Nata Zzika – Семья под ключ (страница 43)
И Надя от возмущения и растерянности не нашла ничего лучшего, как молча сбросить вызов.
Но телефон тут же затрезвонил опять. Проорался и отключился. А через пару секунд заголосил снова.
Когда она и на третий раз не ответила, сотовый замолчал, а через несколько секунд тренькнул уведомлением о сообщении.
Глаза Нади выхватили текст: «Немедленно возьми трубку, или я сейчас же еду в полицию!»
Поколебавшись, Надежда решила всё-таки ответить. Ей категорически не понравилось, что Елизавета Матвеевна упомянула опеку.
С одной стороны, может быть это просто слова, попытка прогнуть и припугнуть. С другой стороны – к чему, спрашивается, бывшей свекрови пугать вдову сына? И для чего видеться с неправильной внучкой?
«Что они задумали? Зачем им моя девочка? Она же от деревенщины…»
И кто знает, что Вознесенская предпримет, если Надя продолжит её игнорировать? С неё станется даже в розыск подать – официальный или частный, не суть важно. Главное, что это может привлечь к Алисе внимание прессы, а у Новожилова важный контракт и семейно ориентированные французы, которые думают, что Лиска – родная дочь владельца Кредо-групп.
Если они узнают, что их водили за нос, если чёртов договор сорвётся…
- Слушаю, - Надежда, мысленно стиснув зубы, приняла очередной вызов.
- Так-то лучше, – ледяным тоном отозвалась Вознесенская. – Значит так, милочка, не смей бросать трубку, или я заставлю тебя сильно пожалеть! Предметно поговорим при встрече, а сейчас я жду адрес, куда мне подъехать.
- Пока вы не объясните, что вам нужно от моей, - последнее слово она подчеркнула голосом, - дочери, ни о каких встречах и речи быть не может!
- Рановато для склероза, тебе же ещё и тридцати нет, - фыркнула свекровь. – Впрочем, если вести беспорядочный образ жизни и злоупотреблять алкоголем, то и не такое может случиться.
- Елизавета Матвеевна, я не собираюсь выслушивать оскорбления. И если вы…
- А ведь я могу и по-плохому, - мать Вани перебила, не дав договорить. – Причину звонка я обозначила с первых слов – я хочу увидеть внучку! Сегодня, сейчас!
- Если вы продолжите меня оскорблять и шантажировать, то мы ни о чём не договоримся. Тем более что в эти игры можно играть вдвоём. Напомнить вам, что у меня тоже есть, что рассказать полиции и журналистам?
- Ты!!!
- Итак, Елизавета Матвеевна, не будем терять время. Для начала объясните, зачем вам моя девочка? Вы поставили мне условие, и все эти годы я неукоснительно его выполняла – не искала с вами встреч и нигде не упоминала, что была замужем за вашим сыном. Поэтому ваше появление и особенно, желание немедленно увидеть Алису, ставит меня в тупик. Зачем вам нагулёныш?
- Она…, - женщина запнулась и продолжила значительно тише, - она может быть родной дочерью Ивана.
- Может быть? – от изумления Надя с трудом сдержалась. – С чего бы это? Помнится, вы ни капли не сомневались, что я её прижила от левого мужика.
- Не ёрничай! – рявкнула свекровь.
И после непродолжительной паузы добавила:
- У Павла… Это племянник Петра, двоюродный брат Ивана и Ильи, вчера родились близнецы. Две девочки. И я подумала, что… В общем, мы с Петром хотим увидеть Алису и… Хотим сделать проверку на родство!
Последнюю фразу она выпалила скороговоркой, словно опасалась, что не успеет её произнести – связь прервётся. Или Надежда сбросит звонок.
- Зачем? – почти прошептала Надежда. – Мы с дочкой прекрасно живём и без признания родства. Более того – оно нам не нужно!
- Не будь эгоисткой, думай не о своих обидках, а о будущем девочки! Что, живя с тобой, она увидит? Прогулки вокруг помойки и жизнь от получки до получки? А мы с Петром дадим ей всё самое лучшее – одежду, игрушки, образование, жизнь!
- Зачем? – повторила Надя. – У вас есть Илья, жените его на правильной девушке, и они подарят вам внуков, для признания которых вам не придётся делать тесты.
- У Илюши диагностировано бесплодие, - глухо уронила Елизавета Матвеевна. – Лечение не помогло, мы больше года возили его по лучшим мировым клиникам – всё бесполезно! И если Алиса – дочь Ивана, то она наша единственная внучка. Других – увы! – не будет. И как ты понимаешь, мы ни перед чем не остановимся. Если хочешь видеть дочь, то в твоих интересах принимать наши условия.
Надя похолодела – предчувствие не обмануло!
«Надо сообщить Ивану Марковичу, - пронеслось в голове. – И пока он не подключится, тянуть время».
- Я вас поняла, - ровным голосом произнесла она вслух.— Но боюсь, что сегодня ничего не получится – мы с Алисой не в Москве.
