Nata Zzika – Семья под ключ (страница 4)
- Впервые слышу, - развёл руками Новожилов. – Может быть, она бредит?
- Возможно. Девушка… Как вас?
- Мою маму зовут Надежда! – выкрикнула Алиса, продолжая держаться поодаль.
Мало ли? Дядя доктор уже достал шприц…
- Так, Надежда, повернитесь к спинке дивана лицом, а ко мне, соответственно… гм… спиной. Давайте, давайте, после жаропонижающего сразу станет легче! Иван, помоги ей!
Укол почти не почувствовался. То ли из-за состояния, то ли у доктора была лёгкая рука.
- Ну вот и всё! Через несколько минут температура начнёт падать, и вы сможете уйти домой. Утром обязательно вызовите участкового врача, сами в поликлинику не ходите! Дома за вами есть кому присмотреть? Муж, бабушка?
- Нет, мы с дочкой только вдвоём.
- Плохо, - пожевал губами доктор. – Иван, я не знаю, что делать, там Светлана ждёт, ты меня прямо из ресторана выдернул. Я ей обещал, что одна нога здесь, другая там. Но если ночью твоей работнице станет хуже, всё может плохо закончиться. Ребёнок не вызовет Скорую, да и за самой девочкой кому-то надо ухаживать. Может, вызвать Скорую сейчас, пусть сразу забирают в больницу?
- А ребёнка куда?
- Да, проблема…
- Чёрт знает что, - выругался Новожилов. – Ладно, Глеб, ты иди. Спасибо, что смог приехать. Я что-нибудь решу.
Стоило доктору выйти, как Алиса тут же выбралась из-за кресла, где пряталась от страшных уколов, и забралась к матери на диван.
- Мамочка, у тебя голова болит? Дядя врач тебя полечил?
- Да, милая. Сейчас домой пойдём, я только полежу ещё немножко…, - пробормотала та.
- Какой «домой»? – возмутился Новожилов. – Слышали, что врач сказал? До утра вы должны находиться под присмотром взрослого. У меня там, - он мотнул головой в сторону двери, - есть кровать. Давайте, я помогу вам до неё дойти. Ляжете вместе с дочерью, она широкая.
- А… а вы?
- А я останусь тут, на диване. Утром разберёмся, что нам всем с этим, - он с неудовольствием посмотрел на изрисованный договор, - и с вами делать.
Если бы ей было не так плохо, она ни за что бы здесь не осталась! Ни одной минутки!
Но после жаропонижающего в голове и теле образовалась странная лёгкость и такая слабость, что у Нади даже моргать сил не было. Что уж говорить о более активных физических нагрузках?
Пожалуй, без помощи генерального она даже до соседней комнаты не добралась бы! А путешествие до съёмной квартиры лежало далеко за гранью её сегодняшних возможностей…
И Иван Маркович больше не ворчал, не обвинял и не угрожал карами.
Проводив доктора, он вернулся к Наде и, бережно придерживая её под руку, помог перейти в комнату отдыха.
«Какое счастье, что Новожилов допоздна засиделся в офисе! Что было бы с Алисой, если бы я потеряла сознание, а вокруг ни души? Моя малышка насмерть перепугалась бы! - вяло проползло в голове Карташовой. – Он, конечно, не ангел, но без него нам с дочкой пришлось бы намного хуже. Правда, он меня уволил, и теперь предстоит заново искать работу, но об этом я подумаю утром…»
- Алиса, - пробормотала вслух. – Ты где?
- Я здесь, мамочка! - немедленно отозвалась та. – Ты будешь спать?
Ответить Надя не успела – в очередной раз провалилась в вязкое марево.
А когда открыла глаза – в комнате было темно, а под боком уютно сопела дочь.
«Всё будет хорошо!» - сама себе мысленно пообещала Надежда. – Работу я непременно найду, а если нет… Тогда и решу, как быть дальше».
И снова уснула.
***
Сказать, что он злился – ничего не сказать.
Угораздило же сначала забыть запереть дверь, а потом связаться с безответственной мамашей!
Но что он мог поделать, когда уже всё случилось? Правильно – мало что, и б
Ночь прошла кое-как.
Уборщица то ли крепко уснула, то ли опять ушла в обморок, но её малявка напугалась и подняла рёв. Пришлось идти выяснять причину плача, а потом успокаивать рыдающую девочку.
- Мама просто спит. Понимаешь, Алиса?
- Она не отвечае-ет! – на одной ноте тянула та. – Я её зову, а она молчи-ит!
- Алис, скажи, а когда ты спишь, ты отвечаешь, если тебя позвать?
- Да, я просыпаюсь!
- Утром. А ночью?
- Не знаю…
- Потому что ночью люди спят и не разговаривают. Маме дядя доктор сделал специальный лечебный укольчик – чтобы мама уснула и выздоровела. Понимаешь?
Девочка ещё раз всхлипнула и с сомнением посмотрела на неподвижную фигуру под одеялом.
- Мама спит?
- Да! И ты непременно её разбудишь, если не перестанешь плакать. Но тогда она будет болеть дольше.
- Тогда я больше не буду плакать, - вздохнул ребёнок.
- Ложись с мамой рядом, я тебя укрою.
- Хорошо!
Малявка сбросила кофточку, потом платьице и колготки, оставшись в маечке и трусиках. И вскарабкалась на кровать.
- Вот так. А теперь закрывай глазки и засыпай! - он старательно поправил на девочке одеяло и собрался уходить.
Да не тут-то было!
– Разве ты не почитаешь мне сказку? – удивлённо спросил ребёнок.
И взгляд такой доверчивый…
«Чёрт побери, да не умею я с детьми! – рыкнул Иван мысленно. – У меня тяжёлый день, а завтрашний не легче. Причём, не без помощи некоей художницы и её безмозглой мамаши!»
Но девочка продолжала смотреть, и Новожилов сдался.
- У меня тут нет детских книжек, только важные документы. Сгодится, если я тебе не почитаю, а расскажу своими словами?
- Сгодится, - согласилась Алиса и устроилась поудобнее. – Начинай!
И он начал.
Разумеется, все сказки у него в голове перемешались – с какого перепуга он бы помнил их дословно, если с детства ничего подобного не читал и не слышал? Но природная смекалка выручила, и Иван сам поразился, насколько складно потекла история про волка и семеро зайчат, которые на печке деда Мазая везли бабушке Колобок…
К счастью, малявка и сама клевала носом или её укачал винегрет из русских народных сказок, но уже спустя пять минут девочка спала.
Выдохнув – справился! – Иван несколько секунд просто сидел и смотрел. А потом потянулся и приложил ладонь ко лбу женщины.
Судя по всему, температура немного сбилась, но не до конца. По крайней мере, его собственный лоб оказался не таким тёплым.
Для сравнения он и себя пощупал.
И вспомнил – Глеб предупреждал, что так и будет: литический укол собьёт жар не полностью и не навсегда. Поэтому больную и нельзя было оставлять на ночь без присмотра.