Nata Zzika – Любовь до востребования (страница 18)
Как же удачно, что Алина попыталась наехать на собственного отца, и дала тому повод её наказать! Просто замечательно, что она вместе с Ильей теперь едет отдельным маршрутом, и волк не маячит перед глазами Ольги.
Оля бы долго не выдержала, Максим это отчетливо понимал.
Совсем молоденькая девочка, а волчица у нее сильная, упорная и активная. Спарилась, теперь за ней глаз да глаз. Инстинкт велит присоединиться к своему самцу, не делить его ни с кем, и зверю плевать на непростую ситуацию, в которую все они попали. Увидит Илью в обнимку с Алиной, и пиши пропало!
Эх, Илья, Илья… Хоть бы полусловом намекнул, не промолчал – был же шанс найти самку до объявления о женитьбе и подписания договоров! Волки парность уважают, Марков не дурак, законы чтит. На крайний случай, на Алине мог бы и он сам, Максим, жениться, если для Виктора настолько важно сначала породниться кланами, а потом уже вступать в долгосрочные партнерские отношения. Конечно, он не почувствовал к девушке влечения, но в его возрасте это уже не столь важно. Сын есть, и ради его благополучия и процветания клана он на многое готов. Другой вопрос, согласилась бы Алина? Впрочем, если для неё статус важнее, чем парность и дети, могла и согласиться. А теперь им приходится втроём играть не свои роли, причем, уроки актерского мастерства никто не посещал. Одна Алина пока не в курсе. И хорошо бы, чтоб волчица оставалась в неведении до самого конца, иначе проблем только добавится.
Волк покосился на девушку – спит.
Оля сильно нервничала, боролась со своим зверем, плохо ела и почти не смыкала глаз. Наконец ее организм вымотался настолько, что уже не мог сопротивляться. Максим потянулся подсунуть под шею девушки подушечку: неловко ей, проснется – будут мышцы ныть, но не успел. Волчица поёрзала и, задев плечом руку мужчины, скользнула по ней в его объятья. Мужчине ничего не оставалось, как слегка потянуть девушку в сторону, укладывая ее головой на свои колени. Хорошо хоть подушка была наготове, а то на его, гм… коленях, спать сейчас не очень удобно, уж больно «рычаг» выпирает.
Луна знает, что происходит - как у переярка – в полной готовности третий день! Вроде успокоится, расслабится, переключит внимание на что-то другое, но только поймает взгляд волчицы, приблизится к ней или уловит её аромат, как в паху снова все оживает. В машине сидят рядом, ночуют тоже вместе, конспирация, чтоб её! – да он так нормально ходить разучится, из-за перманентного стояка!
Волки довольно ухмыляются, немедленно отводя взгляд, чтобы не спровоцировать вожака, а он ума не приложит, как скрыть от Оли настолько красноречивую реакцию организма. Волки-то не удивлены, для них это является лишним подтверждением, что Максим и Ольга – пара. А ему что делать, если он выступает в роли буфера, прикрытия? Заикнись он, что испытывает к потенциальной невестке совершенно не отеческие чувства, не избежать кровопролития. Сначала Снегу депиляцию с триммингом сделает Умка, а потом Илья оторвет всё, что не успела отгрызть самка, не посмотрит, что родной отец.
Когда он затевал эту авантюру, то был уверен, что держит все под контролем. Но всё оказалось намного серьёзнее, чем он себе представлял.
Вон Снег хвостом метет, голову пригибает, уши оттянул и просится наружу. Мол, выпусти, я ее обаяю. Ага, два раза.
Послав зверю волну возмущения – пара сына, уймись, пень старый! – Максим получил ответный пинок – если сам устарел, не Снега вина! Волк не только в превосходной форме, но и в расцвете сил. Да он впервые за столько лет смотрит на самку, как на возможную пару, нельзя такое игнорировать! Север сам виноват – спарился, надо было ставить метку. Упустил возможность, пусть пеняет на себя.
С трудом, но Максим смог договориться, что Ольге нужно дать время прийти в себя.
Это Снег понял.
Шутка ли – волчица обрела пару, и тут же ее потеряла, вынужденная играть по чужому сценарию. Конечно же, ей плохо, она дезориентирована. Нужно поддержать, ободрить, показать, что умудренный жизненным опытом Снег надежнее недопёска Севера!
Максим понимал, что влип. Ведь он сразу, как впервые встретил Ольгу, в кабинете её дяди, заметил, что не только Снега заинтересовала эта волчица, но и он сам глаз от неё отвести не может, осторожно втягивая ноздрями её аромат. Ольга тогда ему, фактически надерзила, причем на глазах у дяди.
Максим тряхнул головой, усмехаясь – вот же, дурак старый! Надо было хватать в охапку, и не было бы сейчас этой идиотской ситуации. Илья тогда еще свою незнакомку не нашел, а Оля о существовании его сына и не подозревала. Мог обаять и привязать, да в голову не пришло, что судьба ему еще шанс дает. Он тогда только силой воли угомонил зверя, который рвался что-то доказать волчице. Приструнил, дескать, не место на глазах у всей верхушки чужого клана пялиться на единственную и любимую племянницу альфы! Пообещал Снегу подумать об этой встрече попозже, да не успел. К слову – сейчас ему в голову пришло – не исключено, что Снег раньше всех почувствовал в светловолосой самочке пару сына, поэтому хочет её защищать и оберегать. Да, наверное в этом и заключается причина его тяги, а перманентный стояк – это из-за долгого воздержания.
