трудившихся на благо холдинга, будут непременно уволены.
А у них ипотеки, кредиты, дети, внуки и прочие обязательства.
Нет, она не может так с ними поступить!
«Потяну, сколько получится, - вздохнула Елизавета,– полгода осталось… А если не получится, если наследники второй очереди на самом деле устроят мне какую-нибудь пакость? Тогда развод и… Боже, хоть в интернете ищи ответы, причём, под анонимным профилем».
Она мысленно простонала и замерла, поймав новую идею.
«Мама! Ну конечно! Она меня по-своему, но любит. Не может не любить, ведь она меня родила! Если не раскрывать ей подробности про Карину, не говорить, кто мне подал идею с ЭКО и не рассказывать про наши с мужем договорённости, то она ничего лишнего не узнает. И сможет со своего жизненного опыта дать мне дельный совет или подсказать, в какую сторону смотреть».
Лиза вздохнула и покачала головой.
Екатерина Рузанова никогда не была близка с дочкой, но сейчас той больше не с кем поговорить на столь щекотливую тему!
А дедушка учил не откладывать важные вопросы в долгий ящик. Придётся звонить матери и просить о встрече.
Ещё раз вздохнув, Елизавета достала сотовый.
Екатерина ответила на вызов на последнем гудке, когда дочь уже и не надеялась.
- Алло, мама?
- Ты ожидала услышать кого-то другого? – хмыкнула родительница.
- Нет, я звоню тебе. Мам, я хочу с тобой кое о чём посоветоваться.
- Ну надо же, вспомнила, наконец, про мать! Не прошло и года, - продолжала язвить та. – Стало интересно, как я выживаю на те копейки, что, словно кость собаке, бросил мне твой дед? И о чём ты собралась со мной советоваться, интересно?! Могу поделиться, как экономить на самом необходимом.
- Мам, ну что ты говоришь, какое «экономить»? У тебя хорошее содержание, я сама в месяц трачу вполовину этой суммы!
- Потому что у тебя и так всё есть, - взвизгнула мать. – Повар сварит, горничная приберётся, шофёр отвезёт, драгоценностей полные шкатулки – можно каждый день надевать новые, и за полгода ни разу не повториться! А я… А у меня…
И Рузанова-старшая преувеличенно-горько всхлипнула.
- Мам, ну что ты говоришь? – примирительно произнесла Лиза. – Потом, я не люблю украшения, у меня их совсем немного.
- А я люблю, но не могу себе позволить! В то время, как свёкор обобрал меня, присвоил себе всё, что я должна была унаследовать после твоего отца! Я бы жила – горя не знала! А ты туда же – нет бы вернуть матери несправедливо отнятое, ты сначала делаешь вид, что всё в порядке. А теперь зачем-то звонишь. Поиздеваться?
- Нет, мама! Я правда хотела встретиться, узнать, как у тебя дела. И спросить совета, - пробормотала Елизавета, подумав, что, наверное, зря всё это затеяла.
- Совета? На какую тему?
- На личную. И это не телефонный разговор. Скажи, когда и куда мне подъехать?
- Ты сейчас где?
Лиза бросила взгляд в окно.
- Еду из офиса в Парадиз, к МКАД подъезжаем.
- М-м-м, - задумалась Екатерина. – Через час меня ждёт визажист, в девять я иду в театр с… С одним знакомым. Нет, сегодня я занята.
Она помолчала и добавила:
- Могу уделить тебе час времени завтра, скажем, в двенадцать или час. Ты где будешь в это время – дома? У тебя же каникулы, если я не ошибаюсь? Учти, в посёлок я к тебе не поеду!
- Завтра в полдень буду в офисе, - ответила Лиза. – Я там второй месяц работаю. В двенадцать у меня как раз обед…
- Хорошо, подъеду туда, - решительно произнесла мать. – Пожертвую своим личным временем, чтобы выслушать, что там у тебя за сложности. И чтоб ты нигде больше не говорила, что я – плохая мать!
- Но я никогда такого не…
- До завтра! – обрубила Екатерина и сбросила вызов.
Лиза отбросила телефон на сиденье и откинулась на спинку – мама в своём стиле!
Да, разговор будет непростой и почти наверняка придётся дать ей денег – чтоб не ныла про нищету. Но лучше сделать и жалеть, чем не попытаться, и жалеть, что упустил возможность.
Сколько Елизавета знала мать, та никогда пунктуальностью не отличалась. Считала, что дополнительные полчаса ожидания, тем более, какие-то пятнадцать минут, погоды не делают.
Её любимый довод:
- Если человеку нужно, он и час потерпит, не облезет, а если не готов немного подождать, то значит не настолько ему это надо. И тогда зачем мне напрягаться и спешить?
Лиза ожидала, что матушка появится не в полдень, а ближе к часу. Но родительница сумела удивить: не только не опоздала, но явилась почти на полчаса раньше оговорённого времени!