- В каком смысле – не в Москве? – голос свекрови снова заледенел. – А, я поняла – ты наконец-то вернулась в ту дыру, где родилась! Что ж, весьма справедливо – Москва не любит убогих. А без Ивана ты никто. Пустое место!
Надя совсем было собралась возразить, даже рот уже открыла и воздух набрала, но тут же передумала.
Зачем давать Вознесенским пищу для размышления? Пусть думают, что они с Алисой находятся в маленьком зауральском городке, куда из столицы на такси не добраться. Точнее, можно и на такси, если есть лишние деньги и желание. Но это далеко не самый удобный вариант, ведь на путешествие не один день уйдёт… Самолётом всяко быстрее, правда ближайший аэропорт только в большом областном центре. А от него до родного Надиного городка ещё несколько часов автобусом, который за день делает только один рейс. Может, эта информация отобьёт у Вознесенской желание посмотреть на внучку?
В любом случае, чем дальше от мужниной родни, тем лучше!
- Карта привязана к этому номеру? - продолжила Елизавета Матвеевна.
- Эмм… В каком смысле? – осторожно уточнила Надя, возвращаясь в реальность.
- В прямом, не тупи! – рассердилась Вознесенская. – У меня нет времени ждать, когда ты проснёшься. Ещё раз – твоя карта к этому номеру привязана?
И тут же сама себе ответила, причём вслух:
- К этому, разумеется. Раз до сих пор его не сменила, значит, он у тебя один. Сейчас всё решим… Не вздумай отключиться!
Через небольшой промежуток времени сотовый блямкнул новым уведомлением.
Надежда отвела руку в сторону, растерянно посмотрела на телефон и снова поднесла его к уху.
- Слушай сюда, - ожил динамик. – Я перевела тебе денег, и ты сегодня же, сразу после завершения нашего разговора, идёшь в кассу и покупаешь билеты на ближайший рейс в Москву! Из вещей девочки бери только самые необходимые. Остальное мы с мужем возьмём ей на месте – новое, красивое и нормального качества. Номер рейса и день вылета сообщишь в сообщении, вас встретят.
- Мы никуда не полетим! – отмерла Надежда, не на шутку перепугавшись. – С какой стати мне срываться с места?! У нас своя жизнь, меня всё устраивает. И деньги я вам назад переведу – мы с дочкой не нуждаемся!
- В таком случае можешь с ней попрощаться, - отрезала Елизавета Матвеевна. – Подумай на досуге, кому органы опеки и суд охотнее оставят девочку – состоятельным бабушке и дедушке, которые могут превратить жизнь ребёнка в сказку, или нищей матери, которая даже своего жилья не имеет?
- Вы не посмеете! У меня есть жильё и работа, я не нищая и хорошо забочусь о своём ребёнке!
- Хочешь рискнуть? - фыркнула бывшая свекровь. – Я бы на твоём месте не была бы так уверена…
- Вы! Вы…, - задохнулась Надя, остро жалея, что допустила этот разговор.
- Надежда, остановись, успокойся уже и подумай о дочери! – оборвала её бывшая свекровь. – Что бы там себе не надумала, мы не враги родной внучке. Если ты не станешь вставлять нам палки в колёса и будешь послушно выполнять все указания, ребёнка у тебя никто не отберёт! Разумеется, после подтверждения родства девочка сразу переедет в наш дом, где для неё будут созданы все условия. Но ты сможешь встречаться с ней, например, по выходным! Мы с мужем даже готовы приобрести тебе небольшую квартиру в ближайшем Подмосковье и помочь найти там работу, чтобы тебе было где и на что жить.
И Елизавета Матвеевна замолчала, ожидая реакции молодой женщины.
Надя медленно выдохнула и снова вдохнула, стараясь успокоиться.
Конечно, Вознесенская несёт чушь! А держится так уверенно лишь потому, что свекровь не сомневается в своих силах. Думает, что ей, Надежде, некуда деваться и рано или поздно придётся согласиться на все их условия. Потому что женщина одна в целом свете и за неё некому заступиться…
«Надо протянуть время! Пусть думает, что напугала меня, и я готова идти навстречу. Скажу, что не против привезти дочку, но придётся несколько дней подождать… Почему? Потому что… Потому что Алиса приболе… Нет, о таком даже понарошку нельзя говорить, а то ещё накаркаешь! Лучше сказать… Да!»
Надя отбросила колебания и ринулась в бой:
- Елизавета Матвеевна, я привезу дочку! Но не завтра-послезавтра, а в конце следующей недели. Раньше никак не получится – у нас аврал, меня никто с работы не отпустит.
- Увольняйся! Всё равно ты туда не вернёшься. Если, конечно, хочешь видеть, как растёт твой ребёнок, - парировала Вознесенская.
- Будет скандал, - возразила ей Надя. – И всё равно прежде чем отпустят, мне придется отработать две недели. Понимаете, да? Увольнение ничего не ускорит, зато добавит неприятностей, - затараторила Надя. – Мы заканчиваем крупный, срочный заказ, поэтому никому отгулов не дают. Но ещё пять-шесть рабочих дней, заказ будет выполнен, и я смогу взять отпуск за свой счёт.