Волк сердито рыкнул, пытаясь опровергнуть вывод Максима.
«Она – наша потенциальная?» - помрачнел оборотень.
«Сам не понимаешь?» - зверь нервно, с оттяжкой, скребнул задними, показывая, насколько он возмущен.
«Я дал слово сберечь девочку для Ильи, - мысленно ответил он волку. – Не могу нарушить слово. Терпи, я же терплю!»
Волк тяжело вздохнул и повесил голову.
Так и есть, они дали слово, пообещали, поручились. Придется ждать, когда самочка сама обратит внимание или когда она разочаруется в Севере, только тогда Максим сможет проявить свои чувства.
Как же она обратит внимание, если им нельзя её соблазнять?
Решетников вздохнул вслед за волком и снова посмотрел на спящую девушку.
В тот момент, когда он понял, за какой волчицей гонится Север, чуть не завыл от отчаянья – успеть, только бы успеть!
Не успел…
И ему пришлось на ходу выдумывать, как разрулить ситуацию с наименьшими для стаи потерями. А теперь сын с женой, Ольга горюет по паре, а он всех прикрывает и зубами скрипит, еле сдерживаясь, чтобы не провести рукой по волосам волчицы, не прикоснуться к ней губами, не обнять, закрывая от всего мира…
- Приехали? – сонно пробормотала Ольга и, обнаружив, что лежит на коленях у Максима, ойкнула, попытавшись вскочить.
- Лежи, до ночлега еще километров сто пятьдесят, - остановил её волк. – И не дергайся так, я не кусаюсь.
Ольга покосилась на лукавую улыбку мужчины и усмехнулась про себя – ага, альфа – и не кусается? Она видела его зверя, вооружен мохнатый щедро – не клыки, а ножи. Кусается Максим Данилович, ещё как кусается. Злить небезопасно.
«Другим», - влезла в её рассуждения Умка.
«Другим? В каком смысле?» - не поняла Ольга, продолжая мысленный разговор.
«Другим волкам небезопасно альфу злить, а нам – можно! Но мы не будем, потому что у нас есть свой волк!» - Умка встряхнулась и зевнула, показывая, что не отказалась бы еще поспать.
«Ну да, мы же – пара его сына. Конечно, Максим Данилович нас не тронет!», - согласилась Ольга.
- Помню, - тихо ответила Решетникову, - мы пара, поэтому наши запахи должны перемешаться. Но мне неловко, что пока я лежала и отдыхала, вы были вынуждены сидеть.
- Ты. Говори мне «ты», - напомнил волк и улыбнулся. – Мне привычно не спать и двое суток, поэтому не бери в голову, всё нормально, я не утомился. Еще часа два можно подремать, дорога не ахти, еле ползём.
Девушка поколебалась, а потом повернулась на бок, поправила подушку, слегка задев рукой его бедро, и закрыла глаза.
Мужчина осторожно выдохнул – похоже, его ждут очень трудные и долгие пять лет.
К небольшому посёлку, расположившемуся между Кепервеем и Билибино, они добрались на исходе четвертого дня.
- Это уже территория клана? – поинтересовалась волчица, с любопытством осматривая окрестности из окна вездехода, на который они сменили легковые автомобили два дня назад.
Ольга устала. Устала от дороги, от того, что ей приходится изображать интерес к чужому волку, терпеть его прикосновения и заботу. Впрочем, Максим без острой необходимости рук не распускал, был внимателен и ненавязчив. А еще от него хорошо пахло. Не так, как от Ильи, конечно, но отвращения он не вызывал. Может быть, она просто к нему принюхалась, привыкла за эти долгие четыре дня? В любом случае, ей повезло, что Умка не отталкивает Максима, не пытается его избегать, демонстрируя неприязнь, не фыркает на его приближение, как на других самцов. Наверное, сказывается, что Илья – сын Максима, зверь чувствует родство!
- Мы целый день едем по нашей земле, - ответил Максим. – Здесь сделаем остановку. Помоемся, поедим, выспимся. Как раз и наказанные нас догонят. До поселения осталось полдня пути, а дороги тут такие, что или гуськом нос в хвост, или на большом расстоянии друг от друга. Сама понимаешь, приехать домой по отдельности с Ильёй мы не можем, волки не поймут. Первый бета всегда рядом с альфой, а сын – рядом с отцом. Тем более, такое событие – сразу две пары.
Мужчина развел руками, пряча горечь во взгляде.
- Пожалуйста, девочка, постарайся продержаться! Надо пережить представление клану, потом три дня праздника, я верю, ты сможешь. А на четвертый, с самого утра, они отправятся на арендованные земли. Только три дня, и ты не встретишься с Алиной до следующего года.